Варвара Мадоши – Жертвы Северной войны (страница 22)

Мысль эта явилась им давно, с самой пропажи девочки. Они не делились ей ни с кем, даже с докторшей: знали, что она, скорее всего, запретит. Или расскажет родителям. В общем, что-то нехорошее будет. Они просто исследовали окрестные леса — как настоящие естествопытатели. О, они показали себя с самой лучше стороны! В тот раз они как раз выяснили, что в километрах трех от деревни, в Гнилой Чаще (там мужики даже зимой не охотились, потому место было дурное, нехорошее, все об этом знали) находится что-то странное. Колючая проволока, протянутая посреди леса — это ведь странно, правда?.. Они собирались вернуться в деревню и все сообщить инспектору… ну, как раз собирались… были в процессе, в общем…

— Вот это шанс! — возбужденно прошептал Курт. — Ал, залезем туда сами и все расследуем! Смотри, взрослый по низу этой проволоки не протиснется, а мы как раз пролезем!

— По-моему, мы должны рассказать инспектору, — нерешительно произнес Альберт. — Ведь…

Он не закончил, но Курт и так его прекрасно понял. Все-таки, пропадали дети, их ровесники, так что это могло быть опасным. Кто знает, если они полезут туда, их могут попросту убить… или проволока под током.

— Должны, — согласился Курт. — Но… Слушай, инспектор нам ведь может не поверить. Потребует доказательства.

— Да нет, все равно сходит проверить, — возразил Альберт. — Он же не дурак. И вообще, я туда не полезу. Глупо это. И тебя не пущу. Сами пропадем, и Грету не вытащим.

— Я думал, ты мне друг! — вспылил Курт.

— Друг, — согласился Альберт. — Потому и не пущу.

Курт обиженно засопел и двинул Альберта локтем в бок. Альберт ответил ему тем же, но дальше драка не пошла — момент был не подходящий. Они лежали в густых пахучих папоротниках и напряженно размышляли. Курт думал о том, что если Альберт встал так уперто, его ни за что не переупрямишь. А одному идти ох как не хотелось… Но… что, если эти взрослые будут так долго телиться? Вдруг они дотянут до того, что Грету уже не спасешь?.. А может, Ал прав? Может, им надо просто вернуться в деревню и все рассказать? А иначе они просто пропадут оба… И Грета, и все другие, которых похитили, пропадут за компанию…

Ал же думал о том, что если Курт все-таки решит идти, то одного его он в любом случае не отпустит, потому что тогда это будет предательство, но ведь если он пойдет, то это будет такая махровая глупость… обоим же худо будет! А, с другой стороны, если Курт прав? Если взрослые — и даже Марихен! — ничего не смогут придумать, и Грета… Если только они с Куртом реально могут что-то сделать…

Ох, не простая эта работа — жизненно важные решения принимать!

— Ну, тогда пойдем в деревню… — начал Курт, и Альберт не успел вздохнуть с облегчением, как тут же кое-что заметил и торопливо положил руку на затылок Курта, прижал голову друга к земле — чтобы еще чего-нибудь не сказал.

— Ты чего? — зашипел Курт, которому едва не пришлось набить рот землей.

— Тсс… — пробормотал Альберт как можно тише. — Смотри…

Он отпустил затылок Курта, и они оба уставились во все глаза на то, что увидели. Немного поодаль от них к проволочной изгороди вышло двое. Одного они знали — это был приезжий инспектор, который классно дрался вчера и поселился у тети Марихен, про что все утро сплетничали кумушки (мама Альберта и незамужняя тетушка Курта — в том числе). Второй им был незнаком, а это уже говорило немало. Может, он приехал в Маринбург утром?.. Или не в Маринбург — в одну из соседних деревень… Но приехал точно: вид у него самый что ни на есть городской. Хорошо одет, короче говоря. А черное пальто — как таскает только в такую жару? — совсем как у Зорро из кино. Еще он был росту ниже среднего и очень жилистый. Этакая карманная версия героя.

Мужчины целеустремленно направлялись через папоротники прямо к колючей проволоке.

— Знаешь что, — сказал коротышка, — тебе лучше попробовать пробраться здесь. Когда я подам сигнал. Если не ошибаюсь, вот за теми деревьями должен быть бункер, о котором я тебе говорил.

— Ясно, — сказал инспектор. — Скажи, а нас сейчас, случайно, не просматривают?

— Это первая линия, — пояснил незнакомец. — Тут часовых нет. Только сигнализация. Метров через двести-триста — вторая линия, там обходы. Но вышек тут поставить нельзя, сам понимаешь: все равно из-за деревьев ничего не видно.

Инспектор кивнул.

— Ну что… — незнакомец усмехнулся. — Я пошел учинять безобразия. Смотри не сорвись до моего сигнала.

— Поменьше убивай, — посоветовал инспектор. — И вообще, не нарывайся на неприятности.

— Кто бы говорил, — фыркнул незнакомец.

— Помни, что наша главная задача — спасти детей, — вдруг очень серьезно произнес инспектор. — Я бы не хотел, чтобы ты в случае чего рванулся спасать МЕНЯ. Я все-таки уже большой мальчик.

— С чего это ты? — удивился второй.

— С того, что не далее как десять минут назад ты из-за этого чуть не попал под выстрел, когда в этом не было никакой нужды.

Незнакомец принужденно рассмеялся.

— Ну, я пошел, — сказал он.

И пошел вдоль колючей проволоки. Инспектор остался стоять где стоял, задумчиво глядя ему вслед.

— Они что, извращенцы? — шепнул Курт.

— Ты больше слушай, что девчонки болтают. По-моему, братья… — так же шепотом ответил Альберт. — Или очень давние друзья.

А инспектор вздохнул, пожал плечами… и внезапно резко развернулся, пошел прямо на мальчишек. Развел руками заросли папоротников и задумчиво взглянул на них.

— Эээ… здрасте, — сказал Курт.

— Добрый день… — пискнул Альберт.

— День добрый, — вздохнул инспектор. — И что вы тут делаете, а?

Мальчишки дружно потупили головы.

— Вы давно нашли это место? — спросил инспектор.

Друзья переглянулись.

— Только что… — ответил Курт.

— Не врете?

— Вот вам крест!

— Ну ладно… что вы знаете об этом месте?

— Мы думаем, что там держат Грету, — прошептал Альберт. — Мы… это… как раз хотели вернуться в деревню и все рассказать…

— Честно! — пылко подтвердил Курт.

— Ох, ребята, кого-то вы мне напоминаете… — укоризненно покачал головой инспектор. — Ладно, сейчас вы…

И вдруг он резко прервался и, не говоря более ничего, нырнул в заросли позади мальчишек. Залег моментально, с грацией, едва ли возможной для такого крупного мужчины.

— Что… — начал было Альберт, но Курт зажал ему рот ладонью. Ясно же было: тренированный инспектор заметил что-то, а мальчишки проморгали.

Инспектор протиснулся между ними, положил ладони им на головы и слегка прижал мальчишек к земле. Не так жестко, как это сделал недавно с Куртом Альберт, просто обозначил: молчите, мол.

Все трое замерли.

Секунды текли. Где-то в лесу беззаботно стучал дятел. Чуть поближе запела какая-то птица, и закашлялась, прервалась — тоже почуяла, как кто-то приближается.

А потом возник шелест травы и папоротников, и все трое увидели, как из-за деревьев по ту сторону колючей проволоки выскочили двое. Один нес ружье наперевес, другой — не то спящего, не то потерявшего сознание ребенка.

Альберт ахнул. В ребенке он узнал Петера.

— Ты чего! — воскликнул Курт.

А инспектору Элрику оставалось только материться сквозь зубы — потому что оба человека, естественно, услышали если не слова, то звуки. Они вскинули головы и уставились в сторону прячущихся. И ладно бы просто посмотрели — тот, что с ружьем, даже прицелился.

Инспектор хлопнул в ладоши и приложил руки к земле.

Ни Курт, ни Альберт не успели понять, что же все-таки произошло. Казалось, от ладоней инспектора по земле прокатилась волна, поднимая на свой гребень папоротник и густую траву, достигла людей с ребенком, вспучилась земляными копьями. Тот, что с ружьем, отскочил. Ружье выстрелило, но, к счастью, в молоко. Тот, что с мальчиком, уронил его на землю, но тоже сумел более или менее отпрыгнуть. Инспектор Элрик уже вскочил и рванул навстречу. Мальчишки увидели, как он снова хлопнул в ладоши, одной рукой буквально на секунду коснулся земли — снова вырос земляной столбик. Инспектор вспрыгнул на этот столбик и, сделав сальто, перемахнул через проволоку. А кончалась она выше его роста…

— Во дает! — восхищенно воскликнул Курт. — Он что, алхимичит без печати?!

Альберт только и мог, что кивнуть.

Инспектору хватило трех или четырех ударов, чтобы разобраться с непонятными личностями. Потом он подошел к лежащему на земле Петеру, проверил у него пульс, бережно подобрал мальчика и вернулся к проволоке.

— Ну, братцы-кролики… — сказал он невесело. — И что же нам теперь делать?

— То есть как это что? — удивился Курт. — Ну вы и круто им задали.

— Не сомневаюсь, — вздохнул инспектор. — Черт… я такой прыжок с ребенком на руках повторить не смогу. А проволока под сигнализацией. Если ее разрушить, сразу переполох.

— А… — робко предложил Альберт. — Может, вы можете построить подкоп под проволокой или мост над ней?

— Я мог бы… — инспектор Элрик задумчиво сморщил брови. — Только, боюсь, почва тут слишком мягкая. Обвалится. И не думаю, чтобы в ней было достаточно элементов, чтобы уплотнить ее…

Мальчишки переглянулись. Это было что-то новенькое. Оказывается, совершить подвиг еще мало. Надо разобраться с его плодами, а это не так просто.