Варвара Ветрова – Замуж в туман (страница 31)
— О том, чтобы. Рассказать ей. О своей жене, — как маленькому ребёнку, почти по слогам, повторил он.
Последнее перекрытие крыши помахало мне рукой и плавно воспарило в неведомые дали. Мой кулак впечатался в скулу Рейна. Раздался хруст.
— Ах, ты, сукин сын!
Перед глазами стояла серая пелена, в голове звенело. Я был готов размазать своего друга по стене. И вдруг…
— Стойте! — нежный девичий голос ворвался в сознание.
Я замер. Пелена медленно рассеивалась. Только не это…
— Не стоит драк… перестаньте!
Повернул голову и столкнулся глазами с Дарой. Опалив меня взглядом всего мгновение, она отвела глаза. А я вдруг как никогда остро понял: она всё слышала…
***
После ухода Анталя Лори попыталась задержать меня в кровати.
— Лои Дара, — уговаривала она, против моей воли накрывая меня одеялом, — послушайте, вы должны лежать. Жар — это ведь не шутки.
— Уйди, несчастная, — упруго отшучивалась я, и одеяло в который раз отлетало к ногам.
Наконец горничная сдалась.
— Хорошо, — подняла она руки в примирительном жесте, — но тогда сообщите д’эрру Альсу…
— Что ты пыталась, да, хорошо, — выпалила я, впопыхах натягивая на себя платье: хорошо еще, что дошла до шкафа и выбрала новое, а то с меня станется надеть и вчерашнее.
Во мне просто-таки кипела энергия и жажда деятельности. Хотелось бегать, прыгать и обнимать весь мир. Странно, что со мной?
Горничная с улыбкой наблюдала за моими сборами. И только когда я потянулась за подбитой лисьим мехом теплой накидкой, вдруг отмерла.
— Лои Дара, а куда вы?
Я остановилась. Действительно, я и сама ещё не думала, куда я. Но это дело поправимое.
— Спущусь к Ольме, — решила мгновенно, застёгивая мелкие пуговицы, — потом хотелось бы зайти на конюшню. Здесь же есть лошади?
Последний вопрос адресовала Лори. Та покладисто кивнула и вдруг расцвела улыбкой.
— Есть, лои Дара! И рыженькие есть, и белый — красивый такой! И черный, как уголь — это конь д’эрра Альса.
— Интересно, какая лошадь у лорра Рейна, — хмыкнула себе под нос и тут же была услышана горничной.
— Так нет лошадей лорра Рейна! Ни его, ни его помощников, они же порталом пришли!
А, ну да, точно. Забыла.
— Ну вот, заодно выйду на улицу. Кстати, а почему я не видела конюха?
По лицу Лори скользнуло замешательство.
— А… я не знаю, — смущенно посмотрела на меня девушка, — Ронин сказал, он сам за ними ухаживает.
— Сам? — недоверчиво посмотрела на неё. — А конюшня большая?
— Нет, маленькая. Восемь лошадок, — горничная вновь светло улыбнулась, и её настроение передалось и мне. Лори любила животных, и они, словно чувствуя, тянулись к ней.
Про то, что за все дни жизни в замке я выходила на улицу только раз, я вспомнила, уже выходя из комнаты. Ну что же, пора подышать свежим воздухом!
Не успела я сделать и пары десятков шагов, как меня отвлек резкий звук. Удар? Резко обернувшись, я поняла, что раздался он из комнаты лорра Рейна. Что там происходит? Сделала пару шагов, намереваясь пройти дальше, и тут же замерла, услышав голос Фалькора.
— Я тебя понимаю. Но всё-таки позволь мне поинтересоваться: ты вообще собирался говорить Даре об Антее?
— Я не думал об этом, — спустя пару мгновений прозвучал голос Анталя. Бархатные нотки скукожились и померкли, в голосе проявилась незамеченная мной доселе скрипучесть.
Об Антее? Заинтересованная неожиданным поворотом, сама не думая, что делаю, подошла к двери и заглянула в приоткрывшуюся щель.
У кровати в одних штанах стоял Рейн и насмешливо смотрел на Альса. Вроде бы всё под контролем.
— Не думал?
Муж мягко, словно рысь, повернулся и подошёл к брату. Я невольно сравнила их — был у меня такой грешок. И сейчас лорр Рейн был для меня берёзкой: тонкокостный, высокий, подтянутый. В противовес ему Анталь вполне справился бы с ролью клена: на полголовы ниже, но крепче и мускулистее. От мыслей о “мускулистее” низ живота свело сладкой судорогой, что заставило меня улыбнуться.
Я тихонько выдохнула и хотела отойти. Но почему-то задержалась еще на полмгновения. И этого было достаточно, чтобы мой мир, который я сейчас взращивала в себе, мой мир, который открылся мне с новой стороны, мой мир, в который я только-только поверила, пошёл прахом.
— Позаботиться о чём? — тихо спросил Анталь у Фалькора.
— О том, чтобы. Рассказать ей. О своей жене.
Жене? Жене Анталя?
Словно в страшном сне, я наблюдала, как кулак Альса рассекает скулу лорра Рейна. Как запрокидывается голова Фалькора. Как по щеке принца, будто нарисованная, сбегает струйка крови.
Я не помню, как я распахнула дверь. Отрезвил меня только звонкий голос, как оказалось, мой.
— Стойте! — мужчины посмотрели на меня. А мне было… всё равно. Сжав пальцы в кулаки, я опустила голову. — Не стоит драк… перестаньте, — закончила тихо, тщетно пытаясь поверить в свою хорошую мину при плохой игре.
На этом выдержка меня покинула, и, резко развернувшись, я бросилась по коридору, не думая, как выгляжу со стороны. В голове пойманной птицей билась только одна мысль: “Бежать…”
— Дара! — раздался сзади полный боли крик. — Стой!
Не иди за мной. Только не иди…
Я свернула на лестницу и понеслась вниз, не чуя своих ног. Не помню, как толкнула тяжелые двери, ведущие на улицу. Ноги понесли меня в сторону длинного амбара, откуда, как я помню, иногда доносилось ржание.
У конюшни, которую я нашла (точнее сказать, на которую я наткнулась) за амбаром, стоял взнузданным и оседланным черный конь. Анталевский. Полная каких-то мрачных настроений, я запрыгнула на него почти с разбегу, в первый за долгое время раз порадовавшись, что не ношу кринолин. Схватила поводья и дала коню шенкеля, почувствовав, как всхрапнуло в предвкушении бешеной скачки животное.
Бешеная скачка?
А я согласна!
В ушах привычно засвистел ветер, и мы черной молнией вылетели в приветливо распахнутые ворота, подёрнутые тонкой коркой льда.
Глава 12. Нотта
Я подгоняла коня, и так мчавшегося на пределе своих сил и возможностей. Достаточно быстро замок превратился в свою миниатюрную копию, а затем и вовсе скрылся из виду за небольшой берёзовой рощицей.
Я не помню, сколько времени прошло, прежде чем я перевела коня в рысь, а потом и вовсе пустила шагом. Откинувшись назад, устроилась на конской спине и позволила животному выбирать маршрут по своей воле.
Дурные мысли потерялись в скорости, и теперь до меня доходила вся абсурдность собственного поступка. По-хорошему, мне стоило остаться и потребовать объяснений.
Я усмехнулась. Лучший вариант решения проблемы всегда приходит постфактум — да и возвращаться пока не хотелось. В голове снова и снова молнией проносился подслушанный диалог. Я прикрыла глаза и постаралась сосредоточиться.
“О том, чтобы рассказать ей о своей жене”, - кажется, так сказал Фалькор Анталю. Странно, с чего я взяла, что жена нынешняя? Она ведь может быть и бывшей…
Как назло, о личной жизни д’эрра Альса мне не было известно ровным счётом ничего. Да что там говорить, и об Антале в домашней библиотеке перед отъездом я нашла совсем немного: так, несколько строчек. А с лорром Магусом связаться не получится. Хотя, возможно, что-то должна знать Ольма.
Я удовлетворённо кивнула своим мыслям. Хорошо, когда сознание ничем не затуманено: пусть даже и ментальным воздействием любимой подруги. Кстати, о воздействии. Я так и не успела рассказать Анталю про свой разговор с Тионой. И, если честно, и не хотелось: не ранее, чем он мне действительно всё расскажет.
Я хмыкнула. До меня только сейчас медленно начало доходить, что, несмотря на все заверения в доверии, конкретики в нашем общении не было никакой. Точнее, она была… но абсолютно не в той области, в которой я ожидала. Хорошая такая конкретика, горизонтальная.
Хмыкнув повторно, приняла вертикальное положение и огляделась. Огляделась ещё раз. Присвистнула, вызвав недоуменное ржание остановившегося животного.
Вокруг был… туман. Много тумана. Чертовски много тумана, в котором не было видно ровным счётом ничего. Очень много странного тумана, который, казалось, не смущала наступающая зима. Да что там зима, мне даже не было холодно! Да, на мне тёплая накидка, как-никак, я собиралась в конюшню, но все равно я ведь одета не по погоде. Туман был… тёплым?..