Василий Бобырь – Коррекция судьбы (страница 2)
Начальник цеха обычно не появлялся на производственной площадке. Ну не любил он этого! Карьерный взлёт благодаря родному дяде – личному шофёру директора завода – позволил ему не посвящать себя щепетильному изучению технологической схемы производства, а сразу заняться администрированием и руководством. Надёжный немолодой заместитель начальника цеха – руководитель технологической службы, тянул на себе все технические вопросы, согласовывал деятельность подразделений цеха. Экономист ежедневно пыталась привить молодому начальнику экономическую и финансовую грамотность. Шататься по территории цеха причин не было. Но в этот день он решил пройтись, взглянуть на своих рабочих, посмотреть состояние территории. Трудящиеся должны работать в поте лица своего, а растительность – пресекаться на корню, дабы руководство завода хвалило.
Проходя вблизи высокого здания, начальник цеха услышал странный звук и поднял голову. Большая железяка со сложным наименованием «фланец стальной диаметром 400 мм», рассекая воздух, встретилась внизу с поднятой головой молодого руководителя цеха, не обременённого средствами индивидуальной защиты. Начальник молча упал как подкошенный; работающие рядом слесари-ремонтники бросились к пострадавшему. Попутно вызвали скорую помощь и поставили в известность заместителя начальника цеха. Всё завертелось по давно установленным правилам.
Николай Владимирович молча стоял возле лежащего на земле начальника цеха, которому пытался оказать посильную помощь пожилой фельдшер, и думал о своём. Вот ведь доля человека какая! Сколько раз выходил щеголеватый руководитель цеха без каски, сколько раз штрафовал за подобное нарушение подчинённых, а попал в такую ситуацию именно сам. Количество нарушений перешло в качество травмы.
Фельдшер скорой помощи оставил попытку восстановить дыхание пострадавшему. Он старался не смотреть на проломленный череп и не задаваться глупым вопросом о цели жизни организма с полностью отбитой головой. Затем фельдшер встал, подошёл к автомобилю и, вернувшись, накрыл пострадавшего с головой лёгким покрывалом. Эта процедура была понятна всем: начальник цеха умер от полученной на производстве травмы.
Следующие тридцать дней были для цеха тяжёлыми. Проверки следовали за проверками. Постоянно действующая комиссия по расследованию несчастного случая со смертельным исходом извела всех руководителей служб. Все ошибки в обучении и инструктажах были масштабированы и вынесены на общее рассмотрение. Но в какой-то момент, с выходом приказа, всё прекратилось. Остались лишь мероприятия со сроками – и всё.
Всех инженерно-технических работников цеха принял у себя главный инженер. Немного ругал, больше журил. Это и понятно: главный нарушитель – начальник цеха! Затем, отпустив всех, попросил Николая Владимировича задержаться.
– Вы работаете в цехе почти десять лет! – заявил крупный начальник. – И ни разу не были замечены в столь крупном нарушении техники безопасности.
Николай решил скромно промолчать. Но главный инженер этого даже не заметил:
– Есть мнение, что именно вы должны возглавить цех в такое трудное для него время. Предложите кандидатуру специалиста или руководителя взамен себя, а сами пишите заявление о назначении на должность. Постарайтесь сделать это побыстрее!
Николай Владимирович вышел из кабинета начальника взволнованным. Он этого не ожидал, не чаял, не прогнозировал. Это же надо! В голове у Николая вился рой мыслей, причём по отдельности не связанных между собой. И возникла одна – Василий Васильевич! Ему даже показалось, что он увидел его, идущим по коридору вместе с другими работниками. Николай устремился туда, но знакомый мужчина исчез. А, возможно, и вовсе там не был.
– Нужно выпить! – пришла в голову спасительная мысль. – Срочно!
Николай сел в троллейбус, проехал две остановки и зашёл в знакомый по постоянным празднованиям ресторан. Заказал водки и к ней нарезки. Жадно выпил первую рюмку, закусил и замер. Работа ведь не завершена – ещё четыре часа! Какой он пример подаёт своим подчинённым? Разве не он сам заявлял, что алкоголь и работа несовместимы? И что работник, попавший на работу с признаками опьянения, будет уволен? Нет, так нельзя. Расплатившись, он вышел, прошёл до следующей остановки пешком, затем транспортом добрался к проходной завода. Написал заявление о назначении на должность, отдал секретарю в приёмной и вернулся в цех. В свой цех!
Через два дня Николай Владимирович сидел в кабинете начальника цеха. И уже смотрел на всех как начальник, и проблемы цеха видел по-новому – как руководитель. И тут к нему зашёл никто иной, как Василий Васильевич, скромно улыбаясь.
– Вы позволите, Николай Владимирович? – просительно обратился он к начальнику цеха.
– Конечно, конечно, Василий Васильевич! – воскликнул Николай. – Как же я рад встрече с вами.
И вскочил начальник цеха со своего места, и бросился пожимать руку пришедшему, и усадил его, сам сев напротив. Василий Васильевич достал тонкий листик с циферками.
– Это счёт наш для вашей десятины, – скромно сказал гость. – Извольте платить по нему.
– Обязательно, Василий Васильевич! Всенепременно!
– Ну и как вам обстановка? – вежливо поинтересовался посетитель.
– Много новых мыслей, идей! – отозвался Николай. – Горы непочатой работы.
– Ну смотрите, осторожно с горами, – улыбнулся Василий Васильевич. – Не засиживайтесь тут.
Затем они расстались, и только в конце рабочего дня начальнику цеха вспомнилась фраза «не засиживайтесь тут». Что этим хотел сказать уважаемый Василий Васильевич?
Старенький клерк, в котором мы без труда узнаём нашего Василия Васильевича, удобно сел за свой видавший виды стол. Включив старинную настольную лампу, расположенную слева от себя, он достал обычную картонную папку с тесёмками. В папку поместил договор, а на самой папке аккуратно вывел следующий текст:
Дело № 117290456831
Кравцов Николай Владимирович,
обвиняется в грехопадении
Затем Василий Васильевич на время задумался, достал старую и не совсем чистую чашку и включил электрический чайник. Из старой банки с надписью Batik он насыпал в чашку чай и залил подоспевшим кипятком. Старенький клерк не спешил – времени было предостаточно.
Глава ІІІ
Прошло шесть месяцев. Конец осени принёс резкое похолодание. С этим ноябрём всегда так: никогда не угадаешь его настроение. Пошёл снег, деревья вдогонку сбросили последние листья, ощущая наступивший мороз. Ветер сразу перемешал листья со снегом, усложнив и без того нелёгкую жизнь пешеходов, да и транспорт традиционно не был готов.
Николай Владимирович полностью освоился на новой должности. В управлении завода ему все улыбались, за спиной шепча, что он «протеже главного инженера». В цехе он расстался с двумя инженерами, так и не осознавшими случившиеся перемены, остальной коллектив проникся почтительным уважением. Во всяком случае это выглядело именно так. Дисциплина была наведена за короткий промежуток времени его «железной» рукой. И волей!
Резко подросла основная зарплата. Оказалось, что стали доступны и дополнительные источники пополнения семейного бюджета. Жена не нарадовалась, радостно встречая «своего Коленьку» с работы. Детям она объясняла, какой у них замечательный папа. Это было приятно. Незаметно наладилась и интимная жизнь Николая Владимировича. Он стал признанным лидером в семье. Иногда, проходя возле ростового зеркала, он внимательно всматривался в отражение. На него смотрел ещё молодой мужчина, в расцвете лет, подтянутый, приятной наружности, с удивительно умным взглядом.
– Несомненно личность! – характеризовал увиденное Николай. – Величина!
Подошло время отпуска. Николай Владимирович не стал откладывать его.
– Ребята! – обратился он к сыновьям. – А не отвезти ли нашу маму на море?
Детишки ответили радостным визгом, поглядывая на ничего не понимающую мать. И только тогда, когда её муж бросил небрежно на стол путёвки в Египет, она заплакала от счастья.
Отдых в Египте, когда дома уже вовсю бушевала метель, был изумителен. Сыновья до посинения ныряли в масках, рассматривая подводные красоты небольшой глубины. Море было прекрасным, погода – волшебной. В этот период нет огнедышащей жары, характерной для лета в этой стране. К пирамидам решили не ехать: дети ещё малы, чтобы постичь величие, а супругам и так весьма хорошо. Отдых запомнился надолго!
Супругу как подменили, подсунув вместо издёрганной и нервной молодой женщины удивительно весёлую, ласковую и страстную подругу жизни. Её сил хватало и на детей, и на работу. Но больше всего всю себя она посвящала мужу. Ведь он такой молодец! Все подруги знали подробности отдыха в далёкой стране, о характере мужа ходили легенды. Все знакомые семьи заново прониклись уважением к Николаю Владимировичу. Ну а те, кто отношение не поменял, были отброшены за ненадобностью.
Николай щепетильно относился к выплате десятины. Всё было по-честному. Проверить было весьма сложно, но он полагал, что необходимо быть порядочным хотя бы по отношению к себе. Василий Васильевич не приходил, и было трудно понять, хороший это знак или плохой.
Работал Николай Владимирович много. Иногда задерживался после работы, разбирая те или иные проблемы. Он не требовал того же от других инженеров, но контролировал полноту выполнения ими всех обязанностей. И тогда горе тому, кто филонит – наказание следует незамедлительно.