Варя Медная – Тайна короля (страница 75)

— Ты ко мне несправедлива.

— А ко мне кто-нибудь сейчас справедлив?

Покачав головой, Каутин вышел из комнаты.

Следующие несколько дней прошли так, как я и не мечтала. Мы с Омодом посетили Альбрехта: старый рыцарь узнал меня, и мы немного поговорили, не касаясь дел давно минувших дней. Не знаю, помнил ли он о них, а я их не касалась.

Его голова совсем побелела, но фигура осталась такой же не согбенной, и от него по-прежнему исходила воля, постоянно толкавшая чем-то заниматься. Во время разговора он вытачивал ножку для стула.

— Так у вас теперь дочь, миледи? — Альбрехт провел рукой по неотшкуренной ножке, смахивая деревянную пыль.

— И сын, и еще один сын, Альбрехт. А у вас, как погляжу, еще несколько правнуков.

— Да, — он с улыбкой отложил инструмент. — Чем вы занимались все эти годы?

— Восстанавливала родовой замок.

Альбрехт помолчал.

— Дело благое, миледи. Вы так резко исчезли. Хотите домашнего компота? Он у нас с вишней и смородиной.

— Благодарю, Альбрехт, но нам с его величеством пора идти. Берегите себя.

— И вы, миледи. Спасибо, что навестили старика.

После мы приступили к уроку с Омодом. Каждый день я занималась с ним и радовалась, видя его радость от успехов. Все это время в замке продолжались развлечения, которые привносили приятные впечатления в остаток дня.

Наконец, дня через четыре я предложила то, что, как я знала, вызовет его сопротивление. Но это было необходимо.

— Вы уже вполне освоились с вызовом Дикки, сир, — произнесла я, пока Омод, зачесывая волосы назад руками, перевязывал их шнурком. — Теперь нужно позвать Орхо…

— Нет, — он дернул рукой, и запястье с браслетом зацепилось за волосы.

Приблизившись, я аккуратно отцепила его.

— Да, сир, — негромко повторила я, заправляя обратно выбившуюся прядь. — Знаю, как он вам не по нраву, но так уж сложилось, что вам нужно научиться с ним сосуществовать.

Омод помолчал, потом поднял глаза.

— Хорошо. Раз вы будете рядом, я сделаю это.

Чуть кивнув, я отошла, и он прикрыл глаза. Какое-то время ничего не происходило, а потом его тело начало сотрясаться, из носа показалась струйка крови, и голова запрокинулась. Испугавшись, я бросилась было вперед, но тут он, хрустнув поясницей и застонав, выгнулся назад, и я резко остановилась: на кровати лежал третий брат.

Орхо медленно раскрыл глаза, уставившись на меня и не меняя положения. Я чуть отступила и двинулась вокруг кровати, не сводя с него глаз. Он тоже не отрывал от меня своих, следя за каждым движением. Ноздри чуть подрагивали.

— Орхо?

Губа приподнялась, но он ничего не ответил.

— Я помогаю твоему брату. Ты, должно быть, знаешь это.

Он промолчал, и я двинулась в обратную сторону.

— И сейчас я хочу поговорить с тобой об этом.

Он подобрал ноги, переместившись на корточки и опираясь пальцами о кровать перед собой.

— Вы втроем, и с этим ничего не поделать. Вам нужно научиться… договариваться. Знаю, ты причинил Омоду немало неприятностей…

Орхо тихо зарычал.

— Знаю, что не хотел. Надеюсь, не хотел, — докончила я, останавливаясь перед кроватью в двух шагах от него и стараясь ничем не выдать дрожи, струившейся сейчас по спине.

— Совсем скоро Омод вернется. И я хотела бы заключить с тобой договор. Что скажешь?

Орхо смотрел на меня, склонив голову к плечу.

— Так вот, как насчет того, чтобы твоих было два часа в день: один на рассвете и один ночью, перед сном?

Я замолчала и усилием не отшатнулась, когда он подался на руках вперед, вытянувшись так, что наши лица оказались почти вровень.

— Ты согласен?

Он медленно повернул голову из стороны в сторону.

— Тогда чего ты хочешь?

Губы раздвинулись, и до меня донеслось внятное:

— Лека.

— Лека? Что это значит?

Он выпрямился во весь рост на кровати, глядя на меня сверху вниз, и повторил, уже громче:

— Лека.

— Не знаю, что ты имеешь в виду, но раз ты отверг мои условия, придется тебе не показываться до тех пор, пока Омод сам не решит тебя выпустить, — произнесла я, отступив.

Раздалось рычание, а в следующий миг он прыгнул на меня.

— Омод, — только и успела выкрикнуть я.

Хрустнуло, и Орхо будто сломался в воздухе прямо на середине прыжка и перекинулся в Омода. Он упал, ударившись руками о пол, и завалился на бок. Я тотчас поспешила к нему.

— Ваше величество…

Он дрожал, по вискам ручьями тек пот.

— Все хорошо, ваше величество, вы прекрасно справились, — держа его за плечо, я помогла ему перевернуться на спину.

Он, тяжело дыша, перекатился.

— Я чувствовал его, — выдавил он с расстановкой, — чувствовал, как никогда. Его страх, злость и недоверие ко всем. Чувствовал желание… подавить меня. Быть единственным.

— Этому не бывать, — произнесла я, подкладывая подушечку ему под голову. — Как бы ни был силен Орхо, вы сильнее, и только что это доказали.

Омод сглотнул и провел под носом, стирая кровь.

— Я сильнее, — повторил он, стискивая мою руку. — Сильнее, — пробормотал, уже прикрывая глаза и погружаясь в дрему.

Я вышла, наказав держащемуся неподалеку стражнику охранять покои и при малейшем шуме звать на помощь. Но едва успела отойти на несколько шагов, как заметила направляющуюся, опустив голову, к покоям служанку.

— Ты, — окликнула я.

Она покорно остановилась, не отрывая глаз от пола. Я неторопливо приблизилась, глядя на корзину с простынями в ее руках.

— Его величество сейчас не нуждается в смене постели.

— Слушаюсь, миледи. — Она отвернулась, чтобы уйти.

— А еще не нуждается в обществе служанки. И больше никогда не будет нуждаться.

Она замерла и медленно повернулась ко мне.

— Можешь не смотреть на меня так. Я вижу, ты красива. Очень красива. Но красота отвлекает, а королю сейчас необходимо быть собранным. Ему не нужно отвлекаться ни на кухне, ни в комнате, ни где бы то ни было еще.

Она продолжила молча смотреть на меня, только стиснула перебинтованными руками корзину.