Василий Бобырь – Ночной разговор у камина (страница 2)
Точно так обстояло дело и с моим гостем. Мы были из разных миров и, возможно, я пред ним выглядел ничтожным человечишком, из миллиардов тех, кто послужил их расколу с Отцом. Но затем мне показалось, что в глазах его нет ни злобы, ни гордыни — одна лишь отрешённость. И я решился:
— Как хоть звать тебя, гость? Может, поешь что-нибудь?
Он вновь улыбнулся, и мне сразу стало легче. Как будто треснул лёд непонимания, так холодивший душу.
— Меня зовут Кайм! — тихо промолвил падший ангел. — И спасибо, но мы не едим.
И тут меня понесло. Считая себя довольно умным мужиком, которого обмануть чрезвычайно сложно и удаётся порой лишь пенсионному фонду, я задал провокационно-глупый вопрос:
— Но когда я мыл тебя, то есть вас, я подметил особенности, не свойственные ангелам. Вы ведь бесполы, насколько мне известно.
Вопрос-то я задал — и сразу в жар бросило! Не имею я опыта беседы ни с ангелами, ни с демонами. Вдруг осерчает?
— Мы энергетические сущности! — ответил демон. — Всё, что на мне, — это маска, манекен.
И, предупреждая мой следующий вопрос, продолжил:
— Как энергетические личности мы питаемся только энергией. Ангелы питаются светлой, демоны — тёмной.
Его тон и спокойное поведение позволили улетучиться моей крайней робости, чего нельзя сказать о глупости:
— А почему так?
— Так повелел Господь!
Демон внимательно разглядывал пламя в камине. Оно неумолимо гасло.
— Ты бы не мог подбросить дров? — попросил он. — Уж помоги мне и в этом!
И, видя мои приготовления, добавил:
— Со своим Отцом мы говорим на особом ангельском языке. Он древен и сложен. Но в то же время нет различия между «ты» и «вы». Предлагаю и тебе не заморачиваться витиеватостью фраз.
Стало значительно теплее, и падший ангел повеселел. Он смотрел на меня с благодарностью, во всяком случае мне так казалось.
— Скажи мне, демон! — решился я задать провокационный вопрос. — Почему вы пошли против Отца?
Демон вздохнул и медленно стал говорить:
— Это вы, люди, так решили! На самом деле каждый из нас делал и продолжает выполнять то, что ему велено. Ведь половник в твоей кухне и дуршлаг не восстают: их суть — кухонные принадлежности. Так и мы, ангелы и демоны, были разделены с появлением материального мира. Одни стали статистами светлой энергии, чистоты помыслов. Нам же досталась участь статистов чёрной энергии — раздоров, злобы и гордыни. Это, вашим языком, наш хлеб!
Наступила пауза. Демон впитывал в себя тепло, идущее от камина, а я собирался с мыслями. Ну раз такая возможность появилась — грех не воспользоваться.
— Этот дом когда-то посещала любовь, слышался детский смех! — тихо сказал грустный демон. — Куда всё делось, Василий?
Я много раз отвечал на этот вопрос. И друзьям, и соседям. Да и самому себе! И даже сам поверил в это:
— Суета сует! Мы все стали чужими, жена давно ушла с дочерью, а мне никто уже и не нужен.
Он внимательно посмотрел на меня, а затем прислушался, для чего даже наклонил голову вбок:
— Я слышу продолжение смеха, рождение новой жизни, счастливые хлопоты, трудности. Почему всё это обошло тебя стороной? Что ты сделал не так?
Кровь прилила к моему лицу, я почувствовал лёгкое головокружение. Мне нечего было сказать демону! Но я ощущал стыд. И горечь.
Возможно, мне попался весьма тактичный падший ангел. Во всяком случае к этой теме он уже не возвращался. И тогда, чтобы отвлечь заодно и себя от горькой темы, я спросил его об аде.
Ответ демона меня поразил:
— Нет, Василий, ни ада, ни рая! Только небеса и твердь земная. Вселенная бесконечна и материальна. Вот в одном из таких миров и появилась ваша жизнь — по велению Бога. И по его же велению мы, ангелы и демоны, следим за вами. Классифицируем и подсчитываем деяния ваши. Вот скажи, помнишь ли ты первую подлость свою?
Переход ко мне был так неожидан, что я растерялся. Но затем задумался и вспомнил.
Это было во втором классе. К нам в школу приехали стоматологи со своим старым оборудованием. Тогда и так стоматология не могла похвалиться свершениями, а тут ещё и выездная — для большего охвата. Машины установили в просторном спортивном зале на третьем этаже. С первых дней школу накрыл страх и ужас. И вот меня, ещё ни разу не посещавшего зубников, усаживает в кресло полная равнодушная женщина и заглядывает в мой наивно раскрытый рот.
— Здесь восемь! — произносит она мне за спину. — Готовь сульфат-солидон!
Я тут же срываюсь с кресла и бегу, бегу, бегу… Меня ловит другая полная тётечка в белом халате, усаживает в кресло и держит. Другая делает свою работу. Восемь зубиков! Я пробовал вырваться, но силы были не равны. Уже уходя, меня спросили, знаю ли я, где Владимир Михайлов из моего класса. И я обрадовался!
— Я знаю, где он! — сказал я. — Сейчас приведу!
Он прятался за зданием туалета, в пятидесяти метрах от основного корпуса школы. И я нашёл его:
— Иди, тебя там зовут! — радостно сообщил ему. — Пойдём!
— Я не хочу! — испуганно произнёс Владимир.
— Нет,
Не помню, чем закончился этот эпизод моей жизни, но мне много лет было невыносимо горько вспоминать то гадливое чувство радости за будущую боль. Как у меня!
Демон внимательно слушал меня. Затем произнёс странную фразу:
— Кому мало дано, у того и мало будет спрошено!
И тут же спросил:
— А самое светлое воспоминание детства?
Это помнилось легче, с улыбкой. В пять лет мне была дарена машина под названием «Ракета» на педальном ходу. Вещь дефицитная и эффективная. Я мотался на ней с поразительной скоростью, и родственники только успевали отскакивать. Многие дети пытались покататься на моей «Ракете». Но чувство собственника уже приличным криком давало о себе знать. И вдруг подошла шестилетняя Тая и попросила. Меня! Лично! Она была такая милая, что я с удовольствием стоял и смотрел, как она лихо управляется с автотранспортным средством. Моим! И ни капельки не ревновал. Это я точно помнил!
На это падший ангел отреагировал удивительно непредсказуемо. Он искренне рассмеялся!
Глава
III
Головешки, оставшиеся от дров, медленно рассыпались, разбрасывая вокруг себя небольшие искорки. Жар от костра проникал в гостиную, создавая уют, необходимый для неторопливого разговора. Я принёс себе новую чашку чая с лимоном и аккуратно перемешивал ложечкой, добиваясь полного растворения сахара. Мой гость несколько сонно поглядывал на огонь.
— Василий! — спросил он после некоторого молчания. — А помнишь тот день, когда ты впервые увидел свою уже бывшую жену? Расскажи о нём.
Этот день врезался в мою память на всю жизнь. Я мог закрыть глаза и представить его вновь и вновь.
В девятом классе к нам в школу пришли четыре девчонки с соседней восьмилетней школы, а так как класс был сформирован только один, то им выбирать не пришлось. У нас в тот период была августовская отработка, и мы дружной толпой из всех семи мужских особей решили взглянуть на новеньких. Нашли их рядом с нашими девушками на третьем этаже, возле окна. Они все были симпатичны, но одна девчонка мне понравилась особенно. У неё было светлое и приветливое лицо и очень выразительные грустные глаза. Я редко встречал такое сочетание. И она сразу запала в мою душу. Хотя мы и стали встречаться с ней лишь через полтора года, но тот первый день запомнился.
— Ты сразу влюбился? — демон поразил меня интересом к истории моей жизни.
С другой стороны, кому ещё я так честно смогу рассказать о себе, как не этой энергетической сущности, на миг появившейся в моей скучной жизни.
— Нет! Всё произошло гораздо позже.
В десятом классе, в начале марта, мы участвовали в спортивных состязаниях в другой школе. Там был тир и спортивный зал для баскетбола, где участвовал я от своей школы, и беговая дорожка, по которой пришлось бегать моей будущей жене. Возвращались все вместе с нашим учителем физкультуры. И вот тут, к удивлению других и прежде всего к своему, я вызвался проводить девушку. Ну и проводил, пожелал всего хорошего и ушёл домой. А в следующий же вечер собрался и, удивившись вновь самому себе, отправился на свидание.
Со временем сложилась удивительная картина: парень как заговорённый приходит на свидание каждый день, а чувство ещё не постучалось в его горделивое сердце. И только через два месяца, когда будущая супруга расплакалась от обиды, не связанной со мной (кажется, на неё незаслуженно накричала мать), я вдруг понял, как же мне дорога эта девушка. Это была даже не вспышка влюблённости, а уже прочно сформированное чувство. Возможно, это выглядит не так уж романтично и скучно, но в наших встречах были и пирожные, и баночки сока, крышки которых пробиты гвоздём забора, и банки сгущёнки на двоих… И многое-многое другое! Я был отличник — мы удирали с занятий, она была комсоргом класса — мы хитрили и избегали собраний. Я рисовал стенгазету, а она критиковала мои рисунки. Было весело и интересно!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.