Василий Боярков – Секретное логово смерти (страница 18)

– Мне?.. – хозяин чудовищных катакомб, похоже, чему-то удивился, и даже изобразил сомнительную печать обыкновенной задумчивости (как будто он в чём-нибудь внезапно замешкался?); однако раздумья вышли недолгими, и он вернулся к обычной уверенности: – Да в общем-то ничего… Тогда зачем же ты здесь – это, вероятно, ты спросишь?

– Да, – промычал Виктор не слишком отчетливо (хотя он и понимал, что милосердной пощады ему не дождаться, но где-то в душевных глубинах надеялся, что зверская пытка необязательно должна закончиться смертью, – надежда, как всем известно, умирает последней).

– Хорошо, я тебе разъясню, – неприятно хрипел нечеловеческий говор, ни с чем не сравнимый и больше похожий на сказочное чудовище, – передо мной, заметь, ты ни в чем не повинен; просто, уж так получилось, ты оказался в ненужном месте и в непотребное время. Спрашивается – как? Однозначно ответить трудно, но всё-таки я попытаюсь. Случайно очутившись возле некоего особнячка, где проходила школьная вечеринка, я заинтересовался происходившими развлечениями и беспрепятственно углубился в придомовую зону, засаженную деревьями. И что же я обнаруживаю? Двое молодых людей любезно между собою воркуют и готовятся прямо здесь же совокупиться. И тут меня как будто бы переклинило – ты ведь, наверно, не представляешь, что нравится мне больше всего?

– Нет, – честно признался непосвящённый юноша, впитывавший каждое слово, как мягкая губка; одновременно он активно шевелил неразвитыми мозгами и спешно пытался отыскать любой вариант, способный помочь благополучно отсюда выбраться (и ограничиться уже возникшими телесными повреждениями – странное дело, но они совсем не болели?).

– Мне интересно наблюдать, как происходит наглядное совокупление молодых организмов, – наслаждаясь искаженным голосом и собственным превосходством, практически безостановочно продолжал жестокий мучитель (как оказалось, перед бесчеловечными пытками он склонялся к задушевным беседам), – причём «трахать» обязательно должна особа женского пола – жёстко, грубо, с издёвкой, пока его поганые яйца не лопнут. Ты скажешь – это же явное извращение! И, поверь, окажешься прав. Но я и не пытаюсь никому доказывать, что моё психическое состояние соответствует установленным нормам и придуманным правилам… Так, о чем это я? Ах, да… Осознав, чем заняты ваши неразумные помыслы, я решаюсь на один, очень рисковый, поступок: мне приходит идея выманить вас из многолюдного сада и заманить в какое-нибудь отдалённое, укромное место. Для успешного осуществления коварного плана требовалось создать определенные условия, способные подтолкнуть вас к навязчивой мысли, что необходимо переместиться в иное, более располагающее к сексуальным утехам, пространство. Я отлучаюсь на пять минут, чтобы взять из машины дохлую птицу, и, как оказалось, не зря: одновременно над вами подшутили полоумные придурки-друзья, непредумышленно облегчившие мою основную задачу. Тебе станет интересно: зачем нужна подброшенная дохлятина?

– Да, – снова выдавил из себя молодой человек, «приговорённый» к жестокому умерщвлению; расширенным от ужаса взглядом парень наблюдает, как его будущий мучитель перебирает руками, скрытыми за нейлоновыми перчатками, и как он ворошит хирургический инструмент, располагающийся от его безвольного тела в самой непосредственной близости.

В то же время, разговаривая с привязанной жертвой спокойно, вроде бы как по-дружески, болтливый изувер начал подготовку к основному занятию: он взял острый скальпель и, продолжая отвлечённые рассуждения, медленно, словно бы наслаждаясь, сделал маленькие надрезы, нанося их на лицевую часть обездвиженного, полностью безвольного, человека:

– Ты, наверное, смотрел старый советский фильм, снятый по роману знаменитой писательницы и повествующий про тайну чёрных дроздов? Между прочим, там допустили одну существенную ошибку: предвестником смерти во все времена считался зловещий ворон, ну, или на крайний случай тупая ворона… Кстати, благую идею мне подсказал легкомысленный недотёпа, находившийся на смертном ложе аккурат до тебя. Теперь же он ведёт задушевные беседы с Господом Богом, и кается ему во всех своих смертных грехах. Но это сирое отступление…

Недоговорив (вероятно, удовлетворившись произведенной работой, превратившей физиономию Эбанта во что-то неописуемое?), бесчеловечный садист какое-то время полюбовался ужасным «художеством» и перешёл ко второму этапу – удалению пальцев. Для того чтобы операция выглядела наиболее прибли́женной к натуральной, он взял специальные зубило и молоточек, а затем методично, поочередно отрубая каждую из верхних фаланг (казалось бы, странно, но боли терзаемый мученик совершенно не чувствовал и кровью не истекал), принялся рассказывать дальше, не забывая (в коротких перерывах, между грубыми отсечениями) приближать ко рту маленькое, искажающее устройство, которое на время очередных экзекуций чуть отстранял и клал на расположенную рядом алюминиевую подставку:

– Пора перейти к главному… Сначала, после удачного подбрасывания вороней дохлятины, у меня шло вроде бы всё приемлемо. Почему? О, большая удача! Даже и предположить, казалось бы, невозможно, что для сексуальных утех вы выберете именно тот лесной участок, где мне знакомы каждый кустик и каждое деревце. Преследуя вас и буквально наступая на «мокрые» пятки, мне удалось засвидельствовать, как вы сворачиваете к злачной полянке, куда обычно приезжают «грязно потрахаться»… редко, просто отдохнуть и насладиться лесной тишиной. Наконец, вы достигли пункта последнего назначения и стали готовиться к отвратительному разврату, мысленно предвкушая момент сладострастного соития, страстного и желанного. Но я никак не могу допустить, чтобы назначенные жертвы – и в моем же присутствии! – занимались естественным, обоюдно приятным, сексом. Возникла прямая необходимость вас останавливать, то есть двигаться чуть-чуть поактивнее. Лишить тебя возможности активно сопротивляться – особого труда не составило: долгие тренировки и ловкость рук сделались тому огромным подспорьем. Каким-то неестественным чудом тебе удалось уклониться от первого, брошенного по цели, креста; но второй и третий достигли назначенной цели – нападения, осуществленного с твоей стороны, можно было больше не опасаться.

Разговорчивый изверг закончил с пальца́ми, положил подручные инструменты на место и взял электрическую машинку, в патологоанатомических исследованиях предназначенную для распилки костных образований. На какое-то время он замолчал, погружённый в шумное вскрытие грудной клетки; очевидно, «искусный» мучитель хорошо понимал, что, из-за страдальческого визга, механического жужжания и костяного лязганья, он всё равно ничего толкового ни до кого в итоге не донесёт – зачем впустую трепаться? Раздвоив правую и левую часть, бесчувственный незнакомец снова взял медицинский скальпель и не торопясь разрезал мягонькую брюшину. Закончив с неестественным вскрытием, он положил хирургический инструмент назад, а затем, используя ловкие руки, разодрал по разные стороны обе разделённые половинки – обнажил внутреннюю оболочку сильного юного тела. Какое-то время он полюбовался «зверским трудом», воочию наблюдая, как функционируют жизненно важные органы (странное дело, но парень всё ещё оставался живой, и даже не лишался сознания?), а затем вернулся к наставительному повествованию (он почему-то считал, что испытуемый мученик непременно желает его дослушать).

– Хвать, – злоязычный истязатель изобразил хватательное движение, – и я «придушиваю» твою белокурую «подружонку». Но?.. Она оказалась чересчур хитро выделанной и сумела меня – нет, не обмануть – ловко ввести в нелепое заблуждение, умело задержав взволнованное дыхание. Естественно, я предполагаю, что она «отключилась», и начинаю твое настойчивое преследование. Почему мне непременно хотелось тебя догнать? Потому что ты – последний, презренный трус! – бросил любимую девушку мучительно погибать, сам же кинулся наутёк, спасая мерзкую, мне ненавистную, шкуру. Оставалось элементарно загнать тебя в нужное место, где оставался на стоянке подручный автомобиль, без особого труда «вырубить», а затем незатейливо погру́зить в задний багажник. Закончив самую трудную часть, можно было вернуться к «похотливой поляне» и забрать безвольную бесподобную кралю. Тащить ее через половину леса? Показалось мне «влом», поэтому было принято естественное решение – ехать на местный «траходром» на подобающем внедорожнике, тем более что он располагался по ровному счёту недалеко. Какая же меня охватила лютая злость, когда пришло запоздалое осознание, что «кукольный театр», где писаная красавица «оттрахала» бы трусливое чудище – последним, как ты понимаешь, я имею в виду тебя – по-всякому накрывается «медным тазом». Незапланированного конфуза допустить было никак невозможно! Поэтому организовалась немедленная погоня. Между прочим, мне практически удалось отчаянную «мерзавку» настичь, и мысленно даже уже представлялось, как вы между собою отрадно «любезничаете»; но хитроумной пройдохе опять повезло, и она смогла вовремя достигнуть полицейского отделения. Там на ее решительную защиту встала ещё одна неугомонная «стерва»; она до такой степени возжелала со мной познакомиться, что едва-едва меня не поймала… и так лихо «гнала», что мне пришлось бежать, ну! совсем как трусоватому зайцу. При чём здесь тогда твоя невыдающаяся персона? Тебе приходиться расплачиваться и за себя самого, и за ту «поганую сучку», которой временно удалось от жестокой расправы «отлынить»; поверь, сказочное везение продлится недолго.