Варвара Ветрова – Замуж в туман (страница 38)
“Определённое количество зельев и настоек, которые можно приготовить, нуждается в поддерживающем и корректирующем действии. В первую очередь, мы имеем дело с зельями, изменяющими внешние линии предметов. Разумеется, в отношении зельев мы не можем говорить об изменении самой сути предметов, не говоря уже об изменении внутренней сути людей. Понятие “души” никто не отменял, — верра позволила себе легкую улыбку. По рядам прокатился смешок. — Но одновременно с этим мы не можем говорить о действенности и, главное, стабильности зельев, так как, как мы уже знаем, длительность и условия действия зелья зависят от нашего внутреннего состояния на данный момент. Кто мне раскроет этот вопрос?”
Отвечать выпало мне.
“Верра Самья, — я поклонилась, — внутреннее состояние делится на психологическое и физическое. Психологическое состояние заключается в нашем мироощущении на данный момент, или, как вы любите говорить, — я позволила себе добрую подколку, — в душевном спокойствии, — Верра улыбнулась, призывая меня говорить дальше. — Физическое же состояние заключается в сочетании многих факторов. Наш сон, полноценное или скудное питание, состояние здоровья, — я взяла паузу, задумываясь, — да всё внешнее, по сути, влияет тоже. Тут даже перечислить всё невозможно”.
“Благодарю, лои Сольн, садитесь, — преподавательница прошла мимо меня, — итак, продолжим. Наиболее удобны заклинания, единственная их сложность — в регулярном обновлении. Однако, — она подняла палец вверх, — мы не можем говорить об использовании заклинаний при ряде случаев. Эти случаи вы должны выучить наизусть: если мы имеем ограниченный запас магической энергии в месте нахождения и если мы вынуждены находиться в изменённом состоянии продолжительное время. В первом случае заклинания будут самораспадаться вне зависимости от векторов и нашего желания. Во втором случае — постоянное поддержание зелья заклинаниями может привести к необратимым последствиям в нашей психике”.
“То есть, если надо выдать себя за другого человека и быть им неделю, заклинания не подойдут?” — Вин, мой приятель, тянул руку. Мы прыснули.
“Верно, Вин, — преподавательница сделала вид, что не заметила нашего смеха, — заклинаниями можно поддерживать зелья не более двух-трех дней”.
“А если мне нужна неделя?” — приятель ощутимо погрустнел.
“Если тебе, Виниус, нужна неделя, — верра специально назвала Вина полным именем, — то тебе больше подойдет амулет искажения. Его действие отлично “ляжет” на действие зелья и сгладит последствия”.
“Хорошо, — Вин воспрял духом, — тогда какой амулет мне нужно сделать, чтобы на неделю сменить и удержать облик?”
Я тяжко вздохнула, Вин явно что-то задумал. А все его задумки плохо сказывались на успеваемости и… нас.
“Амулет может сделать и зарядить только профессиональный маг-артефактолог, — в очередной раз улыбнулась верра, — в твоём случае, Виниус, я бы отправилась в лавку и нашла бы там амулет с вот таким символом, — пальцы преподавательницы запорхали в воздухе, и спустя пару мгновений мы смогли лицезреть витиеватый знак, словно состоящий из одних восьмерок, — а затем просить зарядить его на нужный срок, — взмахом руки верра развеяла символ, — только вот, боюсь, это будет стоить о-о-очень дорого…”
Голос верры затихал в моей голове, и одновременно я возвращалась в реальность, ощущая себя мышкой, которую поймал толстый, сытый кот. Потому что в горсти амулетов был только один, заслуживающий моего внимания.
Камень с символами из восьмерок.
Я медленно подняла взгляд и столкнулась с глазами собеседника. Ни капли иронии, ни капли юмора. Он смотрел на меня испытывающе, серьезно, словно думал, съесть ли сейчас или поиграть ещё.
Фалькор.
Фалькор ли?
— Кто же ты на самом деле, Ларгус тебя подери? — выпалила я, одновременно отпуская амулеты.
Собеседник усмехнулся: криво, нехорошо.
— А вот теперь — действительно поиграем, — выдохнул он и, крепко схватив меня за руку, сжал что-то второй рукой. Раздался треск, и мы исчезли во вспышке синего пламени.
Я словно проваливалась сквозь кисель: вязкий, тягучий. Все ощущения пропали, кроме одного — крепкая хватка принца на моем запястье. Попытавшись вздохнуть, я закашлялась, воздух тоже напоминал вязкую субстанцию. А затем… всё закончилось.
Оглядевшись, я поняла, что мы стоим на том же месте, что и ранее, только вот всё вокруг залито тусклым синим цветом. Стены библиотеки сверкали миллионами синих искр, а я… а я была прижата к груди Фалькора.
— Отпусти меня! — я уперлась свободной рукой ему в грудь и с силой оттолкнула. К моему удивлению, держать меня Рейн не стал и с тихим смешком отпустил, сам при этом отойдя на пару шагов. Растирая освобожденную конечность, я огляделась.
— Где это мы? — разговор заводить отчаянно не хотелось, однако при этом я не могла не понимать, что объяснения получить придётся. Даже больше — мой оппонент ждет, чтобы я запросила подробности.
— Во времени, вне времени, — Фалькор усмехнулся, — умная девочка. Умная, но такая наивная, — он двинулся вдоль книжных полок, на ходу вытаскивая с полок фолианты. Толстые, тонкие — да разные, на самом деле. Я отметила, что Рейн не боится поворачиваться ко мне спиной.
— Ты же не принц, верно? — в синей мгле мой голос звучал глухо, стены точно поглощали малейшие отзвуки эха.
— Дара, я уже говорил, что ты умная, — в голосе собеседника мне почудилось плохо скрываемое раздражение, — не стоит меня разочаровывать.
— Я тебя услышала, — я поджала губы, — что ж, тогда, наверное, нам нужно поговорить предметно.
— Нужно, — не стал спорить Рейн, — и начнём мы с того, что ты будешь учиться делать выводы.
— Правда? — мой голос сочился иронией. — Думаешь, меня так легко заставить делать то, что ты захочешь? Или же надеешься, я не знаю, что такое время вне времени?
Произнося это, я, откровенно говоря, кривила душой. Я действительно знала действие этого временного искажения, который на Сером Шпиле мы предпочитали называть просто “временной пузырь”. Однако благодаря моему любопытству, я не могла не знать, что данное заклинание, равно как и ряд других, нейтрализовать невозможно: они будут действовать ровно столько, сколько заложено магом-инициатором. Судя по насыщенно-синему свету вокруг нас, в запасе у Фалькора несколько часов.
“У Фалькора”. Я грустно усмехнулась своим мыслям, конечно, у Фалькора… или как там его зовут на самом деле. А между тем Рейн времени не терял. Подойдя вплотную ко мне, он бросил на стол несколько книг.
— У нас достаточно времени, — кивнул он на принесённую литературу, — поэтому тебе придётся выслушать то, что я хочу до тебя донести. Если, конечно, — он странно усмехнулся, — ты хочешь дожить до конца недели.
Я непонимающе уставилась на Рейна, чувствуя, что внутри начинает закипать злость.
— Ты! — прошипела, делая шаг к нему. — С чего бы мне верить тебе? Ты! Заманил меня в эту ловушку! Ты! Ведёшь себя непонятно! С чего бы это мне тебе верить?
Палец собеседника уперся мне в грудь, одновременно отстраняя и заставляя держать дистанцию. Фалькор провёл рукой по волосам.
— А Анталю ты доверяешь полностью?
— А какая тебе разница? — пошла я ва-банк.
— Да так, — Рейн подвинул стул и уселся на него, — просто странно, что ты пытаешься ему доверять и одновременно несёшься от него со всех ног, стоит только ему тебя поманить. Ну, Дара, не находишь?
Не удержавшись, я отвела взгляд. Что тут и говорить, Рейн бил по самому больному. Я уже давно задавалась мыслью, что рядом с Альсом не могу расслабиться и быть… собой? Почувствовав это, Фалькор открыто рассмеялся.
— Я вижу, ты поняла, что я хотел сказать. Поэтому просто открывай книги, читай и делай свои выводы. А затем обсудим.
Мне хотелось спросить у него о многом: и о том, что он имел в виду своими последними фразами, и о том, зачем он вообще всё это устроил… о вопросах на тему того, кто он на самом деле, я вообще молчу. Но что спрашивать, если мой негаданный собеседник прав, и сейчас не время для разговоров? Поэтому я подвинула себе оставшийся стул и, усевшись, потянула к себе верхнюю книгу.
— Там закладки, — подсказал Фалькор, отрываясь от какой-то невзрачной книженции, в которую успел углубиться во время моих душевных метаний.
— Какой ты предусмотрительный, — съязвила, не сдержавшись.
Собеседник нагло ухмыльнулся и развёл руками.
— Какой уж есть. Зато не притворяюсь тем, кем не являюсь.
— Ну, да, конечно, — пробурчала себе под нос и раскрыла первую книгу на заложенной странице.
Думалось мне, это будет легко. Однако, только просмотрев первые строки, я вздрогнула и поспешно открыла книгу на первой странице. Уставилась в странное название, а затем — отшвырнула фолиант.
— Запретная литература! — зашипела, словно кобра. — Ты хочешь, чтобы я рылась… в этом?
— Ну, дорогая моя, по роду службы ты обязана рыться во всем, что может дать хоть какую-то информацию, — Рейн откровенно веселился, разглядывая меня.
Он поднялся, подобрал книгу и вновь опустил её передо мной.
— Второй раз не пойду, — кратко резюмировал таким тоном, что я поняла — и вправду не пойдет.
Пришлось попытаться на время отодвинуть годами вбитые навыки и все-таки углубиться в содержание.