Варвара Корсарова – Железное сердце. Книга 2. Тайна замка Морунген (страница 11)

Я отодвинулась от окна, и при этом глупо улыбалась, несмотря на неловкость ситуации.

Август скучал по мне – вот что было для меня важно, куда важнее всех сплетен! И теперь забирал меня в замок, потому что больше не мог выносить разлуку. И я не буду гадать, какие другие причины заставляли его поступить именно так.

Глава 5 Возвращение в Морунген

Предстояла долгая дорога домой. Но усталости как не бывало.

Карета подскакивала на выбоинах, и внутри у меня тоже все подскакивало и подрагивало – от нетерпеливого волнения и предвкушения.

За окном проплывали последние лачуги на окраине Ольденбурга, поля сменились лесом, я провожала их взглядом и испытывала не только радость, но и грусть, и замешательство.

Встреча с Августом фон Морунгеном прошла совсем не так, как я рассчитывала. Все кувырком… Да еще этот Лео, будь он неладен! Интересно, что Август собирается со мной обсуждать? Конечно, воображение рисовало разные приятные сцены и нежные слова, которые прозвучат совсем скоро…

Я выглядывала в окошко, но барона не видела: он ехал позади, лишь изредка доносился стук копыт его коня.

Невольно вспомнился мой первый приезд в дом наместника. Тогда я очень хотела, чтобы карета повернула назад, но сейчас всей душой желала, чтобы она побыстрей достигла цели, а я смогла бы остаться с Августом вдвоем.

Наконец в просвете между деревьями мелькнул замок Морунген. Сегодня он не прятался за дождливой пеленой, яркий свет выставлял напоказ его уродство и запущенность. Но я все же любовалась замком, и думалось мне вовсе не о зловещем, а о тайнах, которые предстоит вытащить на свет. Я обязательно сделаю это, я смогу! От меня зависит многое.

Карета въехала на территорию поместья, вдалеке раздались собачий лай и повизгивание, и вот мы остановились у конюшни.

Пока я возилась с саквояжем, распахнулась дверца.

– Выходите, – нетерпеливо приказал полковник.

Я быстро вложила руку в его ладонь, поставила ногу на ступеньку и выскочила, почти угодив в его объятья.

Заглянула ему в лицо – и напрасно ждала, что сейчас, без внимательных взглядов посторонних, он поцелует меня – пусть не в губы, пусть хотя бы в щеку, в лоб, в макушку… И не только словами подтвердит, что извелся в разлуке и рад нашей встрече так, что не будет соблюдать никаких правил приличия, а просто поступит так, как требует его сердце.

Но Август на истомившегося влюбленного не походил. Когда я как бы невзначай коснулась рукой его плеча, его глаза блеснули, губы тронула улыбка, но больше ничего не последовало. Более того – он мигом лишил меня всех иллюзий, когда спросил:

– Майя, этот Цингер… ему можно доверять?

Секунду назад в душе у меня цвели розы, а в голове витали романтические грезы, но после его слов меня будто ледяным ветром обдало.

– Вы серьезно обдумывали его предложение?! – воскликнула я оскорбленно. – Хотите принимать Лео у себя и выслушивать его доносы?

Август поморщился.

– Другое название для доносчика – законопослушный и сознательный подданый, – сказал он с легкой усмешкой, пожав плечами. – Ваш франтоватый ростовщик может сэкономить мне время. Я дослужился до полковника еще и потому, что получал полезную информацию везде, где только возможно. И использовал ее в своих интересах и на благо подчиненным.

Вот как! Пока я ехала в карете и придумывала, как Август скажет мне что-то такое… нежное, трепетное, он, оказывается, размышлял о пользе доносов и о том, как окончательно раздавить тех, кто противится его планам!

Я волновалась и переживала за него, и представляла, как признаюсь ему в этом. А он спрашивает, можно ли доверять Цингеру.

Ну что за болван бессердечный!

– Нет, – отрезала я. – Лео нельзя доверять. Он хитрый и скользкий, как угорь.

– Мои данные говорят, он действительно никогда не нарушал закон. Можно подумать, кристальной честности человек, этот ваш бывший жених.

– Честность бывает разная. Бывает честность… честная, а бывает – подлая. Такой честный человек поступает по правилам, но всегда исключительно к своей выгоде, и в результате страдают все, кроме него.

– А вам нужно, чтобы честный человек обязательно страдал от своей честности?

– Ах, да ничего мне не нужно! Поступайте, как знаете! Слушайте Лео, награждайте его за стукачество! Да хоть целуйтесь с ним.

Выпалив это, я почувствовала себя капризной девицей, но поделать с собой ничего не могла – так сильно было мое разочарование.

– Последнее, пожалуй, будет лишним, – произнес Август задумчиво.

Мы двинулись к замку, я ускорила шаг, чтобы не идти рядом с полковником, но он нагнал меня и взял под локоть.

– Майя, не будем ссориться, – сказал он примирительно. – Не спешите и не делайте скорых выводов. Смотрите, как хорош этот вечер. Давайте прогуляемся по поместью или просто посидим снаружи. Или вы устали и хотите скорее уйти к себе, освежиться?

– Нет. – Я мотнула головой, заставляя себя успокоиться. – Хорошо, посидим снаружи. Свежий воздух – то, что нужно, чтобы прийти в себя после путешествия. Пойдем на скамью под акациями?

– Останемся здесь.

К моему удивлению, полковник подвел меня к выступу фундамента под одним из каменных изваяний, что держали арку крыльца. Уселся, снял сюртук, расстелил его рядом и приглашающе похлопал рукой. Я подчинилась и села. И мы устроились, как старая фермерская чета перед коттеджем вечером, после тяжелой работы.

Солнце уже порыжело и опускалось к горизонту, навалилась вечерняя духота.

Под аркой же стояла приятная прохлада, как в пещере. Я подняла голову, посмотрела на мрачный свод, на пыльные каменные изваяния, потом перевела взгляд на неухоженную лужайку, на которой уже лежала угловатая тень замка.

И почувствовала, что от моей былой неприязни к этому месту не осталось ни следа. Вместо этого появилось другое чувство: теплое, немного волнующее.

Удивительное все же место – замок Морунген! С его тайнами и жуткими легендами. С мшистым и чуть металлическим запахом, с неприглядными стенами, внутри которых прятались секреты. Со странными изваяниями, которые знали ответы на все загадки, но предпочитали молчать.

И оттого, что теперь я была причастна к этим загадкам, и будто бы даже сама стала частью замка, я ощутила его своим настоящим домом.

Выступ был высокий, мои ноги не доставали до земли. Я немного поболтала ими, стараясь сбить шары одуванчиков, которые упрямо лезли в щели между камнями кладки. Воздух наполнили белые пушинки. Одна прилипла к виску Августа, мне захотелось снять ее, коснуться его щеки – но я не посмела.

Железный Полковник сидел, привалившись спиной к стене, он сложил руки на груди и смотрел прямо перед собой невидящими глазами. Лицо его было угрюмым и сосредоточенным – слишком часто я видела его таким.

– О чем вы сейчас думаете, Август?

– Ни о чем, – ответил он неохотно. – Просто наслаждаюсь покоем. Радуюсь, что не нужно брести по грязи, смешанной с кровью, не слышать зов горна. Распоряжаться насчет раненых. Писать письма семьям погибших, заботиться об укрытии и провианте для живых. Не нужно мерзнуть или изнывать от жары. Благодать, да и только.

Он сорвал одуванчик и растер его между пальцев.

– И не надо корпеть над бумагами, ездить с проверками и выслушивать доносы полезных людей, – закончил он с кривой улыбкой. – Если вы думаете, что меня радуют такие занятия, то ошибаетесь.

«И какие же занятия радуют вас, мой полковник? – думала я. – Что может заставить вас оттаять? Вдохнуть в ваши железные шестеренки немного жизни и тепла? Нравится ли вам сидеть рядом с девушкой, которая в вас влюблена, и слушать ее болтовню? Немудреная радость… Но если я вас развлекаю, то готова делать это и ночь, и день, и столько дней и ночей, сколько потребуется, пока вам не надоест, и вы меня не прогоните».

Я вздохнула, но тут кое-что вспомнила и полезла в карман, где хранила вырезанную из столичной газеты заметку.

– У меня есть то, что обрадует вас по-настоящему! Смотрите, что пишут о том пятом батальоне и вашем друге лейтенанте Морисе.

Он взял заметку и быстро просмотрел ее.

– Спасибо, Майя. Я уже знаю об этом. Списался с нужными людьми и сообщил, что дам деньги, если потребуется денежный выкуп. Но переговоры и обмен – дело долгое и муторное. Будем надеяться, все закончится хорошо. Лучше расскажите, чем вы занимались в столице? Как проводили время? Хорошо повеселились? Уверен, ваша тетушка только и делала, что знакомила вас с приличными молодыми людьми.

– Верно! – ответила я жизнерадостно. – Она мне вздохнуть не давала. Собрала целую коллекцию кандидатов в мужья – глаза разбегаются. Если пожелаю, могу выбрать коммерсанта, чиновника, сына промышленника, юнкера…

– И кто же привлек ваше внимание?

Я рассчитывала пробудить в нем ревность, но не преуспела. Он выглядел лишь искренне заинтересованным.

– Юнкер, – сказала я мстительно. – У него прекрасные черные усы. Когда он пьет чай, придерживает их пальцами, чтобы не замочить. Или делает ладошкой козырек над краем чашки.

– Юнкер – не самый лучший выбор, – заметил полковник. – Он должен получить разрешение командира на брак. Нижним чинам его редко дают. Но вы из хорошей семьи, ваш дядя – почтенный гражданин, может, и получит это согласие… Однако быть замужем за военным – не самая лучшая доля. Гарнизоны, походы, пьянки в кордегардиях… нет, не советую.