Василий Арсеньев – Противостояние (страница 4)
Вскоре выяснилось, что уборщица вместе с прочим мусором выбросила и бумагу, подложенную под дверь, – ее вынули из мусорного ведра, и текст все-таки был напечатан. Потом ещё раз – внесли поправку о Содружестве независимых государств.
Тем временем, «банная шестёрка» позавтракала, поохотилась на зубра и собралась в бильярдной, чтобы обсудить текст соглашения. Ельцин был трезв как стёклышко, много улыбался и блистал умными идеями (однако сохранить Крым за Россией он, так и, не догадался!).
К часу дня внесли поправки и заново отпечатали текст, а заодно ещё несколько заявлений и документов, часть из которых так и не была подписана (в том числе о координации экономической политики). В час дня задумались над организацией церемонии подписания соглашения. Долго искали место, где разместить столы и стулья, но зала заседаний в резиденции не было, и тогда выбор пал на вестибюль рядом со столовой…
В два часа семнадцать минут пополудни в присутствии телекамер белорусских журналистов, которых накануне ночью разместили в неотапливаемой гостинице в деревне Каменюки, документ, оформивший развал Советского Союза, был подписан…
После нескольких протокольных фотографий «шестёрка» вкупе с подручными Козыревым и Кравченко поднялась на второй этаж в апартаменты Ельцина, где находился узел спецсвязи. Здесь лидеры новоиспечённых независимых государств поспорили о том, кто должен уведомить Горбачёва.
– Борис Николаевич, – говорил Кравчук, – вы всё это затеяли! Ваша была инициатива… Вот вам и карты в руки.
– Вы же знаете, – недовольно бурчал Ельцин, – какие у меня отношения с ним!
Шушкевич, памятуя об утреннем подарке, пошёл навстречу своему гостю:
– Борис Николаевич, я как хозяин саммита готов сообщить о соглашениях Горбачёву, а вы тогда звоните Бушу…
– Станислав Станиславович, – просветлел Ельцин, – вы настоящий джентльмен!
Он быстро набрал номер, по которому, с тех пор как стал президентом России, звонил неоднократно с отчётами перед Хозяином, и вскоре вслед за гудками послышался недовольный сонный голос американского президента (в Вашингтоне в это время было раннее утро, и его подняли с постели).
– I'm listening. (Слушаю).
Ельцин, пряча своё смущение (он понял, что разбудил Хозяина), проговорил:
– Господин президент, Советского Союза больше нет. Но не беспокойтесь, мы берём на себя контроль над ядерным чемоданчиком, над ядерным оружием – оно не расползётся. И тут мир, и Соединённые Штаты не должны волноваться. Сегодня в жизни нашей страны произошло очень важное событие, и я хочу рассказать о нем лично, прежде чем вы узнаете о нем из газет…
Министр иностранных дел Козырев, которому вскоре злые языки наклеят ярлык «Мистер-Да», переводил слова Ельцина на английский язык.
Президент России, между тем, продолжал:
– Мы также гарантируем соблюдение всех международных обязательств, вытекающих из соглашений и договоров, подписанных бывшим Союзом, включая внешний долг. Этот договор подписан тремя присутствующими руководителями республик…
Прослушав перевод Козырева, Ельцин добавил:
– Дорогой Джордж, я закончил. Это исключительно, чрезвычайно важно. По сложившимся между нами традициям, я сразу позвонил тебе, не прошло и десяти минут.
– I got it. (Понятно), – после глухого молчания отозвался Буш. – I will immediately read the agreement as soon as you send me the text, and we will respond quickly. We will work with you and others as events unfold. Of course, we hope that all these transformations will go peacefully. (Я сразу же прочитаю соглашение, как только вы вышлете мне текст, и мы быстро отреагируем. Мы будем работать с вами и с другими по мере развития событий. Разумеется, мы надеемся, что все эти преобразования пойдут мирным путём).
На этом разговор закончился.
Впоследствии, 25 декабря, после отставки Горбачёва, Джордж Буш Старший заявил: «Соединённые Штаты приветствуют исторический выбор в пользу свободы, сделанный новыми государствами Содружества. Несмотря на потенциальную возможность нестабильности и хаоса, эти события явно отвечают нашим интересам…»
После звонка американскому президенту связались с Кремлём. Шушкевич начал говорить:
– Подписали соглашение о создании Содружества. В преамбуле значится, что Советский Союз прекратил своё существование…
Горбачёв внезапно вспылил:
– Вы… вы понимаете, что вы наделали? Вы… понимаете, что мировая общественность вас осудит? Что будет, когда об этом узнает Буш?
– Борис Николаевич, – сдерживая смех, отвечал Шушкевич, – уже сказал ему, и он нормально воспринял эту новость…
На том конце провода повисла гробовая тишина. Наконец, Горбачёв проговорил дрогнувшим голосом:
– Станислав Станиславович, позовите к телефону Бориса Николаевича…
Ельцин неохотно взял трубку и объявил:
– Михаил Сергеевич, мы подписали соглашение. Советского Союза больше нет!
Горбачёв тотчас покрыл его отборным матом. Ельцин, стараясь говорить спокойно, продолжал:
– Михаил Сергеевич, у нас иного выхода не было.
– Мне нужны гарантии, – кричал Горбачёв, – дача, охрана, пенсия…
Ельцин побагровел от злости:
– Дадим мы вам пенсию – четыре тысячи рублей мы вам положим…
Торг по телефону, меж тем, продолжался:
– Машина… мой лимузин… моя дача. Я хочу, чтобы всё осталось! Только на таких условиях…
25 декабря 1991 года первый и последний президент СССР на телевидении зачитал по бумажке текст своего отречения и напоследок, оправдывая себя, проговорил:
– Начинать реформы в таком обществе как наше – труднейшее и даже рискованное дело. Я убеждён в исторической правоте реформ. Общество получило свободу, раскрепостилось политически и духовно… Но мы ещё не научились пользоваться свободой… Мы открылись миру – нам ответили доверием, солидарностью и уважением…
Этот человек, лишившись власти, сначала охаял свой же народ, а под занавес отвесил поклон «мировому сообществу». Можно согласиться с ним, пожалуй, лишь в одном, что
Вот, так пала великая страна…
Она стала жертвой
Но наступают времена, когда каждый из нас должен сказать: «А я горжусь тем, что русский! Я горжусь, что наши предки разгромили нацизм в его логове. Я горжусь тем, что мой соотечественник первым совершил полёт в космос. Я горжусь, что в советской России появилось телевидение ещё в начале тридцатых годов. Я горжусь первым искусственным спутником и межконтинентальной баллистической ракетой, благодаря которой мы смогли создать ядерный щит страны. Я горжусь тем, что Советский Союз был сверхдержавой и контролировал полмира. Я горжусь этим и своим детям передам гордость за свою страну!»
***
Сентябрь 2014 года.
Увы, рыба гниёт с головы… Кого-то из творцов этой, как сказал В. Путин, «величайшей геополитической трагедии XX века», уже нет в живых, – им удалось избежать суда человеческого, а другие – и ныне здравствуют. До сих пор смердит, идёт зловонный дух. Гниение продолжается… Общество поражено пороком алчности, люди в погоне за наживой не замечают своей принадлежности к стране с великой тысячелетней историей. Но есть надежда… Отрадно, что именно в те годы, когда инородный червь подтачивал дерево единого государства, из недр народа начали пробиваться ростки настоящей жизни…
Один коренной москвич по имени Игорь, застенчивый и решительный молодой человек, который в декабре 1991 года скромно, в кругу близких, отпраздновал свой двадцать первый год рождения и, не чокаясь, выпил рюмку водки, – принёс клятву, что положит жизнь свою на алтарь возрождения Империи…
***
Декабрь 1991 года. В день, когда в далёкой Беловежской пуще было подписано соглашение о создании СНГ, в Овальном кабинете Белого дома американский президент принимал весьма необычного гостя… Человек, который незамеченным прошёл через самую совершенную в мире систему безопасности, спокойно сел в кресло напротив Джорджа Буша. Тот невольно вздрогнул, подняв глаза на посетителя. Он тотчас понял, кто перед ним, и долго от страха не мог вымолвить ни слова, беззвучно шевеля губами.