Василиса Кириллова – Жених с подвохом (страница 6)

Птица находилась в трех метрах от нас, обвела своим хищным взглядом, издала дикий крик и бросилась в воду.

Я вздрогнула, то ли от испуга, то ли от удивления. Незнакомка была поражена увиденным. Она застыла. Затем оглянулась, посмотрела на меня и сказала:

– На месте стой! Я сейчас вернусь! И отправилась к воде.

Меня так и подмывало сказать: «На месте стой, раз, два…» Но я промолчала. Если бы я не была чёрт-те где, то подумала бы, что это местная физручка. Такая же подтянутая, быстрая, ловкая. Волосы затянуты в тугой конский хвост, который спадает до самых плеч. Кстати, сама я похвастаться достижениями в физкультуре не могла. Медленно бегала, недалеко прыгала, про козла я вообще молчу. Я не только перепрыгнуть его не могла, даже оседлать не получалось. Но приходилось и прыгать, и бегать, так как освобождения от физкультуры мне не давали. Если у меня была простуда, то бабушка лечила меня дома. В больницу мы редко ходили. А про таблетки я узнала только в школе, когда у меня заболел живот и медсестра дала мне активированный уголь. Не знаю, как точно он мне мог помочь при первой менструации, но выпить пришлось.

Прошло десять минут, а никого не было. Идти в пещеры одной? Нет, вариант так себе. Еще неизвестно, что там внутри. Может, она меня скормить кому-то хотела. Подниматься обратно тоже было плохим вариантом, так как кроме скал там ничего меня не ждало. Оставаться здесь и ждать? Нет. Очень хотелось пить. Я готова была прополоскать рот соленой водой. И вдруг ей нужна моя помощь? Может, я спасу её, а она мне поможет выбраться отсюда. Я решила идти к воде, в ту же сторону, куда отправилась химера.

Берега долго не было видно, только каменистый грунт трещал под ногами. Затем я увидела, что моя незнакомка разговаривает с мужчиной, по пояс стоящим в воде. А где же птица? И откуда взялся мужик? Пока в моей голове не связывались эти две вещи.

Я подошла ближе, чем привлекла внимание. Химера резко повернулась в мою сторону и процедила:

– Я же сказала, стоять на месте! Почему ты ослушалась?!

Вот и думай о благородных намерениях, когда на тебя так рычат. Мне совершенно не понравился её тон, поэтому я решила не оставлять этого без внимания и парировала:

– Я не твоя собака, чтобы ты мне приказывала. Это раз. О правилах хорошего тона не слышала? Это два. И я не просила меня сюда тащить. Это три.

Мой ответ пришелся явно не по вкусу незнакомке. Но она сдержалась. Выпрямилась в струнку и с гордо поднятой головой пошла в сторону пещер, оставляя меня, между прочим, с совершенно голым мужчиной. Вода хоть и скрывала его по пояс, но разглядеть очевидное было несложно. Честно говоря, я даже думать об этом стыдилась, а тут, пожалуйста, смотрите на здоровье. И вот что это за нездоровый интерес во мне проснулся? Ни стыда, ни совести... И пить уже перехотелось. Мои размышления прервал мелодичный мужской голос.

– Александра, я прошу прощения, но долго вы еще разглядывать будете? Я, конечно, не против научного интереса, но мне следует приступить к выполнению своих обязанностей.

– Да я и не смотрела… Что я там не видела? – пролепетала, густо покрываясь краской. Что я говорю, конечно, не видела, где я могла такое видеть?

– Тогда последуйте за госпожой Кхирой, пока я, с вашего позволения, приведу себя в порядок.

– Госпожой? – переспросила. Я бы назвала её командиром в юбке, в данном случае в плаще, но никак не госпожой.

– Да, именно так, вы все верно поняли, – продолжил мужчина и начал выходить из воды…

Ой, мамочки… Отвернулась и побежала за девушкой, которая начала скрываться из виду.

Глава 7

Это какие-то испытания: то Велесов, от которого меня просто бросает в жар, то голый мужик, от вида которого можно со стыда сгореть. А про место своего прибывания и говорить не хочется. Саша… Саша… куда ты вляпалась?

Однозначно мужчина выглядел старше Велесова. Он превосходил его ростом и телосложением, и накаченный торс у него имелся; можно было сказать, что он сошел с обложки журнала. Конечно, такой литературы дома, а тем более у бабушки, не было. Но зато она была в печатных киосках по дороге в магазин, за стеклами которых виднелись сексапильные красавицы и красавцы, расположившиеся среди раскрасок для детей, фломастеров, заколок и прочей мелочевки.

Увидеть в натуральную величину такого мужчину было зрелищно. Боже… о чем я думаю. Соберись, тряпка! Нужно думать, как отсюда выбраться, а не о мужиках всяких. Нужно было налаживать контакт с Киркой, или как там её ...Кхирой... Что за имя? Кто так называет детей?

Я не заметила, как догнала девушку. Она стояла возле прохода в одну из пещер, лицо было напряжено. Я решила брать быка за рога.

– Кто это такой? – спросила с вызовом.

– Дружок твоего женишка, – с особым ехидством произнесла она и добавила:

– Не познакомил?

Я, честно говоря, была ошеломлена такими известиями. И лишь пробормотала:

– Какого женишка?

– Ну, что дурочкой-то прикидываешься? От тебя разит его запахом, брачная руна у тебя на руке.

Только сейчас я обратила внимание на место пореза, где действительно была руна; теперь она представляла собой едва заметную маленькую звездочку.

— Какая-какая руна? – переспросила её.

Кхира посмотрела на меня с определённой долей презрения и хотела что-то произнести. Но её опередили:

— Руна первого круга или связывающая руна.

Я обернулась, мужчина уже успел переодеться в василькового цвета рубаху, которая подчеркивала голубизну его глаз, и свободного кроя брюки, из-под полы которых виднелись сандалии, чем-то напоминающие обувь римских легионеров.

— Что это все значит?! – потребовала объяснений от мужчины.

Его взгляд ничуть не изменился, и, словно профессор в лектории, он продолжил:

— Связующая руна – первая в цикле брачного обряда. Она связывает мужчину и женщину. Помогает им понять, насколько они подходят друг другу. Если партнёры выбраны правильно, то руну обновляют и добавляют клятвенные руны, а затем всё зависит от отношений. Если же жених и невеста захотят стать мужем и женой, то им нужно лишь провести обряд инициации.

— А если не захотят? – тут же спросила я.

— А если не захотят, то …– начал было свои объяснения мужчина.

Но его перебила Кхира:

— Лекции свои будешь в семинарии читать, а у нас тут дело, не требующее отлагательств, забыл?

— Кхира Бертрамовна, – нисколько не смущаясь такой дерзости, продолжил профессор, – во-первых, не помню, чтобы мы переходили на ты. А во-вторых, позвольте вам напомнить, что это вы пригласили меня, а не я к вам в гости напросился.

Такой ответ с кого угодно собьет спесь, я даже открыла бы рот от удивления, если бы проклятая жажда не заставляла сглатывать постоянно набирающуюся слюну.

Бертрамовна? Не удивительно, что родители так её назвали. Хм… значит, эти двое уже знакомы.

Кхира Бертрамовна набрала воздух в легкие, потихоньку выдохнула и продолжила:

— Ермил Финистович, прошу, – и протянула руку в сторону входа в центральную пещеру.

Ну точно знакомы! Ермил Финистович? Вот это имена, я же просто Александра Олеговна, ничего особенного. Интересно, а как же зовут Велесова?

Глава 8

Мы вошли в свод центральной пещеры. Воздух здесь был тяжелый, пропитанный сыростью. Я даже поморщила нос. Кхира Бертрамовна взяла факел, вручила профессору такой же и подожгла. Стены тут же приковали моё внимание: на них была представлена наскальная живопись, только сюжеты мне были незнакомы. Изображения представляли собой определенную систему: Солнце, Луна, Земля, много различных писаний на разных языках, человек, напоминающий Витрувианского, какие-то непонятные метаморфозы, и я бы задержалась их рассмотреть, но только госпожа Бертрамовна постоянно меня одергивала и торопила.

Мы остановились перед нами открывались два прохода. Профессор спросил:

— Где вы его оставили?

Химера показала на правый проход.

— Ждите здесь. Если нужна будет помощь, я позову, – приказным тоном сообщил профессор и отправился в проход.

Через несколько минут, мы перестали слышать шаги. Жажда мучала ужасно, какое-то время я терпела, но теперь чувствовала, где-то рядом вода. И прямо спросила у Бертрамовны:

— Где же обещанное питье?

Химера покосилась на меня и прошипела:

— Иди прямо, не сворачивая, и увидишь озеро. Попьешь и мигом назад, я не буду тебя по всем тоннелям искать, понятно?

— Тоннелям? – переспросила я.

— Ты поняла меня? – рыкнула на меня химера.

— Понятно, – удрученно промычала я.

Я уже собралась идти, но поняла, что без факела будет сложно. Повернулась к Бертрамовне и спросила:

— А факел?

— Держи! – всучила мне химера, как бы отмахиваясь.

Я побрела по пещерной тропинке, она вся состояла из каких-то окаменелостей, возможно, здесь раньше протекала река. Слева и справа снова появились проходы, я шла прямо. Затем увидела небольшие сталактиты, они свисали с потолка пещеры, можно было подумать, что я блуждаю во рту какого-нибудь зубастого монстра. Постепенно пасть стала раскрываться, показывая, что впереди что-то поблескивает. Я ускорилась, сталактиты становились длиннее, приходилось пригибаться, чтобы не задеть головой. И вот, наконец-то, выбралась!

Солнечный свет, пробиваясь через разломы пещеры, освещал небольшую тропинку к небесно-голубому озеру. Я положила факел на землю и бросилась к нему, подставляя свои руки. Вода была ледяная, но я хлебала и хлебала, в какой-то момент закашлялась, сильный спазм свел моё горло, слезы выступили из глаз, перевела дыхание и снова принялась пить, только небольшими глоточками. Когда же жажда была утолена, я увидела, что с другой стороны озера за мной наблюдает ворон. Только не тот, которого можно было увидеть в городской черте, а достаточно больших размеров, я бы сказала, очень больших для этой птички.