Варвара Мадоши – Гарем-академия 6. Мать народа (страница 2)

Она покрутила головой, повращала плечами. Попыталась выпустить разведывательные заклятья — и ничего толком не вышло. Во-первых, Дракон, разумеется, охранял их своим собственным плотным коконом (видно, тем, что она начала чувствовать еще в нормальном мире — перетащил за собой). Во-вторых, сама среда, казалось, сопротивлялась ее прощупыванию. Как будто воздух был плотным.

И почти сразу после этого…

— Идут, — сказал Дракон самым будничным тоном.

А чего ему нервничать, в самом деле. Если не соврал, для него это рутина.

Что ж, когда-то и для Сиары было рутиной рисковать жизнью и ходить по краю. Давно она от этого отвыкла, правда. Привыкла, наоборот, беречь свою шкуру.

Она сощурила глаза, завертела головой, пытаясь понять, откуда приближаются противники.

Но они не «приближались».

Враг просто возник — перед ними, над ними, вдали, рядом, всюду. В одну секунду. Удар по нервам, глазам и ушам был такой, словно Сиара открыла шумоподавляющую дверь в своем кабинете в Точчиконе и вышла на балкон, нависающий над проспектом Благоденствия — чего она никогда не делала, поскольку ещё не спятила — а на проспекте как раз устроили гонки грузовиков на выживание, и при этом от всех участников потребовали сигналить как можно громче.

Грохот, лязг, вспышка, чувство невыносимого жара и невыносимого холода одновременно — госпожа Салагон, несмотря на весь свой опыт составления оперативных донесений, не смогла бы описать это доходчиво, даже будь у нее время. Просто все ее существо словно бы отшатнулось в ужасе от реальности, которая вдруг встала на дыбы и впустила в себя это.

Это — существо… если его можно так назвать. Владыка в своей драконьей форме был велик, но появившийся Враг закрывал собой полнеба. По сравнению с ним Дракон казался гусеницей.

Кроме того, оно больше походило на грозу, принявшую форму; на живое порождение магии; на мятежного духа из старинных легенд; на разъевшегося демона какого-то невообразимого ранга; на тварь из Нечистого измерения, которая съела целый город — слышала госпожа Салагон страшилку на эту тему… С чем угодно его можно было сравнить, но не с живым существом.

Через секунду, когда первый и самый мощный шок прошел, Сиарой овладело отвращение — настолько же инстинктивное и малообъяснимое, которое одни люди чувствуют к насекомым, а другие — к множеству разнокалиберных отверстий.

Как-то вдруг сразу она не разумом, а всем телом поняла: с этой херней нельзя договариваться. Ее можно только убить — или быть убитой.

«Так, стоп, — сказала себе Сиара, хотя руки ее уже потянулись в астрал за заготовкой боевого заклятья, самого сильного, которое у нее только было, — почему ты так считаешь? Нет такого существа, с которым нельзя было бы договориться! Все чего-то боятся, все чего-то хотят…»

Это она знала, как никто. У каждого есть слабое место. Даже если ты очень силен — может быть, неумение быть слабым как раз и станет тем крючком, на который тебя подцепят.

Разум же человека, когда-то занимавшегося наукой, говорил: так называемый «инстинкт» может быть продуктом воспитания и предрассудков. Иногда, чтобы поступить правильно, нужно пойти наперекор природе. Например, нельзя поддаваться состраданию и давать мясо умирающему с голоду, пусть сначала напьется рисового отвара.

Опыт же вопил другое: доверяй ощущениям — особенно таким сильным и таким глубоким.

Сиара ударила еще прежде, чем додумала предыдущую мысль.

Самое мощное заклятье в арсенале главы службы Дворцовой безопасности было действительно убойным. Она знала множество способов убить противника — одного или группу, виртуозно умела наводить иллюзии, особенно звуковые (недооцененная сфера магического мастерства, ибо, хотя звуковые иллюзии не настолько впечатляют, как зрительные, но и фальшивку распознать сложнее — любая зрительная иллюзия обязательно хоть немного, да просвечивает, а вот звуковую можно сделать безупречно). Особенно же искусной Сиара Салагон стала в области защиты.

И все же она как никто осознавала: бывают такие битвы, где у кого больше дубина — тот и победил. Поэтому постаралась обзавестись самым большим и шипастым моргенштерном. Это была ее личная разработка, хотя в основе лежал тот же принцип, что и у стандартной «бомбы» демоноборцев. Только те стремились отсечь демона от источников питания, вакуум же создавался как побочный продукт. А госпожа Салагон поставила себе целью создать не просто чистый вакуум, но и уничтожить саму материю, все, что оказывается в определенной сфере. Не испарить резким повышением температуры, не разорвать взрывной волной — именно уничтожить, исключить саму возможность существования материи в сфере нахождения заклятья.

Никогда прежде она не применяла это заклятье полностью, только отдельные компоненты — и только в тщательно защищенном двойной дуэльной защитой зале. Но безумные времена требуют отчаянных мер.

Эффект превзошел все ее ожидания.

По ушам ударил оглушительный вой и грохот, куда сильнее, чем те, что сопровождали появление эмиссара Идеальной Тысячи.

Мощнейший удар швырнул саму Сиару на землю, протащил волоком несколько метров, обдирая о слишком хрупкую не-скалу, и вжал в сухую пористую поверхность. Пыль вокруг взметнулась столбом, жгуче забиваясь в глаза — Сиара едва успела зажмуриться. К счастью, несколько ее защитных амулетов все-таки сработали, а не то она сломала бы себе шею. Или, что вероятнее, ее зацепил бы один из обломков, которые проносились мимо.

Не вставая, Сиара выпустила универсальное аналитическое заклятье — оно у нее тоже было подвешено в астрале в виде шаблона, можно запустить за доли секунды.

Бесполезно: полная мешанина и какофония, невозможно интерпретировать результат. Пришлось рискнуть и попытаться встать… почему не получается, неужели ее так сильно приложило? Странно, она ведь ничего не чувствует… ну хоть поднять голову…

Поднять голову получилось, а вот глаза открыть — не сразу; жгучая едкая пыль, казалось, царапала роговицу под веками. Однако через несколько секунд (целая вечность в бою, но что поделать) Сиаре все же удалось проморгаться, она поняла, почему не получилось встать.

Ее держало щупальце, словно сотканное из тумана и молний. Абсолютно неощутимое на коже, оно сковывало движения почище смирительной рубашки (да, был у Сиары и такой опыт). Плотно спеленав женщину, оно прикрутило ее к обломку скалы, и прямо вместе с ним держало напротив морды — одновременно удивительно красивой и страшной, хоть мочевой пузырь опорожняй.

Эмиссар Идеальной тысячи поймал ее и теперь внимательно разглядывал, решая что-то.

«Последний шанс!..» — промелькнуло в голове у Сиары.

— Я знаю слабое место Дракона… — прокаркала она пересохшим горлом, преодолевая отвращение, от которого не мутило. — Мы можем договориться.

При этом она уже знала: договариваться с ней никто не будет. С едой не договариваются. Но не попробовать не могла.

«Умереть с достоинством» — это сказка для слабаков и пораженцев. Сиара знала, что никакого достоинства в смерти нет — уж она-то насмотрелась на смерть во всех ее видах.

В следующий миг она поняла, что нет, не во всех.

Глава 2

Разговор в императорском семействе (без правок)

— Ты хочешь сказать, что Сиара Салагон умудрилась выжить? — ахнула Даари.

Она сидела на тахте, сжимая в руках элегантнейший бокал с особо элитным самогоном, изготовленным собственноручно старшей супругой Фаранией Ночной Астрой. Пока еще Даари была слишком выбита из колеи, чтобы сделать хоть глоток.

— Нет, — Владыка, незнакомо-знакомый, пожилой, в очках, покачал головой. — Но она погибла с немалой пользой. Можно сказать, искупила грехи кровью. Так что и почетная награда, которую я дал ей посмертно, вполне заслужена.

Даари вспомнила, что читала об этом не так давно. У Сиары Салагон не было родни, так что прославляющую табличку на дом, роскошное украшение для волос и церемониальное оружие принимала госпожа Лайет, ее наследница по завещанию.

— То есть эти существа отправляли к нам в набеги тварей из Нечистого измерения, чтобы прощупать почву? И они же перехватывали наши разговоры по Сети? — спросила госпожа Териат. — Именно поэтому нам так и не удалось найти разумных среди Нечистых тварей, несмотря на то, что явная координация имелась? И они же, должно быть, создали демонов — как этакое биологическое оружие?

Несколько старших супруг повернулись к ней с легким удивлением на лицах — насколько Даари вообще разбиралась в их физиогномике.

Госпожа Териат, скрипнув, покачнулась на своем надувном лебеде.

— Я внимательно слушаю сына, когда он жалуется на работу, — сказала она с легкой улыбкой. — Чего и вам советую.

— Демоны не могут быть биологическим оружием! — перебила ее Илина Карт. Насколько Даари помнила, почетный председатель ученых советов нескольких университетов. Не самая старшая из супруг, она, тем не менее, имела больше всего научных званий — преимущественно в области биологии и лекарского дела, хотя занималась и «чистой» теорией магии — и считалась самым знающим магом-теоретиком. — У тех образцов, что нам удалось исследовать, слишком архаичный геном. Крайне маловероятно, что он был модифицирован.

— Не буду с вами спорить, — любезно согласилась госпожа Териат.

— Может быть, демоны и не были созданы искусственно, — миролюбиво проговорил Дракон. — Скорее всего, Идеальные всего лишь изменили какого-то паразита, который и без них уже существовал в Нечистом измерении и прекрасно себя чувствовал. Плод взаимодействия этого паразита с сильной тварью или магом-человеком мы и называем демоном. Так тебя устроит, Илина?