Варвара Тэш – Пятый мир (страница 17)

– Не совсем. Они с самого начала воевали… стоит только взглянуть на историю Тэрры. Она, с одной стороны, завораживает поэзией, искусством и архитектурой. Люди там талантливы, как и создатели, спроектировавшие этот мир. И вместе с тем разве они не воюют друг с другом по любому поводу? Не спорят из-за земель, убеждений, веры, идеалов? Даже из-за собственных жён… если припомнить взаимоотношения самих пятнадцати архитекторов, становится понятно, почему Тэрра так гениальна и так воинственна. Эти качества заложили в неё они.

– Ты прав, – согласилась Элайна. – И это одна из моих теорий.

– А какая же другая?

Элайна повернулась к нему всем корпусом и так прочувствованно заглянула в глаза, словно собралась сознаться в преступлении. Мирэлл невольно занервничал, теряясь в догадках насчёт того, что же она собирается сказать, а его супруга тем временем открывала и закрывала рот, пытаясь подобрать слова, как вдруг звонко выпалила:

– Вообще-то, если честно, все эти разговоры страшно меня взволновали. Ты проголодался? Я проголодалась. Просто ужасно проголодалась! На углу есть отличное место, и там подают волшебный горячий шоколад! Добавляют туда какой-то сироп или что-то такое – пальчики оближешь. И вафли! Необычайно вкусные вафли. Ты пробовал? Да? Нет? Ты обязан попробовать. Прямо сейчас. Немедленно. Идём. Скорее идем.

Он не успел ничего сказать – Элайна уже торопливо шагала прочь из залов Тэрры, словно всеми силами стремясь оказаться как можно дальше и от фрески, и от разговора, который сама же затеяла. Мирэллу не оставалось ничего другого, кроме как молча последовать за женой, гадая, что за устрашающая идея так назойливо впилась в её бойкий разум, раз та настолько отчаянно пытается от неё убежать.

***

– Я вот иногда думаю, – обхватив ладонями чашку с горячим шоколадом, сказала Элайна, когда они расположились в небольшой кафетерии на углу соседствующего с галереей здания, – какая от нас, по сути, польза?

– От нас? – не понял Мирэлл.

– Я говорю о Центральной Провинции, – пояснила супруга. – Чем мы ценны для остальных? Всё, что мы делаем, это пишем картины. Конечно, не все рождаются одарёнными. Те, кто не может творить, становятся кураторами, или открывают свои лавки и магазины в Амрисе. Но если так подумать, то отчего бы им не поехать, например, в Северную Провинцию? Там же обучаются лучшие воины и производится уникальнейшее оружие. Могли бы освоить боевые искусства или стать мастерами оружейного дела. А в Западной Провинции море путей для изучения практически любого ремесла. На востоке живут учёные, так почему бы не присоединиться к ним? Работать с артефактами и разрабатывать новые технологии. А можно вообще уехать в Южную Провинцию и бездельничать.

– Я бы не сказал, что на юге сильно бездельничают, – тихо посмеиваясь, напомнил Мирэлл. – Они являются основными поставщиками продуктов и целого ряда материалов для остальных четырёх провинций.

– И всё же, – не отступала Элайна. – Они все работают. А чем мы занимаемся?

– Создаём миры.

– И кому они нужны?

– В целом, конечно, никому, – в голосе Мирэлла отчетливо слышалась ирония, – но некоторые источники утверждают, что энергия, которую производят созданные миры, питает жизненной силой все Пять Провинций.

– Да, нам в университете об этом с первого дня обучения говорят, – Элайна хмыкнула, помешивая в чашке горячий шоколад. – Идеальная работа – художник. Рисуй картины, получай за это жалование и бед не знай. Странно, что в других провинциях нас до сих пор не обозвали тунеядцами.

– Мы снабжаем их жизнью, порой рискуя собственной, – напомнил Мирэлл, – а они нас – ресурсами, которые благодаря этой самой энергии и производят. Всё очень закономерно.

– А кто может доказать, что мы и правда питаем их энергией?

– Последнее исследование учёных из восточного университета, к примеру, – тут же ответил Мирэлл. – Они написали впечатляющих масштабов диссертацию о том, что одна только Тэрра способна питать энергией целую провинцию. А у нас сотни «живых» миров. Мы их кормим, а они кормят нас. Закон природы в действии.

– Какой-то круговорот энергий в природе.

– В мире всё в принципе очень просто устроено. Не стоит усложнять то, что изначально сложным не было.

Элайна помолчала, постукивая пальцами по чашке, и задумчиво взглянула на мужа.

– Не относятся ли твои слова и к тому, что я сегодня рассказала о Тэрре?

– Вот уж нет, – Мирэлл качнул головой. – Здесь как раз вся ситуация изначально весьма непростая, – он запустил пальцы в волосы, взъерошив спадающую на лоб чёлку, отчего та практически встала дыбом, и Элайна со смехом попыталась пригладить её обратно, но только ещё больше взлохматила. – Но ты так и не сказала, что же пришло тебе на ум в связи с этим, – напомнил он, когда та прекратила наводить хаос на его голове.

– Мне пришло на ум создать репродукцию, – откликнулась его собеседница, подавшись вперёд.

– Репродукцию… какого-то из городов?

– Нет, – ещё тише сказала Элайна, то ли опасаясь, что кто-то из немногочисленных посетителей её услышит, то ли страшась собственных мыслей. – Всей Тэрры.

– Элли, – Мирэлл затих, не зная, как реагировать. – Я же… сейчас правильно тебя услышал?

– Я знаю, как это звучит, – поспешила пояснить Элайна, поднимая руку, чтобы прервать преждевременные комментарии или возражения. – И знаю, о чём ты сейчас подумал, но нет, я не хочу её переделывать или копировать целиком. Я хочу создать… копию определённого момента истории, пока у них не началась новая война. И сделать не целый мир, а его продолжение, – заметив скептический взгляд мужа, она взволнованно продолжила. – Это как если бы мы посмотрели спектакль, потом вернулись к середине действия и заставили актёров всё переиграть заново по скорректированному сценарию.

– Но как ты планируешь исправлять «сценарий», у которого даже нет финала, а ролей и декораций миллиарды?

– Добавлю новых энергий, чтобы выровнять взбесившиеся вектора. Если получится создать репродукцию, вплету её в ткань мироздания Тэрры, и процесс её развития получит новый виток, разбавив энергетический застой.

После этих слов между ними надолго воцарилась тишина. Элайна потягивала свой шоколад, бросая нервные взгляды на мужа, а тот хмурился, обдумывая услышанное.

– Звучит и правда безумно, – наконец подал голос Мирэлл. – Ты ведь помнишь, да, что Тэрру делали пятнадцать создателей?

– Но я не создаю. Только копирую.

– Это не отменяет просто чудовищных масштабов. Я даже не знаю, возможно ли сделать то, что ты задумала…

– Именно поэтому я и хотела обсудить это с тобой, – когда стало понятно, что Мирэлл не собирается сразу отвергать её идею, голос Элайны обрел некоторую твёрдость. – Ты ведь проектировщик, – сказала она, – рассчитываешь траектории движения векторов и их изменчивость. Каково твоё мнение?

– Я не могу вот так сразу ответить, – он вздохнул, потирая подбородок. – Для начала нужно провести расчёты, измерить каркас мироздания… а учитывая размеры и сложность Тэрры, возможно, мне придется переехать в галерею и разбить там, где-нибудь временный лагерь…

– Но ты согласен?

– На твою безумную идею вдвоём скопировать легендарное творение, которое старше всех существующих миров, проложить новые вектора, запустить свежие движения энергий, а потом соединить с оригиналом? – его глаза вспыхнули азартным предвкушением. – Ничего интереснее я бы за всю свою жизнь не придумал, а ты спрашиваешь, согласен ли я.

Элайна просияла.

– Ты знал, как сильно я люблю тебя?

– Догадывался…

– На самом деле я уже собрала для тебя кое-какие материалы и расчёты, чтобы было с чего начать.

– Кое-какие? – он с подозрением сощурил карие глаза.

– Всё, что нашла в наших архивах, – призналась она. – И описание всех методик, которые использовались при создании.

– Так вот что за коробки заняли весь наш подвал…

– А ещё все палитры и техники нанесения красок.

– Знаешь, когда мы поженились, я знал, что ты привнесёшь в мою жизнь моря новых оттенков.

– Мне удалось?

– Несомненно, – он помедлил, и его лицо приняло более серьёзное выражение. – Но у меня есть очень неприятный вопрос. Ты собираешься рассказать об этом своему отцу?

– Нет, конечно, – ужаснулась Элайна. – Если проект получится, и картина зацветёт, я расскажу ему, и мы подумаем, как пробросить мосты и сшить картину с Тэррой, но это займёт года три, а то и больше. До этого ему совершенно необязательно знать, иначе он меня придушит. И тебя тоже.

– Разумно.

– К тому же мы пока не знаем, получится ли у нас.

– Если не получится, то у тебя на руках будет незаконная копия Тэрры, – напомнил Мирэлл.

– Я её усыплю, отрекусь от прав и отдам в школу на изучение, – спокойно сообщила Элайна. – Пусть детишки развлекаются репродукцией. Или мы добавим пару штрихов и переиначим мироздание, если сразу станет понятно, что у нас ничего не получается.

– Я боюсь, если мы начнем на ходу выправлять и переиначивать мир, который и так списан с другого, он сойдёт с ума до того, как созреет. А ты знаешь, чем это чревато.

– Значит, мы будем очень осторожны.

Они ещё несколько часов просидели в кафе, обсуждая миры и картины, строя планы работы над репродукцией и пытаясь определить, когда будет разумнее начать. В работе у них уже было несколько картин, и они находились на ранних стадиях. Оставлять их сейчас, чтобы полностью переключиться на новый проект, было неразумно. А значит следовало отложить начало работы над копией как минимум на год. За это время Элайна планировала детально изучить необходимые для начала работы техники и закупить материалы, которых потребуется немало.