Варвара Ветрова – Замуж в туман (страница 32)

Я протянула руку, которая тут же потерялась в качающемся сером мареве. Странное явление… И как, скажите, пожалуйста, я найду дорогу назад?

— Эй, дружок, как тебя зовут? — ласково обратилась к коню. Тот прядал ушами и не обращал на меня внимания. Словно я пустое место.

— Ну и ладно, — фыркнула, беря поводья и трогаясь с места.

Мы плыли сквозь туман. Я и конь. Конь и я. Плыли уже больше часа. Признаться, я надеялась на что-то наткнуться. Или на кого-то. Или хотя бы найти место для ночлега, потому что ощутимо потемнело, ещё немного — и на землю опустятся сумерки. А там и до ночи рукой подать.

Стало страшновато. Сознание послушно нарисовало картинку двух остывших тел — моего и моего спутника. Потом дорисовало рядом коленопреклонённого Анталя, почему-то с лошадиной головой.

Так, стоп!

Помахала рукой, словно отгоняя мысли.

— Если через полчаса ничего не найдем, остановимся на ночлег, — строго сказала коню, как будто он был способен меня понять.

Животное безмолвно продолжало прокладывать себе путь меж двумя стенами тумана. Я вздохнула и попыталась успокоиться. Ещё раз посмотрела по сторонам — нет, ничего.

Внезапно конь перешёл на рысь. Я вздрогнула и от неожиданности вцепилась в переднюю луку седла.

— Ты чего? — в моем голосе отчетливо сквозила паника. Весь вид животного давал понять, что он что-то почувствовал, но вот что…

Я вцепилась в поводья, но тщетно. Мы летели, окруженные туманом со всех сторон. Навстречу… Чему?

Стало страшно. В голову полезли ненужные мысли. Зачем я вообще устроила этот… побег? Можно же было просто уйти. Посидела бы в комнате, в конце концов.

На глаза навернулись слёзы. Дура! Просто идиотка! Как можно было лишиться всех мозгов в одночасье? И ведь даже и мысли не было о другом варианте исхода событий!

Мои мысли прервались на самом интересном месте, когда мы вылетели на идеально круглую лужайку, по центру которой горел костер. А у костра…

— Ольма?

Старшая сестра повернулась и посмотрела на меня с нескрываемым удовлетворением.

— Ну наконец-то! — выдохнула она. — А я уж начала думать, что Инферно не почует огонь.

— Инферно? Конь? — я перевела взгляд на животное. Хм, а ведь имя-то подходит! Темная лошадка, как и его хозяин.

При мысли о хозяине Инферно ум затопила вспышка злости, но я упрямо стиснула зубы. Спешилась и подошла к костру.

— Откуда ты…

Ольма подбоченилась. В отличие от своего обычного амплуа, сейчас она была одета в походные штаны и высокие ботинки со шнуровкой. И, на удивление, ей очень шёл этот наряд.

— Нравится? — сверкнула белозубой улыбкой и пояснила на мой восторженный кивок: — Жаль, редко надевать приходится. Но ты, красавица, так дёру дала из замка, что я сразу поняла, что говорить нам придётся здесь.

Я присела к костру и протянула к огню озябшие руки. Огонь был настоящим, и это радовало. Невольно вздрогнула, вспомнив холод замка и вызвав сочувствующий взгляд сестры.

— Что, нелегко пришлось? — понимающе спросила та.

Я кивнула. Отвечать не хотелось. Объяснять что-либо — тоже. Зябко обхватила плечи руками.

— Не вини их, — Ольма подбросила в костер пару поленьев, — мальчишки ещё. Что делят — непонятно.

— Что за… Антея? — я практически выкашляла это имя.

Старшая горничная погладила меня по плечу.

— К сожалению, не могу тебе сказать, — покачала головой, — история давняя, а вот…

Она дотронулась рукой до плеча, вызвав понимающий кивок. Огненная клятва. Дело дрянь.

— Не обойти? — вскинулась я в надежде, но тут же поникла.

Огненную клятву обойти было нельзя: ни намёками, ни жестами. Стоило сработать охранной ловушке, и человек, начавший было говорить, вспыхивал, словно спичка.

— Можно кое-что сделать, — пробился ко мне сквозь мрачные мысли голос Ольмы.

— Что?

— Тебе нравятся витражи в библиотеке? — вместо ответа вдруг спросила она.

— Да! — усмехнулась, поняв, к чему она клонит.

— Тебе должен понравиться витраж у отдела карт, — улыбнулась Ольма, — он потрясающий. Три сирены и русал — знаешь, что мастер расписывал его более года?

— Обязательно посмотрю! — охотно подыгрывала я. Клятва клятвой, но мы вели разговор на совсем другую тему. Правда, нужно было быть предельно осторожными, чтобы не сболтнуть лишнего.

— Это единственный… витраж, который должен вызвать интерес?

— Я полагаю, да, — горничная сверкнула глазами, — однако если у тебя крепкие нервы, то ещё можешь пойти посмотреть на гобелен в галерее. Не уверена, что тебе понравится, — она поморщилась, — но посмотреть можно.

От возникшего чувства отвращения меня затошнило. Водится за мной такой грешок, да.

— Ты хочешь сказать, что… гобелен ещё в галерее?

Ольма кивнула.

— Зачем?

— Я не знаю, дорогая. На этот вопрос у меня нет ответа до сих пор.

Мы замолчали, глядя, как потрескивают дрова. Ольма думала о своем, а я не думала ни о чем. На душе было настолько мерзко, что не передать словами. Не хотелось ничего делать, думать. Существовать. Я поморщилась, осознав, что надо спросить то, что собиралась.

— А почему мы говорим здесь? — прошелестела бесцветным голосом. — Ты, я так понимаю, поехала навстречу?

— Всё верно, дорогая, — Ольма потянулась. Полная грудь мелькнула в разрезе рубашки. — У меня ощущение, что в замке нам поговорить не дадут. Там что-то происходит, а я ещё не поняла что. Но есть то, что я могу сказать однозначно.

Я вопросительно поглядела на собеседницу. Но та, словно не замечая, продолжила:

— Ронин пропал. А с учетом того, что роль он играет… особенную, — она подчеркнула это слово, — это мне очень не нравится. У мальчишек спросить не могу и не буду, не проси.

— Почему? Что за особенная роль? — вопросы из меня посыпались, как из ведра.

— Ронин, это… — Ольма замолчала, подбирая слова. — Что-то вроде духа замка.

Мои глаза сделались похожими на блюдца. Ронин — каримари?!

Я и озвучила этот вопрос, а, получив положительный ответ, так и вовсе застыла соляным столбиком.

Подумать только… каримари! Мифический дух, стоящий на страже покоя обитателей! Теперь понятна реплика Лори про то, что Ронин сам ухаживает за лошадьми — для духа его уровня это элементарно! Но подумать только! И как Анталь с ним договорился?

— Дара, — Ольма перебила мои мысли, — тебе, наверное, стоит посмотреть ещё один витраж. Последний справа. И лучше все витражи посмотреть сегодня.

Я кивнула. Всплеск удивления постепенно угасал, уступая место апатии. Я зябко передёрнула плечами.

Что мы имеем? Ронин — дух замка, грядущий поход в библиотеку, портрет Антеи в галерее. М-да, негусто и невесело.

Я грустно улыбнулась и неожиданно для себя задала вопрос.

— Ольма, а почему… он женат?

Та печально посмотрела на меня и покачала головой.

В замок мы вернулись по одной. Вначале поехала Ольма, предварительно вручив мне металлический компас с двумя стрелками, а через полчаса тронулась и я.

Ехать по компасу оказалось легко. Одна стрелка указывала в сторону замка, другая — размеренно крутилась по циферблату, испещренному странными символами. С такими амулетами я ещё не работала, но мне тем более было интересно. Даже апатия, камнем навалившаяся было мне на плечи, потихоньку спадала.

Когда я въехала в ворота замка (за мгновение до этого спрятав компас — его надлежало вернуть хозяйке), моему взору предстала делегация. Точнее, делегацией это можно было назвать только с большой натяжкой: у ворот в ряд стояли Анталь, Фалькор и конь. Белый. Инферно тихо заржал, вызвав ответную реакцию у собрата, а я мельком оглядела оставшихся двоих.