Василиса Мельницкая – Чудесные куклы барышни-попаданки. Книга 2 (страница 47)
Он сглотнул, ощутив колючий ком в горле.
- Ответь. – Фрея топнула. – Женишься на мне ради свободы?
- Нет.
- А ради Марьяны?
- Нет, - повторил Влад. – Я не разлюблю Марьяну, а ты превратишься в ведьму.
Историю, рассказанную батюшкой, не забыть. Влад не повторит его ошибки. Умереть ради Марьяны – легко. Предать ее чувства, женившись на нелюбимой – нет. Это никого не спасет.
- Вот и славно. – Фрея вроде как успокоилась. – А то я Марьяне клятву дала, что не хочу за тебя замуж. Смертельную, на крови.
- Что? – Влад нахмурился. – Когда?
Балор глухо зарычал, уставившись на Фрею. Та вдруг смутилась.
- Прости, - сказала она. – Это все характер мой. Да, не сахарный. Я присяду?
Влад отошел от лавки, и Фрея опустилась на нее, расправив платье.
- Марьяна просила передать, чтобы ты не волновался. Она сбережет дочь, и с ними ничего не случится.
- Что?
Влад только это слово и мог выдохнуть. Марьяна очнулась? Фрея с ней разговаривала?
Балор вновь зарычал.
- Да рассказываю же, рассказываю, - проворчала Фрея, обращаясь к нему. – Надо же с чего-то начать.
И рассказала. Да такое, что Влад надолго дара речи лишился. Сначала от радости, что Марьяна жива. После – от привычного беспокойства. Она сбежала вместе с Василисой! Нет, Влад не в обиде. Может, это даже правильно. Но… И как они теперь? Где? Как устроились? На что жить будут?
- А тело Марьяны, настоящее, в хрустальный гроб поместили, - закончила Фрея. – И в подземелье отправили. Только я не поняла, почему хрустальный.
- Это артефакт, разработка для ученых, - ответил Влад. – Когда тело сохранить нужно от разложения. Мертвое.
- А-а-а… Тогда, наверное, это на всякий случай.
- Наверное, - согласился он.
- Чего делать думаешь, княжич? – поинтересовалась Фрея, помолчав.
- Есть варианты? – усмехнулся Влад.
- Они всегда есть. – Фрея поежилась. – Холодно тут.
Влад холода не замечал.
- А я уезжаю, - добавила она.
- Домой? – спросил Влад без особого интереса. – Конкурс закончился?
- Ага. Я выиграла.
- Поздравляю.
- И отказалась от всех контрактов и договоренностей. Я принцесса, возразить никто не посмел. Но мы с Балором домой не вернемся. Мы к Марьяне поедем. Инкогнито.
Влад подумал, что и он с удовольствием отправился бы к Марьяне. Инкогнито? Прекрасная идея. Только из темницы ему не сбежать.
- Хочешь с нами? – предложила Фрея.
- Это невозможно.
- Ты боишься. – Она не спрашивала, а утверждала. – Ты же понимаешь, что Балор поможет тебе сбежать, но боишься. Того, что побег подтвердит вину, которой нет.
- Ты меня на «слабо» разводишь? – догадался Влад. – Обычно этим Добрыня занимается.
- Я не права? – усмехнулась Фрея.
- Права, - согласился он. – Я боюсь. Но не вины и не ответственности. Я боюсь помешать отцу. Он просил… не вмешиваться.
А еще обещал защитить Марьяну и дочь. Но они уехали из города. Находятся неизвестно где. Одни. Их теперь некому защитить.
- Ты и не будешь, - сказала Фрея. – Марьяна далеко уехала. Чем ты там помешаешь тому, что происходит здесь?
Ничем. Но отца Влад все же предупредит. Мало ли…
- Только с тобой я никуда не поеду, - предупредил Влад. – После совместного путешествия меня на тебе жениться заставят. Исключительно ради соблюдения приличий.
Фрея рассмеялась.
- Нет уж! Я, и правда, клятву дала. Но мы же приметные, так что придется внешность менять. Балора замаскируем под овчарку. Я стану барышней, возвращающейся домой после учебы в институте благородных девиц. А ты… - Она хмыкнула, определенно что-то предвкушая. – Ты будешь моей дуэньей.
- Кем? – переспросил Влад.
- Компаньонкой. Э-э-э… Дамой в возрасте, сопровождающей барышню.
Нет, он не ослышался. Ему предлагают путешествовать в образе женщины. И…
А что? Зато так его точно никто не узнает.
Глава 43
Мы с Клавдией Васильевной поняли друг друга правильно. Она-то мой дар почувствовала, а я, получается, угадала, что куклы ее особенные. Она называла их чудесными.
Однако людей в куклы и наоборот Клавдия Васильевна не превращала. И я даже порадовалась, что не сказала ей о том, что могу творить такое ведовство. К тому же, оказалось, что у настоящих чудесных кукол нет лиц.
- Обретая лик, кукла обретает душу, - учила Клавдия Васильевна. – И открываются ворота для темного ведовства. Это опасно, детка. Если кукла попадет в недобрые руки, то человек, кому та кукла сделана, может пострадать. Потому все куклы безликие.
- А я с лицом мастерила, - призналась я. – Но не для ведовства.
- Ты свой дар и не чувствовала, верно? Это ничего. Но теперь, вот, знай.
Клавдия Васильевна делала тряпичные куклы. Использовала и дерево, как основу. И травы разные, если кукла предназначалась для лечения. Ими набивали туловище куклы.
Птица-радость делалась на поленце из березы. Кукла Одолень-Трава обязательно имела солярный символ – руну двойного знака огня. Крупеничку шили из льна, а туловище набивали гречишным зерном. А Благополучницу непременно нужно закончить в один день, а внутрь зашить монетку с цифрой «пять».
Мы занимались каждый день, понемногу, когда Василиса спала. Клавдия Васильевна показывала, как делать куклу, как ее заговаривать, объясняла, как использовать.
- Слова не так уж и важны, - говорила она. – Главное, что у тебя в голове, когда куклу делаешь. Слова помогают направить ведовство, не дают отвлечься.
Василисе я куклу Ведучку сшила. У нее особенное строение, руки матери и ребенка – единое целое. Это тесная связь, любовь и близость матери и дитя.
Как травы, используемые для лечения, положено собирать в определенные дни и часы, так и куклы обретают особенную силу, если сделаны по всем правилам. Оказалось, некоторые положено мастерить только к определенным праздникам. Например, куклу Десятиручку – к первому зазимью, когда выпадает снег. И делали ее из лыкового мочала, красных ниток, разноцветных ленточек, а на сарафане обязательно завязывали девять бантиков.
Шила Клавдия Васильевна и обычные куклы, без ведовства. С лицами, в нарядных одеждах. Их покупали для игр девочкам.
- Твои-то красивее, - призналась она, когда я закончила первую куклу с лицом из холодного фарфора. – Значит, и продаваться будут хорошо.
Я простую куколку сделала, маленькую, для Василисы. Она качала куклу на руках и пыталась накормить ее кашей.
Наши с Василисой дни текли спокойно. Я оставляла ее под присмотром Луши только на время дневного сна. С семейством, живущим на втором этаже, мы подружились. Василиса охотно играла и со старшей девочкой, и с ее младшими братьями, а Катерина, узнав о том, как я собираюсь зарабатывать, предложила свою помощь в пошиве кукольной одежды. И это оказалось кстати, потому что шить платья я умела, а вот мужской костюм – нет. Мне же предстояло сделать куклу для Балора.