Варя Медная – Болото пепла (страница 85)
– Ваша светлость…
Та вздохнула и снова остановилась:
– Я что-то путаю, или это мне положено упиваться чужими страданиями? Что ты хотела, Дитя?
– Простите, я не отниму много времени. Я лишь хотела сказать, что… желала бы занять ваше место.
– Что?! – вскричала Твила.
– Вы же не воспринимаете это всерьез, – нахмурился мастер.
– Одумайся, Дитя! – подскочила к ней Твила.
Лицо баронессы сперва окаменело, а потом подернулось судорогой:
– Что ты сейчас сказала?
– Насколько я поняла суть искупительной жертвы, заняв ваше место, то есть избавив от мучительной ноши, я освобожусь от своего долга.
Баронесса кивнула, не отрывая от нее горящего взора:
– Да, но при этом окажешься связана с Пустошью и болотом…
– Да, – кивнула Дитя, – я это понимаю.
– Дитя, – Твила в волнении сжала ее руку, – пожалуйста, откажись от своих слов!
– Почему же? – безмятежно осведомилась подруга.
– Ты же сама видела, что
– Все зависит от отношения, – пожала плечами Дитя. – Необязательно приобщаться к греху, соприкасаясь с ним.
– Ты правда это сделаешь? – недоверчиво переспросила баронесса.
– Да, – просто ответила Дитя.
– Но почему?
– Ну, если честно, мне вас немного жаль. К тому же ваш дом нравится мне гораздо больше моего, а я все равно не собираюсь никуда переезжать из Бузинной Пустоши.
– Дитя, – снова попыталась урезонить ее Твила, – ты понимаешь, что можешь застрять здесь очень надолго? Возможно, навсегда!
– Я и так здесь очень давно, Твила, и привыкла к этому месту. Оно стало для меня вторым домом. Ее светлость права: оно не лишено уюта. Не нужно, мастер Блэк, – добавила Дитя, видя, что он раскрыл рот, – вам все равно меня не переубедить.
Лубберт сидел возле ее ног, раскрыв рот, и только переводил взгляд с одного на другого, чувствуя, что происходит нечто важное.
Дитя повернулась к баронессе, ожидая ее решения. На лице ее светлости промелькнуло волнение, которое она тут же подавила.
– Что ты за это хочешь?
– Освободите барона.
– Ты просишь за него даже после всего, что я рассказала?
– Да.
– Твое великодушие граничит с глупостью.
– Да, так это чаще всего называют.
Баронесса бросила на нее долгий взгляд, а потом прикрыла глаза.
В тот же миг мужчина, с мучительным хрипом отвоевывающий каждый вдох в одной из верхних комнат особняка на холме, с удивлением вдохнул полной грудью и, испытав невероятное облегчение, заснул вечным сном с улыбкой на лице.
– Готово, – объявила баронесса, раскрывая глаза.
– Спасибо, я тоже готова.
Твила прижалась к мастеру, и он приобнял ее за плечи.
На этот раз баронесса не стала закрывать глаза. В ее позе и внешности ничего не изменилось, но что-то произошло с самим местом. Вокруг поднялся ветер, с окаймлявших котловину кустов вспорхнули птицы, а по водной глади скользнула едва приметная рябь. Воздух над болотом дрогнул, словно кто-то легонько встряхнул огромный невидимый колокольчик и вернул его на место. А потом все стало как прежде. Только глаза баронессы сделались голубыми и слегка растерянными.
– Получилось? – спросила Дитя, посмотрев на Твилу и мастера фиолетовыми глазами.
Они только кивнули, не в силах выдавить ни звука.
– Что такое? Почему вы на меня так смотрите?
Она мягко отцепила руки Лубберта, шагнула к болоту и заглянула в отражение.
– О, теперь понятно. Надеюсь, вы не возражаете, ваша светлость?
Дитя нагнулась и, зачерпнув немного воды, потерла ею глаза. Снова глянув в отражение, удовлетворенно кивнула:
– Так-то лучше.
Когда она повернулась, ее глаза оказались густо-лимонными с изумрудными ободками.
Баронесса подошла к ней, больше всего напоминая очень красивую, но весьма обычную женщину.
– Спасибо, Дитя, – сказала она и, мягко взяв ее лицо в ладони, поцеловала в лоб.
Потом отступила и обернулась к своему бывшему управляющему.
– Грин, я
– Так и должно быть, – отозвался тот и вежливо добавил: – Вы позволите?
Прежняя смотрительница рассеянно кивнула. Управляющий снял с нее плащ и с поклоном накинул его на Дитя.
– Ваша светлость, – поклонился он.
Дитя повела плечами, устраивая его поудобнее, и оглядела себя.
– А его можно будет слегка укоротить?
– Конечно, как пожелаете, ваша светлость.
Дитя повернулась к своей предшественнице:
– Ваша светлость…
Та покачала головой:
– Теперь ко мне больше не нужно так обращаться.
– Простите, я по привычке. Только хотела уточнить: а мне обязательно выходить сейчас замуж?
– Нет, если не хочешь. Можешь сделать это позже или вообще не делать. Но со временем поймешь, что без этого скучно. Одной скучно.
– Ну, у меня еще есть господин Грин. Вы ведь никуда не денетесь? – обеспокоенно добавила Дитя.
– Я всегда буду с вами, ваша светлость, – ответил управляющий и снова поклонился – точно так, как всегда кланялся баронессе. Похоже, смена хозяек прошла для него безболезненно. Ничто не изменилось ни в его поведении, ни в обращении.
– Хорошо, тогда вы мне все расскажете и поможете освоиться.
Бывшая баронесса в последний раз окинула взором болото, глянула на тянущиеся вдалеке дымки над крышами Бузинной Пустоши, вдохнула полной грудью и медленно побрела вверх по склону, с каждым шагом становясь чуть более согбенной и дряхлой. Никто ее не останавливал.