Варвара Тэш – Пятый мир (страница 32)

– Луи-Луи, – от смеха Алистера за милю веяло могильным холодом, – ты ведь понимаешь, что, как только она расскажет, мне тут же придётся тебя убить? И всех в этой комнате заодно.

Жеркли нервно сглотнул и покосился на входную дверь, прикидывая свои шансы на побег; Риса поудобнее перехватила сабли, переводя настороженный взгляд с одного посетителя на другого. Луиджи понимающе прочистил горло.

– Её ты тоже потом убьёшь? – уточнил он.

– Определенно нет, – просиял Алистер. – Согласно условиям сделки она неприкасаемая.

– О, – барон опустил руки, в которых держал стилеты, и с отрывистым смешком тряхнул головой. – Я даже не знаю, кто из вас двоих более незадачливый псих: ты или эта барышня. – Сунув оружие в рукава пиджака, он выпрямился, поправив галстук. – Ну ладно. Так и что вам от меня надо?

Глава 15. Стук раздался из-за двери, а за дверью только звери

В день Зимнего праздника с самого утра за окном, не переставая, крупными хлопьями валил снег. Элайна ворчала, блуждая по дому как привидение: она обнаружила, что планы выгулять новую шляпку провалились и теперь придётся надеть манто с капюшоном. А под манто следовало подбирать другое платье и причёску. Мирэлл, расположившись за столом в гостиной, помалкивал, пока жена ходила из комнаты в комнату, открывала шкафы, перебирала что-то в ящиках, недовольно фыркала и чем-то шуршала. Времени до выхода ещё было предостаточно, поэтому он не торопил супругу, позволяя той вдоволь навздыхаться. Обложившись инструментами, он умиротворённо копался в механизме карманных часов, найденных в подвале. Пытаясь расшевелить заржавевшие шестерёнки, он так увлёкся, что не сразу заметил, когда шаги и ворчание стихли. Через пятнадцать минут Элайна, одетая в элегантное бледно-розовое платье, появилась в дверях гостиной, в мрачной задумчивости натягивая на руки белые перчатки. Её золотистые волосы были собраны в гладкую прическу и скручены в тугой, низкий пучок, закреплённый гребнем с кленовыми листьями. Мирэлл отложил отвёртку и улыбнулся, любуясь женой.

– Думаю, мне стоит извиниться, – сказала Элайна, подходя ближе и, заметив, как супруг недоумённо моргнул, пояснила: – Я всё утро веду себя просто ужасно.

– Да? А я и не заметил.

– Мирэлл, – она вздохнула. – Я серьёзно.

– Элли, чтобы я мог классифицировать твоё поведение как ужасное, тебе пришлось бы убить кого-нибудь. Остальное в твоём исполнении выглядит скорее как очаровательное чудачество, нежели как что-то предосудительное.

– Ну и шутки у тебя, – удивлённо качая головой, прокомментировала она.

– Я вполне серьёзен, – заверил тот. – Тебе не за что извиняться. Я знаю, что ты устала от безделья.

Она иронично сузила глаза.

– Мы целыми днями чем-то заняты.

– Да, но не тем, что на самом деле занимает твои мысли, – поднявшись на ноги, Мирэлл обошёл стол, останавливаясь напротив жены. – Признайся, ты мечтаешь поскорее покончить со светскими обязанностями и засесть за свои картины.

– Наши картины, – поправила она.

– Наши, – согласился он, привлекая её к себе. – Честно тебе признаюсь, я тоже жду, когда праздники закончатся.

Элайна положила голову ему на плечо, обнимая за шею.

– Может быть, не поедем никуда? – в её голосе зазвучали лукавые нотки. – Никто и не заметит нашего отсутствия.

– Думаю, будет сложно не заметить пару пустующих стульев за столом губернатора, – напомнил Мирэлл, мягко поцеловав её в макушку. – Учитывая, что все знают, кто именно там должен сидеть.

– Ты прав.

Она со вздохом отстранилась, критически оглядев мужа с ног до головы, потом поправила его пиджак и шейный платок, убедилась, что непокорные каштановые волосы не торчат во все стороны, как это обычно бывало, и удовлетворённо кивнула.

– Я говорил, что ты потрясающе выглядишь?

– Нет, – она выжидательно изогнула брови. – Говори скорее!

– Ты прекрасна.

– В твоём голосе слишком мало восхищения. Ещё, пожалуйста.

Мирэлл негромко рассмеялся и наклонился, чтобы поцеловать жену, когда прозвучал звук колокольчика у калитки на улице. Супруги одновременно обернулись к окну, за которым их уже дожидался губернаторский дилижанс.

Дорога до главной площади заняла не больше двадцати минут, но за это время Элайна успела стряхнуть хмурое настроение и навстречу к отцу и старшему брату вышла, сияя тёплой улыбкой.

– А вот и они, – Реджинальд поцеловал сестру в щеку и сдержанно пожал руку Мирэллу. – Снежный денёк выдался.

– Если продолжится такой снегопад, всю ярмарку заметёт, – неодобрительно покачал головой Гориан, взглянув на сына так, словно это было его упущением.

Все вместе они направились под ярко-красный навес, где уже были расставлены столы для гостей и собрана сцена, на которой до начала приветственной речи губернатора играли музыканты.

Укрывшись от снегопада, Элайна сняла капюшон и, расстегнув серебряную пряжку отороченного мехом манто, отдала его служащему на входе. Расставленные по периметру шатра обогреватели защищали от холода с улицы, давая гостям возможность избавиться от верхней одежды на время праздничного концерта и обеда.

– А вот и вы! – Лестер Альферс неторопливо поднялся со своего места за губернаторским столом, распахивая Элайне приветственные объятия. – Элли, милая моя девочка, до чего же ты очаровательна.

Элайна смущённо замахала руками на лорда искусств, уверяя, что это «первый наряд, попавшийся под руку» и выглядит она совершенно обычно, но щёки её зарделись от удовольствия. Галантно отодвинув для неё стул, Лестер обернулся к Мирэллу, пожал ему руку и тут же принялся расхваливать убранство площади и праздничную программу. За долгие годы работы на благо города Альферс так и не обзавёлся семьей, с которой мог бы разделить радости зимнего праздника. Но близкому другу Гориана ему всегда находилось место за губернаторским столом, где его принимали как дорогого родственника.

– А где Мартин? – обменявшись звонким приветствием с Вероникой, Элайна покрутила головой в поисках младшего брата. – Я думала, он уже вернулся.

– Выходит, что нет, – Реджинальд сел рядом с женой. – Мы надеялись, что он приедет с вами.

– К нам он не заходил, – Мирэлл расположился рядом с Элайной, обводя взглядом шатёр.

– И дома не появлялся, – губернатор рассерженно цокнул языком. – Если этот лоботряс пропустит официальную часть, клянусь создателями, печати ему не видать как собственных ушей.

– Повремени с грозными речами, – Лестер похлопал старого друга по плечу. – Дай мальчику время. Он скоро объявится.

Гориан бросил на лорда искусств угрюмый взгляд.

– А его друзья вернулись? – обеспокоенно спросила Элайна.

– Нет.

– Возможно, их задержал снегопад? – предположила Вероника, переглянувшись с Реджинальдом.

– Мне плевать, что их задержало, – отрезал Гориан. – Если он не явится к назначенному времени, лететь этому безмозглому Стрижу…

– Он приедет, отец, – Элайна успокаивающе коснулась его запястья. – Уверена, он уже дома и просто готовится.

– Лучше бы ему поторопиться, – проворчал Реджинальд. – И о чем он только думал, отправляясь на охоту в такое время?

К столу подошел официант, подавая закуски и глогг, и все на время оставили тему, переключившись на более нейтральные обсуждения. Приближалось время праздничной речи губернатора, а Мартин всё не объявлялся. Как заметил Мирэлл, его приятелей тоже видно не было. Гориан, теряя терпение, то и дело отвлекался от беседы и несколько раз подзывал одного из гвардейцев, интересуясь, есть ли новости, но тот только расстроенно качал головой, снова и снова повторяя, что Мартин и его друзья в город пока не вернулись.

– Ну, довольно, – сердито бросив на стол салфетку, губернатор подхватил свою трость, собираясь подняться на ноги. – Если мальчишка предпочёл игнорировать свои обязанности, так тому и быть. Элайна, – она вскинула на отца удивлённые глаза, – сегодня на сцену вместе со мной и Реджинальдом поднимешься ты, – он помедлил, стискивая пальцами рукоять трости, – как наследница Печати Тысячи Мостов.

За их столом воцарилась оглушительная тишина. Все знали, что Гориан планировал официально представить Мартина горожанам как своего наследника и торжественно вручить ему печать, и такой поворот…

– Отец, стоит ли так горячиться? – тихо спросил Реджинальд, обменявшись встревоженными взглядами с сестрой и лордом искусств.

– Мартин так готовился к этому, – добавила она. – Прошу тебя, не принимай поспешных решений.

– Дети правы, Гориан, – поддержал Лестер, отвечающий за формальную часть выступления с наследованием печати. – Не торопись рубить головы. У нас ещё есть время. Возможно, его действительно задержал снегопад…

– Хватит этой ерунды, – перебил губернатор. – Мальчишка должен был понимать всю важность сегодняшнего события.

– Он понимал… – попыталась выгородить брата Элайна.

– Если бы он понимал, то не отправился бы на охоту за день до праздника, – Гориан негромко стукнул тростью по деревянному настилу. – Элайна?

Она продолжала сидеть на месте, переводя растерянный взгляд с брата на Веронику, затем на Мирэлла, а после на Альферса в поисках выхода или поддержки. Все обречённо молчали, даже лорд искусств. В конце концов, окончательное решение мог принимать только губернатор, а он похоже менять его был уже не намерен. Мирэлл ободряюще сжал руку жены.

– Я не могу… – прошептала она, умоляюще глядя на него, после чего посмотрела на губернатора: – Отец, я не могу забрать это у него.