Василина Жидких – Василика Даль: Возрождение (страница 3)

Второй самый встречаемый вид опасных существ – это те, кто питается энергией человека, его жизненной силой. Они выглядят так же, как мы. Очень похожи на людей, но приглядевшись к ним, понимаешь, что они словно красивая картинка – слишком идеальные волосы, идеальный тон лица, идеальные пропорции тела. Абсолютно ничего лишнего. Они настолько идеальны, что кажутся живыми манекенами, а не людьми. После общения с ними чувствуешь себя разбитым.

Наверное из-за них появился такой тип людского вымысла, как энергетические вампиры. Так вот, это не вампиры, а нечисть, которой нет названия, потому что там смешана кровь какой угодно твари. Я чисто для себя называю их энергетическими вампирами, хотя у каждого хранителя свое имя.

Раньше следили за видами нечисти, но потом, когда их кровь стала смешиваться, следить перестали, выделив основной тип и побочные ветки их жизненной цепи.

Кроме пыли и энергетических вампиров, в городах есть еще грабители. Их мотивы просты, как у пыли, вот только не убийства смысл их существования, а грабеж. Они не могут жить, не грабя, и этот мир, как они считают, самое лучшее место для применения их навыков. В городах много чего можно украсть, а они первоклассные спецы и многие пользуются услугами безликих грабителей.

Многие неуловимые воры, которые давно висят с пометкой «розыск», это те самые твари. На каждое задание у них новое лицо, и это, наверное, самое опасное из всего, что они могут сделать. Конечно, не считая того, что они вынесут половину квартиры. Если не всю.

– Не так уж много.

– Их много, просто для других видов нежити этот мир не пригоден для жизни, – я могла бы радоваться, но перечисленные три вида встречаются часто. – Не заморачивайся зря, этих тебе хватит.

– Хорошо, я запомнила, но у меня вопрос, – Алина подтянула к себе салфетку и начала карандашом рисовать пять кругов. – Пять стран: Моун, Соул, Игнис, Терра и Плант, – она подписала каждый круг, начеркав там короткое обращение.

– Именно к этому государству относится весь род Даль и Сперо, – сказала я, тыкнув на Моун. При упоминании второй фамилии Матвея, Алина на одно мгновение нахмурилась. – В чем вопрос?

– Если видов много, то где-то они размножаются. У них есть какой-то свой кусок земли или что-то типа резервации?

– Амалис, мертвая земля является родиной всей нежити. Между островом Амалис и другими странами есть подписанный договор: пока все эти адовы создания находятся на своей земле, мы их не трогаем, но только они пересекут границы, их убивают.

– Весьма занимательно, – пробормотала она, закрашивая шестой круг. – Кстати я говорила с мамой. Она практически ничего мне не рассказала, сама толком ничего не знает. Говорит, что слышала об особой наследственности нашего женского рода, и, когда пришло время, провела ритуал отказа от силы по наставлению своей прабабушки. Мама часто повторяла одно имя – Анилопа Мун. Тебе это что-то говорит?

Собственно, в тот момент я поняла, какой редкий экспонат мне достался по воле судьбы. Я никогда не хотела быть хранителем какой-нибудь ведьмы или мага, у меня были совсем другие планы. И мало того, что судьбой мне было велено встретить свою ведьму, так она еще и оказалась не из самого простого рода.

– Анилопа Мун – это прямая наследница Анилис Мун. Род Мун несколько веков назад приобрел значение национального масштаба, если можно так сказать. Магическая каста этой семьи были талантливы и изобретательны. Мы по сей день используем их заклинания. Этот род – легенда Моуна.

– Почему?

– Семья Мун поднялась с низов благодаря брату и сестре – Орл и Анилис Мун. Именно они зародили силу, которая в будущем стала их родовым проклятьем. Много трагических событий связано с твоим родом.

Видимо, это правда, что они запретили детям принимать магию.

– У тебя сейчас такое лицо, будто мы о настоящих Романовых говорим, – Алина выпрямилась на стуле, отодвигая от себя пустую чашку. – Ну давай, рассказывай самую грустную часть.

– Грустной части не будет. Мун постепенно стали переселяться в этот мир, медленно исчезая с земель Мортема. Они, то есть вы, совсем «очеловечились», поэтому ты сейчас ведьма, а не маг.

– Я могу стать магом?

– Да, это происходит не быстро и для этого нужен опыт, – которого у нее не было. Пусть Алина и пользовалась своей силой давно, но это простое баловство. То предскажет события, то увядающий цветок воскресит.

Фокусами она занималась, используя лишь крупицу своей магии, которая была в ней, но не с ней. А чтобы соединить ее с магией, нужно было провести небольшой ритуал на полную луну, который мы позже и провели. Сам по себе ритуал не опасен, но Алина пострадала.

Бедняжка упала без сознания и пролежала в таком состоянии пять дней, в течение которых я была вся на иголках, потому что у меня были существенные причины для опасений – тело Алины физически не справилось с магией.

Нам повезло, что с рыжей не произошло что похуже.

После того, как она пришла в себя, Алина начала обучение, достигая колоссальных успехов в заклинаниях и зельеварении за относительно короткое время.

Конечно, нам было сложно, потому что до этого она была обычной студенткой первого курса исторического факультета, а я всего лишь студенткой второго курса археологического. Ей было трудно перестроить свою жизнь.

– Я уже спрашивала, но ты не ответила. Для чего нам птица-оповещатель?

– Для этого нужна причина? Всего лишь средство предосторожности, не более.

– Что-то подсказывает мне, что ты врешь.

– Не отвлекайся, мы уже почти закончили. – Пять часов упорной работы подходят к концу. – Уже скоро.

Замолчав, Алина больше не говорила со мной, полностью концентрируясь на заклинании. Наверное, тоже почувствовала, что конец близок, ведь сквозь ее сжатые пальцы, в которых она сжимала деревянную фигурку птицы, начало пробиваться, едва уловимое взглядом, голубое свечение.

Я собиралась выйти из гостиной, чтобы вернуться к повторению материала перед завтрашним зачетом, когда в комнате раздалось тихое чириканье. Замерев у двери, я обернулась к Алине, которая пораженно смотрела на свои немного трясущиеся ладони.

Медленно переведя взгляд на меня, она будто глазами спрашивала разрешения раскрыть руки. Я кивнула ей и Алина, кротко улыбнувшись, раскрыла ладони из которых тут же выпорхнуло нечто волшебное.

Сделав два стремительно больших круга по темной комнате, птаха села на ветку моего фикуса.

– Невероятно, – тихо сказала я, подходя к растению, чтобы лучше разглядеть это чудо с неземным серебряно-голубым светящимся опереньем.

– Оказывается тебя можно чем-то удивить.

– Только если таким.

Пять часов назад это была обычная деревянная фигурка, а теперь живое существо. Разве не поразительно?

– Как ее назовем?

– Не знаю, – я даже об этом не задумывалась. – Обсудим это завтра, – уже поздно.

Я протянула птице руку, она осмотрела ее своими прозрачно-серыми глазками и мягко ущипнув меня за палец клювом, тут же вспорхнула ввысь.

Надеюсь, моя взбунтовавшаяся интуиция ошибается и нам с Алиной ничего не грозит.

Она – прямой потомок Анилис, мощь Алины пугающая и поэтому я скрываю ведьму.

Хоть бы и в этот раз все обошлось.

Глава 2: Три отдельных периода жизни: «до», «и», «после»

Услышав утром незнакомые звуки, я испугалась. Спросонья не понимая, что происходит, я схватилась за кинжал, который лежал у меня под подушкой, затем положила его на место, когда поняла, что зря запаниковала – птица просто решила попеть.

Встав с кровати, я быстро вышла из своей комнаты в гостиную, где вчера оставила свой смартфон. Взяв с подоконника телефон, я выключила звук и укоризненно посмотрела на птаху, сидевшую на ветке моего фикуса. Она покачивала головой в такт только что играющей мелодии.

– Доброе утро, спящий хранитель, – протянул Матвей хриплым ото сна голосом. У него дурная привычка звонить мне толком не проснувшись. – Я буду через сорок. Примерно.

– Хорошо, – ответила я, прикрывая динамик, чтобы он не услышал, как я зеваю. – Кажется, я не ставила будильник.

– Я бы тебя все равно разбудил, – сонно усмехнулся он, громко зевая в трубку.

– Знаю.

– Чем занимались вчера?

– Как обычно, практиковались в магии. А ты? – я засыпала в кофеварку молотый кофе, поставила таймер и пошла обратно в комнату. – Нашел новые заказы?

– В процессе.

Стать хранителем ведьмы не было потолком моих желаний. Я вообще не хотела быть той, кем сейчас являюсь. Моя мечта – это археологические экспедиции в поисках утраченных магических артефактов.

Матвей тот, кем я хотела стать – независимый ни от кого артефактоискатель.

– На улице холодно?

– Довольно прохладно. Сегодня без пробежки? – настороженно спросил Матвей, пытаясь подавить зевок.

Когда я только переехала к Алине, он звонил каждое утро. Приезжать не мог, потому что «работал», и поэтому читал лекции по сорок минут, пока я тут километры наматывала. А когда вернулся домой, то часто приезжал ко мне, чтобы вместе выйти на пробежку.

– Я вчера очень устала, поэтому сегодня никакой пробежки, – достав голубые джинсы и фиолетовый лонгслив, бросила их на кровать. Драк по дороге не должно произойти, почему бы немного не разбавить мрачную палитру яркими цветами? – Я собираться. Позвонишь, когда приедешь.

– Хорошо.

Матвей сбросил, а я перед душем решила проверить расписание на сегодня. Сев за стол, я невольно глянула на фотографии на стене. В последнее время я обеспокоенна ими.