Василиса Мельницкая – Салага (страница 59)

— Есть способ его предупредить? Действуй, — разрешила я. — Но я надеюсь, что он сам прибежит, как только шумиха поднимется. Все, девочки, нет времени. Пора.

Тихо вытащить их всех через Испод я и пытаться не буду. Это верная смерть. Без опыта мне не провести трех человек даже с Карамелькой. Направление она подскажет, а от живчиков мне одной отбиваться придется.

Нам удалось незаметно выйти из дома. По двору женщины могли перемещаться свободно, разве что им не рекомендовалось ходить без разрешения туда, где находились пленники.

Я усилила плетение, разрушающее защиту, проверила собственный арсенал магического оружия.

— Туда? — спросила я у Хадижи, указывая на темное здание в дальнем конце двора.

— Да… — ответила она шепотом.

А ведь здесь есть маг. Двор пронизан силовыми линиями, распознающими чужих и своих. Поэтому тут так пусто. Меня обнаружат задолго до того, как я найду чертову яму.

Но выхода нет. Когда-нибудь я научусь планированию и стратегии. Если выживу.

— Бегом! — скомандовала я и понеслась вперед.

Ася и Катя помчались следом, Хадижа осталась у дома. Трусиха. Впрочем, ее можно понять.

Яму я обнаружила благодаря накрывающему ее куполу. Защиту снесла сразу, целиком. Упала на живот, освещая яму огненным шаром.

Никого⁈ Хадижа обманула?

Нет, куча тряпок на земляном полу шевельнулась. Звякнула цепь. Самое время звать Саву. Со стороны главного дома послышался шум.

— Карамелька! Пора! — крикнула я.

Химера не услышала? Не послушалась? Ничего не произошло, и разбираться с этим не было времени. Я закрыла нас троих щитом, и это все, что я смогла сделать, потому что чеченцы, идущие к нам, впереди вели Мишу, приставив к его горлу кинжал. Любое заклинание из моего арсенала убьет и его. И если сейчас появится Сава…

— Карамелька, отбой, — прошептала я, когда крылатая тень метнулась к моим ногам.

— Сюда иди, рыжая, — приказал Ваха, выходя вперед. — Отпущу всех, если сдашься добровольно.

Почему он обращается ко мне? Нас тут трое. Он — маг? Или, того хуже… неучтенный эспер⁈

Это объясняет, отчего чеченцы не нападают. Их же много, и они вооружены. Они не могли испугаться трех безоружных девушек. Не совсем безоружных…

Так это меня и выдало. Моя сила. Я перестала ее скрывать, ринувшись к яме.

— Там, внизу, девочка. Ее надо вытащить, — быстро произнесла я, обращаясь к Асе и Кате. — На ней цепь. Я не смогу удерживать щит и лезть в яму одновременно.

— Я сделаю, — вызвалась Катя. — Ася, сможешь удержать конец веревки?

— Какой еще веревки? — не поняла та. — У нас нет веревки!

— Сейчас будет.

Кате по силам сплести веревку, уплотнив воздух и напитав его силой. И с цепью она справится. А мне бы потянуть время, если отвлечь внимание Вахи не удастся.

— Почему я? — крикнула я в ответ. — Зачем я тебе? Понравилась?

— Милка, не вздумай… — вскинулся Миша, и его ударили, заставляя замолчать.

— Хочешь силами померяться? — засмеялся Ваха.

И дал отмашку своим бойцам. Пули не смогли пробить щит, но разозлили меня. Ваха не получит никого из нас.

— Отпусти Мишу, я выхожу.

Это несколько озадачило Ваху. Он удивился, что я так быстро сдалась. Насторожился. А я шагнула вперед, оставляя девчонок за щитом. У меня только одна попытка.

— Твое слово — пустой звук? Ты обещал его отпустить.

Ваха дал отмашку, рука с кинжалом опустилась. Мишку вытолкнули вперед. Но я не ударила силой, как предполагал Ваха. Я видела, что он успел развернуть «зеркало», любая магия обернется против меня. Любая, кроме силы эспера.

— К девчонкам, за щит! — рявкнула я Мишке.

На что я надеялась, проецируя массовую иллюзию? Никто не учил меня, как это делать. Я не знала, в моей ли это власти. Я никогда не пользовалась внушением! Но что мне оставалось, если помощи ждать неоткуда?

Ничего сложного в таких условиях я придумать не успела. На чеченцев обрушились полчища иллюзорных скорпионов. Арабских, толстохвостых, ядовитых. Я ничего не произносила — ни вслух, ни про себя. Я представляла, как по людям ползут скорпионы. Ползут и жалят. Много. Кишащая масса.

Раздались крики. Чеченцы замахали руками, стали палить себе под ноги из автоматов. А я набросилась на Ваху, не давая ему опомнится.

Набросилась ментально, бесцеремонно вторгаясь в разум, круша защиту.

Я не обезумела, ощутив собственное могущество. Я прекрасно понимала, что ничем хорошим для меня это не закончится. Но проваленная миссия меня не волновала, как и собственная жизнь. Прежде, чем меня накажут за нарушение закона, я уничтожу этого нелюдя.

Не убью, нет. Сделаю из него растение.

Выжигать разум Вахи было невыносимо трудно. Не имея опыта, я не знала, что, соприкасаясь, сознания сливаются. Зато сразу поняла, почему нет дураков читать чужие мысли. Это омерзительно! К тому же, Ваха — дьявол в человеческом обличье. Он убивал, насиловал…

Я все же не выдержала напряжения, в какой-то момент мир померк. В чувство меня привел Мишка, вылив мне на голову ведро ледяной воды.

С трудом, но я села. Голова гудела. А вокруг — тишина.

— Они перебили друг друга, — сказал Мишка. — А этот… вон, таращится.

Ваха сидел на земле, и взгляд его был пустым.

— Надо уходить, — добавил Мишка.

Я согласно кивнула.

— Карамелька, зови…

Химера, крутящаяся рядом, исчезла, и почти сразу из Испода во двор шагнул Сава. С разбитым лицом и катаной в руке. Вот же…

Я закрыла глаза, уверенная, что теперь все будет хорошо. Не для меня, но это уже неважно.

Глава 50

Любу забрали первой. Вести ее через Испод было нельзя, и дед организовал срочный перелет в столицу. В Грозном не нашлось врача высшего уровня, а первую помощь вполне профессионально оказала Катя.

Девочку плохо кормили, а в последнее время не давали ни еды, ни воды. Посадили на цепь в яме — и бросили умирать. Матвей бессильно сжимал кулаки. Всё сделали за него. Дед узнал, зачем матери нужны деньги, а друзья рискнули жизнью, чтобы спасти его сестру. А он только и смог, что переложить заботу о пострадавших на плечи старших.

Саве пришлось вести через Испод шестерых, и то, что Люба находилась на грани жизни и смерти, сильно затрудняло переход. Ее дух-отражение находился рядом и стремился занять телесную оболочку. Если бы это произошло, Люба навсегда осталась бы в Исподе. Поэтому Сава выбрал ближайшую знакомую точку выхода — дом, где они остановились.

Оставаться там надолго было нежелательно, и Матвей быстро организовал переход в дом деда. Хотел забрать с собой и хозяйку, но она отказалась.

— Двум смертям не бывать, а одной не миновать, — сказала она. — А эти, если им хвост прижать, те еще трусы. К тому времени, как очухаются, ваши с ними разберутся.

И в чем-то она была права. По словам Миши, на шум и стрельбу никто из соседей Вахи не прибежал. Мужчины, что спрятались в доме, не стремились воевать. Алан, и вовсе, чуть ли ни рыдал из-за того, что его дядя нарушил закон гор. Мстители найдутся, в этом Матвей не сомневался. Но зачистка произойдет быстрее. Дядя Саша, приведший деда, поставит на уши всех, кому по должности положено следить за порядком в городе.

Ася отделалась легким испугом. Она помогала Кате, когда в этом была необходимость, а теперь что-то втолковывала мрачному, как туча, Мише. Они сидели во дворе, в беседке. Рядом крутилась Хадижа. Она наотрез отказалась оставаться в доме Вахи, увязалась за Ярой. А Яра спала, и сон ее оберегал Сава. Матвей отдал им свою спальню.

Катя не захотела лететь в Петербург вместе с Любой, хотя Матвей предлагал ей место в самолете.

— Боюсь летать, — коротко ответила Катя. — Я не буду мешать.

И она старательно «не мешала», забравшись с ногами на диван в гостиной. Сидела и смотрела в одну точку совершенно пустым взглядом.

Матвей попросил на кухне чаю, принес Кате и сел рядом, держа поднос на коленях. Катя отвернулась. И даже чуть-чуть отодвинулась. По возвращении она искренне бросилась в объятия Матвея. А он не оттолкнул, нет. Он не смог бы оттолкнуть девушку, что нуждалась в защите. Он даже неловко ее обнял. Но Катя тут же смутилась, извинилась и отошла. Теперь же определенно стыдилась своего порыва.

— Катюш, выпей чаю. — Матвей сам налил и подал ей чашку. — Вас чуть позже покормят, на кухне готовят завтрак.

— Я не хочу есть, — ответила она.

Но чашку взяла, отпила глоток и опустила руки.