Василий Бурцев – Неизбежность бури (страница 10)

– Дмитрий Филатов, из полицейской общины. – Сталкер повернулся на пятой точке и уставился на мужчину. – Батя, ты что тут делаешь один, без снаряжения? Я, мягко говоря, немного удивился, увидев тебя…

– Значит, ты мне и нужен, – старик посмотрел в глаза Дмитрию. – Я из общины водников с бывшего предприятия «Водоканала»…

– Да-да, я знаю о вас…

– Погоди. Дай скажу. – Дед подбирал слова, задумчиво глядя в одну точку. – Вероятно, нашей общины больше нет. Я, скорее всего, последний, единственный, кто выжил. Потому что сбежал, как последний трус. На нас напали… – старик замолчал.

– Напали? Кто? – охнул Дмитрий. – Как это произошло? Ты видел?

– Видел, но не знаю, что это такое…

Так и не дождавшись продолжения, Дмитрий не стал больше расспрашивать Синцова и после паузы заключил:

– Давай доберёмся до базы, там всё и расскажешь. А теперь надевай противогаз. Туман же ядовит, дышать им долго… нежелательно. – Дмитрий натянул резину и встал. – Стрела – теперь наш мост на ту сторону. Справишься?

Шурша крошкой битого кирпича и прочего строительного мусора, в изобилии валявшегося на полу и лестничном марше продуваемого всеми ветрами скелета многоэтажного недостроя, беглецы спустились и выскочили из подъезда. Перемахнув через листы металлического профиля, ограждающего строительную площадку, они оказались на улице Бакинской со стороны частного сектора, где затаились у взваленных друг на друга бетонных плит.

– Наши ходоки называют частный сектор зоопарком, говорили, что тут много мутантов развелось, – сказал Синцов, озираясь.

– Зоопарком? Ха-ха, – Дмитрий усмехнулся. – Это они верно подметили. Мы тут долго бродить не будем. Впереди через пару домов улица Тимирязева, по ней вернёмся на Розочку. Дальше вдоль стадиона, мимо пятой и третьей общаг, оттуда до Маришкиного родника.

– М-да, путь неблизкий, – вздохнул старик, прикидывая в голове маршрут. – Почему именно туда?

– А потому что там… Тихо! – шикнул Дмитрий и вжался в плиты.

Старик проследил за взглядом сталкера. Из тёмного проёма подвала появилось несколько человекоподобных существ. В обрывках одежды они передвигались на руках и ногах, будто животные, опустив к земле головы на длинных выгнутых шеях. Как только существа, ловко перебежав улицу, исчезли в руинах частного сектора, Дмитрий прижал указательный палец к фильтру противогаза, а затем махнул рукой, призывая следовать за ним. Синцов запетлял между плит, пригибаясь и стараясь повторять движения сталкера.

Двигаясь короткими перебежками вдоль домов, замирая и сливаясь с темнотой при малейшей опасности, путники вышли к краю неглубокого оврага. Вниз вела бетонная лестница, огороженная металлическими перилами с облупившейся синей краской. На дне оврага находилось заросшее ивой и другими невысокими кривыми деревцами небольшое болотце.

Продираясь сквозь заросли кустарника вдоль чёрной воды, покрытой тонкой коркой льда, Синцов вдруг вспомнил, что, кажется, здесь, на Маришкином роднике, находится исток подземной реки Симбирки, русло которой потихоньку замуровывалось под землю в течение двадцатого века. Словно в подтверждение, заросли расступились, обнажив массивный короб с вделанным в него широким бетонным кольцом – зияющим провалом дренажного тоннеля, уходившего в землю под небольшим уклоном.

Возле кольца сталкер опустился на одно колено, показав, чтобы старик сел рядом, после чего уставился ему в глаза сквозь мутные стёкла резиновой маски. Изменённым мембраной противогаза голосом глухо заговорил:

– Руслом Симбирки пройдём остальной маршрут, выйдем на углу улиц Федерации и Орлова, там до общины рукой подать. Ружьё, фонарь держи наготове. В туннеле много всяких ответвлений, а также лазов и прочих нор, откуда могут появиться твари. Я иду первым, ты за мной, постарайся не отставать и поглядывай за спину. Слушай туннели. Если что-нибудь услышишь, даёшь мне знать сразу.

– Кого мы можем там встретить?

– Мелочь в основном, грызуны там, летучие мыши.

– Мыши?

– Да, но они нам не особо опасны, если поодиночке. Тут дело в другом. Не так давно назад диггерам стали попадаться глубокие борозды типа царапин на стенах и сводах туннеля – параллельные, по нескольку в ряду. Думают, от когтей большого животного. Такого не было никогда, теперь есть. Так что будем очень осторожны. Пойдём быстро и как можно тише.

– Я что-то слышал о диггерах до удара. Это ребята, которые щекотали себе нервы, гуляя по подземным сооружениям?

– Вроде того, – кивнул сталкер. – Как дойдём, познакомишься с ними.

Филатов отсоединил магазин, коротко взглянув, вернул на место, склонился над входом в русло. Незаметно в руках его оказался фонарь, луч которого пробил дорожку света в сумрачном тумане и устремился в дыру, шаря по сводам и стенам туннеля, разгоняя темноту.

– Готов, мужик? – обернулся сталкер.

Синцов кивнул.

– Тогда погнали! – Дмитрий скользнул по льду, скатываясь внутрь.

Дед скользнул следом.

Пологий спуск оказался недолгим и привёл их в основной, уже горизонтальный тоннель, где лёд мутной тёмно-зеленоватой дорожкой заполнил нижнюю часть колец, образуя ровный пол. Здесь было теплее, чем снаружи – наверное, из-за отсутствия ветра. Лучи двух фонарей высвечивали, на сколько глаза могли видеть, большие, в человеческий рост бетонные круглые кольца. Со стен тоннеля тут и там свисали мутные сосульки. Сами стены, пол и своды потолка возле входа в тоннель заиндевели слоем белой кристально искрящейся в свете фонаря снежной шубы.

По тоннелю шли осторожно, лавируя между ледяных столбов, пригибаясь под свисающими со свода ледяными сталактитами. Лучи фонарей выхватывали из темноты чёрные провалы ответвлений, широкие трещины, края круглых труб со потоками замёрзшей воды и застывшего в ней мусора. Круглые кольца коллектора сменялись каменными, блочными или кирпичными кладками с высоким полукруглым сводом.

У очередного поворота сталкер замер. Дед тоже остановился, прислушиваясь.

– Кажется, на поверхность придётся выйти пораньше, – шагнув к старику и задрав за фильтр свою маску противогаза, зашептал Филатов. – Сейчас возвращаемся назад до первой лестницы и сразу будем подниматься. Выйдем на улицу Кролюницкого, как раз возле бывшего магазина «Гулливер».

– А что там? – кивнув в сторону поворота, шёпотом спросил старик, так же приподняв маску.

– Мутанты там, крысы. Я слышал попискивание. – Увидев ухмылку на лице старика, сталкер просто натянул противогаз и, оттолкнув Деда плечом, пошёл назад.

Двигаясь следом, Синцов вдруг и сам услышал многоголосье крысиного писка.

– Давай быстрее, они прямо за нами, догоняют! – задрав противогаз, крикнул старик, и сталкер, не оборачиваясь, тут же перешёл на бег.

Топот тяжёлых сапог громким эхом отражался от свода тоннеля. Цоканье множества когтей, перемешанное с писком глоток, уже отчётливо раздавалось позади. У мутантов было преимущество: крепкие острые коготки надёжно цеплялись за лёд, позволяя двигаться быстро, в то время как старые, изношенные сапоги беглецов то и дело проскальзывали, не позволяя развить приличную скорость.

Обернувшись, Григорий заметил в дальнем конце туннеля блеск крысиных глаз – твари стремительно приближались, и чуть не врезался в Дмитрия. Закинув автомат за спину, тот ухватился за спасительные скобы: здесь был выход.

Быстро перебирая конечностями, сталкер закарабкался вверх, до цилиндрического колодца. Уткнувшись головой в чугунный люк, Филатов одной ногой остался на скобе, а второй упёрся в кирпичный выступ противоположной стены, принимая устойчивое положение, и надавил на край крышки обеими руками.

С громким лязгом тяжёлый железный блин перевернулся и упал набок. Подтянувшись, сталкер выбрался на поверхность. Металлический лязг снизу дал понять, что старик, не мешкая, начал подъём. Вскинув свой автомат, Филатов на коленях обполз колодец с другой стороны и сунул в него короткий ствол.

Дед был почти наверху, когда внизу появились первые мутанты. Подпрыгнув, крыса громко щёлкнула челюстью, едва не зацепившись за сапог старика. Скопившись под лестницей и налезая друг на друга, они пытались достать ускользающую добычу. Как только старик перевалился через край колодца, Филатов нажал на крючок. Очередь автоматных пуль прошла по серым спинкам мутантов, выбивая фонтанчики густой крови. Не поднимаясь на ноги, старик тоже перекатился к краю колодца, сунул в него стволы ружья и, не глядя, вжал оба крючка.

Ба-бах!!! Крысиная пирамида, начавшая было расти, развалилась кровавыми тушками. Оставшиеся мутанты забыли про охоту и принялись рвать мёртвых сородичей.

Поджав ноги к груди, беглецы, восстанавливая дыхание, уселись вокруг колодца и наблюдали, как оттуда выходит сизый дымок пороховых газов.

– Заметил? Тут тумана нет, – Филатов стянул противогаз. – Можно снять резину.

Старик последовал его примеру, и мокрое от пота лицо Синцова, обсыхая, обожглось морозцем.

– Ага, действительно нет, – осматриваясь, согласился он.

– Ладно, идти надо, подымайся, Дед! Осталось недалеко.

– Подожди! Хочу посмотреть, кого мы там постреляли! – Старик склонился над краем колодца, заглядывая внутрь.

– Валяй, только недолго там любуйся. – Дмитрий принялся подвешивать противогаз на прежнее место на плече.

Осветив колодец фонарём, старик увидел на его дне несколько небольших, размером чуть меньше обычной собаки, мохнатых трупиков. По льду под ними чёрной лужей растекалась парящая бурая масса. Помимо роста, мутация у этих тварей сказалась на форме головы, которая приобрела выступающие массивные челюсти с острыми крупными зубами. Лапы стали мощнее, с большими когтями, а хвост по-прежнему оставался длинным и лысым, таким же отвратительным, как и прежде. Автоматные пули разорвали туши почти пополам, выпотрошив их содержимое, которое теперь сильно смердело. Борясь с приступами тошноты, Синцов отпрянул от колодца, прижав тыльную сторону ладони ко рту. Продышавшись, Дед поднял глаза и увидел, что сталкер выжидающе смотрит на него.