Варвара Оськина – Инсинуации (страница 12)
Благодаря успехам в инженерии, Элис получила возможность проводить опыты на одной из самых продвинутых экспериментальных кафедр института. Её заказчики из NASA полностью оплачивали все необходимые изыскания, так что она могла позволить себе арендовать собственное оборудование для непрерывных исследований. Аудитория, где в прошлом году Элис проводила каждую субботу, была большой и светлой. Удачно сочетая в себе лекционный уголок и стенды для различных приборов, её оснастили всей возможной аппаратурой, которая только могла потребоваться студентам Массачусетса.
Заняться разработкой базы для секвенирования генов в своё время предложили Хиггинсу. Однако тот был слишком занят своими текущими проектами и потому решил перепоручить задачу Элис. Это случилось на третьем курсе, который стал отправным в их долгом и плодотворном сотрудничестве. Разумеется, вначале она испугалась и всячески отказывалась от незнакомой для неё темы, стуча зубами от самого страшного кошмара любого ботаника – не справиться. В конце концов, она всего лишь программист! Но руководитель мягко и настойчиво убеждал её ознакомиться с проектом поближе, и, спустя два месяца, Элис обнаружила, что увлеклась открывшимися перед ней задачами. Не раздумывая, прямо посередине семестра она записалась на курсы по биотехнологии, наноматериалам и клеточной инженерии, решив освоить две специальности сразу.
Тот год прошёл как в тумане, пока она металась между занятиями, проектами и работой. Элис спала в сутки от силы по три-четыре часа, пока стремилась нагнать своих новых однокурсников, познавая предметы, которыми даже и не планировала когда-либо заниматься. Она была настолько воодушевлена и поглощена новыми знаниями, что не обращала внимания на постоянно растущие боли в сердце. Такое легкомыслие оказалось весьма опрометчивым, потому что однажды Элис свалилась с приступом прямо на планёрке у Хиггинса во время презентации достигнутых успехов. По счастью, в тот момент Джошуа благополучно дремал рядом за компьютером и быстро сориентировался посреди развернувшейся паники. Наверняка всё в тот момент показалось профессору чистым безумием: один его студент корчился на полу, а другой поспешно запускал на телефоне бодренький бит «Stayin’ alive». Попутно Джо шарился по карманам Эл в поисках нитроспрея и пытался понять, есть ли фибрилляция.
Лёжа несколькими часами позже в институтском госпитале, Элис ещё долго выслушивала яростные вопли Хиггинса. Предатель Джошуа сдал подругу с потрохами, выдав полное жизнеописание мисс Чейн чуть ли не от момента зачатия. Руководитель тогда отбросил к чертям разницу в статусе, профессиональную этику и простое человеческое воспитание, едва ли не визжа на всё отделение о безответственности Элис. Однако обижаться было не на что. Как можно сердиться на человека, в глазах которого плескался недавний страх? Святая корова! Мэтью Хиггинс был напуган до тремора зубов! В то время как сидевший рядом насупившийся Джо молча позволил профессору выплеснуть накопившийся адреналин. Взбучка от друга предстояла чуть позже, по возвращении домой.
Именно тогда стало понятно, насколько профессор восхитительный друг. Стоило Элис очутиться в обычной палате, как он принёс необходимые книги, конспекты и пожелания скорейшего выздоровления от всех преподавателей. По просьбе руководителя заглянул даже куратор курса, пообещав решить вопрос с пропущенными лабораторными и тестами. Эл не знала, какими трудами и обещаниями Хиггинс смог убедить профессоров, что именно эта студентка заслуживает особенного внимания. Они никогда не заговаривали об этом. Но ведь все знали, что в Массачусетсе было не принято тянуть отстающих… Ладно. На самом деле, здесь даже смерть не считалась веской причиной пропустить какой-нибудь важный семинар. Все годы обучения учёба напоминала беспощадную гонку на выживание. Добрался до финиша? Справился? Отлично. Давай пошевеливайся и дальше. Не можешь? Или, не дай бог, устал… Тогда тебе стоит сменить университет. Желательно, прямо сейчас.
Так что происшествие не заставило снизить темпы работы. Однако Джошуа, а вместе с ним и Хиггинс, настояли, чтобы Эл регулярно проходила обследование в университетском медицинском центре. Слава богу, страховка покрывала душеспасительные беседы с доктором Ченом и новые вариации лекарств. Ну а раз в полгода Элис обвешивали датчиками, ставили на беговую дорожку или сажали на велотренажёр и снимали все показания, которые только можно было снять. К сожалению, выводы были неутешительны: врачи настаивали на операции, Хиггинс – на отдыхе, Джо – на смене лечащего врача. А бездушный аппарат УЗИ с каждым разом демонстрировал всё большие размеры проклятого правого предсердия. Аномалия Эбштейна. Диагноз звучал так чертовски неутешительно. Но это не имело для Элис никакого значения. Какой смысл переживать, если она просто не в силах изменить обстоятельства? Денег на операцию нет, времени на неё нет также. Да никто и не будет целый год возиться с девчонкой, которая даже чихнуть без посторонней помощи не сможет. Дырка в груди не решит её проблем, а лишь создаст новые. Друзья это понимали, переживали, но сделать ничего не могли. И потому примерно с тех же пор в телефоне их дорогого профессора тоже поселилась прямо-таки судьбоносная песенка Bee Gees. На всякий случай.
Программа тихо пиликнула, выводя Элис из задумчивости – предварительный анализ был закончен. Пальцы заскользили по клавишам ноутбука, запуская алгоритм отладки. На мониторе медленно вырисовывался сигнал прохождения молекулы через нанопору, и в который раз Эл поразилась математической красоте невидимого мира. Она не верила в Бога, зато верила в такое вот совершенство разума человека, его превосходство над самим собой. Какая же власть появилась у людей с возможностью влиять на собственный генный набор! И раз NASA и Хиггинс хотят интеллектуальную систему распознавания цепочек ДНК, – они её получат. Элис прекрасно обойдётся без помощи Гениального Мудака. Чёрт возьми, она может написать всё что угодно на чём угодно!
Сбегав после обеда на семинар по криптографии и получив очередной проект с перспективой защиты перед всей группой, Элис вернулась в лабораторию. С каждым следующим днём становилось яснее, что этот год будет ещё более напряжённым, чем предыдущий. Преподаватели считали своим долгом нагрузить студентов, чтобы в конце легко отпустить птенцов в свободный полёт. Однако, когда успеть всё на свете, Элис представляла слабо, но отказываться от маленьких радостей не собиралась. Иначе можно окончательно свихнуться, плотно подсев на антидепрессанты и стимуляторы, как это делала треть студентов магистерских программ и уж точно каждый второй первокурсник.
О, покер… Играть в одну из самых азартных игр Эл научил неунывающий Джо ещё во времена жизни в приюте. За два вечера он написал примитивную программу, которая хоть и едва работала на старых компьютерах в их классе программирования, но своё дело сделала. Уже позже, познакомившись у Клауса в клубе с нечистой на руку бывшей крупье Тришей Ким, невесть каким образом ставшей одним из администраторов в «Вальхалле», Элис окончательно погрузилась в увлекательный мир карт и блефа. Благодаря новой знакомой, она узнала пару честных и куда больше нечестных трюков, научилась удачно сдавать карты и теперь почти превосходно владела своим лицом. К сожалению, все эти приёмы не работали в игре с самой Тришей, чья дикая смесь корейской и эфиопской крови начисто лишали хоть каких-нибудь шансов считать эмоции, но на остальных ещё можно было отыграться.
Сначала они встречались за покером втроём, потом об этих посиделках прознал Хиггинс и привёл Генриетту, с которой Элис сдружилась почти сразу. Две язвительные натуры просто не смогли пройти мимо друг друга. Так что весь прошлый год четверг был временем покера для их маленькой компании. Клаус знал об этом, и в эти дни «Вальхалла» не устраивала шумные вечеринки. Кестер приглашал джазменов, оплачивал за счёт заведения первый раунд напитков и оставлял друзей одних за самым отдалённым и тихим столиком. Элис не удивилась бы, узнав, что старый мафиози втайне каждый раз утирал скупую слезу растроганного наставника, пока смотрел, как его воспитанница попирала закон Божий. Двойные стандарты преступного мира, что поделать…
Вот и сегодня, придя немного раньше остальных, она расцеловала названного дядюшку в пухлые щёки, достала фишки с колодой карт и направилась к столику. Бог Один проводил её благосклонным взглядом. Разложив нехитрое хозяйство, Элис устроилась поудобнее на стуле в ожидании компании, которая снова опаздывала. Первым пришёл вырядившийся в любимую футболку с эмблемой чёрного альбома Металлики сердитый Джо. Он ругался с кем-то по телефону, но всё равно клюнул подругу в щёку и приветственно махнул Клаусу и Аве. Приятель не скупился на бранные словечки, отчитывая собеседника, и Элис вздохнула. Кажется, Арнольд – нынешний бойфренд Джо – в очередной раз просадил где-то деньги и теперь клянчил их у своего парня.
– Тебе пора заканчивать эту благотворительность, дорогой, – произнесла она, как только друг отключил звонок и в сердцах бросил трубку на белую скатерть.