Василина Лебедева – Контракт с Аншиассом (СИ) (страница 66)

Ему до безумия хотелось всё бросить и направиться за ней, чтобы просто смотреть на Элиссавет, не спускать с неё взгляда, не говоря о слиянии. Мотнув головой, Махарадж стиснул зубы и отвернулся. Стоило вспомнить о её теле, как у него тяжело заныло в паху, руки сжались в кулаки. Хотелось сжать её бёдра и при этом погрузиться в горячее шелковистое лоно.

– Шаранш! – Зло выдохнул он, и рашциз, повернувшись, понятливо посмотрел на хозяина.

Он уже давно служил ему, научился считывать эмоции седока, с которым в походах и боях становился чуть ли не единым целым и сейчас рашциз чувствовал безумную тягу хозяина к самке и не понимал: почему хозяин просто не возьмёт то, чего ему хочется? Для животных не было ограничений, запретов или правил – был лишь зов природы.

А Елизавета, проводив сына к его цело́му, и взяв с него обещание, что он помывшись под присмотром уже идущего за ними Уаншихана, сразу придёт в к маме, медленным шагом направилась к себе.

Предрассветное время для Елизаветы было наполнено общением с сыном: Уаншихан проводив Егора к матери отлучился к остальным воинам, которые сейчас отмечали хорошую охоту на поверхности, а сын, ужиная, взахлёб, с горящими глазками делился впечатлениями.

Когда Егор уже более, менее успокоился, Лиза позанималась с ним грамматикойи заставила решить несколько простеньких примеров, только после этого уступила просьбе сына и закончила на сегодняшнюю ночь с обучением.

– Мультик? – Сын просяще посмотрел на маму. – Пожа-алуйста! – Протянул он, и Лиза естественно сдалась:

– Ну, хорошо, зови Сицица.

Сама она, позвав Самлешу, которая достала из закромов ноутбук и присоединилась к ним, включила самый простой и понятный для всех диснеевский мультик «Бемби».

Егор выступал в роли переводчика, а Сициц и Самлеша смотрели в экран с широко распахнутыми глазами и иногда раскрытыми ртами. Лёжа на матрасе и наблюдая за всеми, Лиза улыбалась – спокойное, тихое времяпровождение было для её нервной системы как бальзам, но ещё не успел закончиться мультфильм, как здрада встрепенулась и, подскочив, наклонилась к женщине, тихо проговорила:

– Хозяин посетит вас через половину дыхания.

***

Провожая сына к цело́му, и тихонько переговариваясь с ним, Лиза по пути встретила его наставника:

– Цишисс Уаншихан, как отдохнули? – Поинтересовалась она, зайдя за полог в цело́м. – Если хотите, я позже приду и останусь с Егором, а вы сможете посидеть с остальными.

– Что вы, аншиасса! Я уже отдохнул. Стар я, чтобы сидеть и истории травить. Это пусть молодёжь отдыхает.

– Здрада сказала, что все отмечали удачную охоту. Скажите, у вас принято что-либо употреблять при этом?

Услышав вопрос, Уаншихан усмехнулся:

– Я понял вас, аншиасса. Принято, у нас мужчины выпивают кошун – это вид напитка, который горячит тело и душу. Но я его уже давно не употребляю, так что не беспокойтесь.

Вернувшись к себе, Елизавета сразу помылась, а расспросив здраду, узнала, что предводящий не отказал себе в употреблении горячительного напитка в отличие от наставника сына. Когда Самлеша удалилась, Лиза, покрутив в руке глиняную баночку с гашаном, решилась всё же нанести его: как бы ей не хотелось иного, но разговаривать или противоречить выпившему мужчине – это сверх дурости.

Лёжа на спине и прикрыв глаза, Лиза ожидала предводящего, а когда услышала, как приподнялся тканевый полог, тут же встала:

– Приветствую вас, предводящий.

– Приветствую, Элиссавет. Я говорил, что можно опустить условности, когда прихожу для слияния.

Лиза кивнув, наклонилась, чтобы взять шёлковую ленту и, отвернувшись, сама повязала её на глаза, затем взялась за узел на груди, чтобы сбросить ткань, которой обернулась после купания, но на её плечи легли тяжёлые мужские ладони:

– Я сам обнажу тебя. – Хрипло произнёс Махарадж, и Елизавета, обернувшись к мужчине, опустила руки.

Махарадж застыл рядом с женщиной, он прекрасно понимал, что ему не следовало употреблять кошун, но иначе он бы давно сорвался к Элиссавет и дал ненужный повод для размышлений своим воинам, зато сейчас ему пришлось прилагать титанические усилия, чтобы не сорваться.

– Ты нанесла гашан? – Спросил он, молясь Двуединой, чтобы она ответила утвердительно, потому что ждать пока подействует снадобье у него не было сил.

– Да, Махарадж, нанесла, – подтвердила Лиза, слыша по голосу мужчины его возбуждение, при этом с тоской представляя: как будет сама мучиться, когда он уйдёт, опять оставив её неудовлетворённой.

– Элисса, – выдохнул мужчина, услышав, как она произнесла его имя – это было сладкой песней для его слуха.

Вновь положив ладони ей на плечи, провёл вдоль рук и, подхватив за талию, приподняв, поставил на матрас. Женщина была маленькой и не доставала макушкой до его подбородка, но сейчас, стоя на матрасе, её грудь находилась прямо напротив его лица.

Поддерживая женщину за талию, как и накануне, он одним движением сорвал покров с её тела и с наслаждением прислонился лицом к её груди.

– Элисса,– прошептал он и вздрогнул, когда женские ладони легли на его плечи. – Подожди, постой. – Он на мгновение отпустил женщину, чтобы скинуть камзол, под который предусмотрительно не надел рубаху и схватив её ладони, вновь опустил на свои плечи.

Махарадж, порыкивая как зверь, тёрся лицом о её грудь, слыша странное срывающееся дыхание женщины, которое будоражило и сводило с ума:

– Ты боишься? – Тихо спросил он, боясь услышать в ответ подтверждение.

– Нет, – прошептала она и он облегчённо выдохнув, спустился ладонями вниз, огладил и в нетерпении провёл по межножью.

– Я не могу больше терпеть, – признался он, удивляясь самому себе. Никогда до этого он не говорил подобного ни одной женщине, да он вообще никогда ни с кем не говорил перед слиянием, но так хорошо было услышать:

– Не терпи.

Лиза, чувствуя, как подрагивают руки Махараджа, когда он гладил, сжимал её грудь, слыша хриплое дыхание мужчины – понимала: он на пределе выдержки. Тем более от него хорошо чувствовался запах алкоголя, который тоже скорей всего не добавлял ему сдержанности.

Поэтому она решила, что уж пусть лучше сразу приступит к слиянию, чем будет мучить и себя и её. Чем больше он гладил, сжимал, тёрся о её тело своим, тем больше возбуждения она испытывала сама, и тем сильнее будет мучиться после.

Проведя ладонями по мужским плечам, спустилась ниже на грудь и осторожно провела по чему-то твёрдому, словно чешуе, но при этом постаралась не подать вида, что это как-то её насторожило. Лиза уже хотела спуститься ладонями ещё ниже, но, во-первых, ей пришлось бы нагнуться для этого, а во-вторых, её запястья перехватили мужские ладони:

– Элисса, – прошептал он тягуче и, подхватив за талию, спустил на пол.– Прими… прими позу для слияния.

Махарадж в этот раз не подталкивал женщину и хоть он сходил с ума от желания скорее погрузиться в её лоно, но также до безумия хотел, чтобы она сама встала на колени, опустилась на руки и прогнулась… Не выдержав, застонал в конце её действий, наблюдая как она раздвинула ноги, приглашая его.

Лиза смотрела в каменный свод пещерки, размышляя о том, что долго она так точно не протянет. Возбуждение уже фактически улеглось, но мысли крутящиеся в голове не давали женщине уснуть.

Стоило Махараджу покинуть её цело́м, она, выкинув подушку из-под ягодиц и прикрыв покрывалом грудь, позвала Самлешу и от неё узнала, что Егор ещё не спит, но беседуя с наставником, вот-вот погрузится в сон. Заодно попросила у здрады какое-нибудь успокоительное средство.

Собирая медикаменты ещё на Земле, она подумывала взять что-то успокоительное и даже записала в список, но купить забыла. Хорошо хоть здрада, понятливо не задав ни единого вопроса, через пару минут принесла ей в чашке горячий настой трав: жуткий по запаху и горьковатый. Но как говорится: «На безрыбье и рак рыба».

Вспоминая сегодняшнее их соитие, Лиза, твёрдо решив поговорить с предводящим по поводу этой щекотливой темы, сейчас обдумывала: что и как будет говорить.

Она с сожалением признавала, что у неё всё всегда идёт не так, как планировала. Зато вспомнилось, как она, оглаживая мужские плечи, спустилась на грудь, почувствовала нечто странное, словно уплотнения или наросты:

«Может поэтому он не хочет, чтобы я видела его?», – раздумывала она. «И что это было? Что-то похожее на чешую или… интересно эти уплотнения проявляются или они на его груди постоянно есть? Хотя нет», – тут же отмахнулась она.

«Он же сказал, что меняется во время полового акта и не хочет её испугать. Как же он меняется?», – задалась вопросом Елизавета, даже не обратив внимания на то, что это её не пугает, а вызывает любопытство. С этими размышлениями Лиза и уснула.

***

Следующий ночной переход был долгим. Их небольшой отряд выдвинулся в путь, когда Зааншара зашла за горизонт только на половину и жар, исходящий от раскалённой за день поверхности, словно обжигая, подгонял рашцизов, которые передвигались с бешеной скоростью.

Елизавета, мысленно поблагодарив здрадов Ведающей, натянула на голову накидку с прорезью для глаз, которая тоже была закрыта сеткой – сейчас она была просто спасением, потому что впереди ползущие, а иногда казалось летящие рашцизы, поднимали клубы песчаной пыли.

Четыре коротких привала, во время которых женщина только и успевала, что справить естественные потребности – умыться и, быстро перекусывая, коротко поговорить с сыном.