Варвара Корсарова – Пленить Морского дьявола (страница 26)

— Навались! — командовал старший.

Сента покачнулась, когда капитан поставил ее на ноги, и чуть не свалилась за борт, но он усадил ее на скамью и крепко обнял за талию.

— Куда ты меня везешь?! — закричала она, осознав, что происходит.

— На галеон. А дальше… посмотрим, — он поднял голову, подставив лицо бризу, и широко улыбнулся. — Перед нами весь мир.

— Но я не могу!

— Почему, Сента? Ты хочешь вернуться? Зачем? К кому?

Сента не знала, и поэтому лишь помотала головой.

— Что ты собираешься делать, Фредерик? Тебя объявят вне закона. Ты больше не всесильный призрак, а обычный смертный человек.

— Ну, все же не совсем обычный, — усмехнулся он. — У меня за плечами полторы века жизни, и я намереваюсь прожить ее остаток свободным.

— А я? — растерянно спросила Сента.

— А ты отправишься со мной.

И столько уверенности было в его голосе, что Сента онемела.

Гребцы старательно отворачивались от них, делая вид, что слушают только команды старшего.

— Это не ответ! — вскричала она. — Куда отправлюсь? И главное — зачем?

— Тогда вот тебе исчерпывающий ответ.

Фредерик схватил ее за плечи, притянул к себе и поцеловал так быстро и страстно, что Сента не успела запротестовать. Впрочем, слов протеста у нее и не нашлось бы.

Он тут же отстранился, но не отпустил ее, и секунду-другую внимательно смотрел ей в лицо, и Сента молча смотрела в его темные глаза, внутри которых плясал золотистый огонек.

«Как он прекрасен в своем земном обличии», мелькнула у нее мысль. Смуглая кожа, изборожденная мелкими морщинками у рта и глаз, четкий контур бороды на выразительных скулах, непреклонный изгиб бровей. Воплощение живого, сильного мужчины, знающего, чего он хочет.

Он поцеловал ее снова, и на этот раз мягко привлек к себе за талию, опустив широкую ладонь на ее затылок, и его губы стали нежными и дразнящими.

Его глаза сузились, а во взгляде читалось неприкрытое желание и что-то еще, что она затруднялась определить. Сожаление, а может быть, надежда или вызов.

В груди у Сенты разгорелся жар, она прижалась к капитану и позволила себе получить все, что он хотел ей дать.

Когда он оторвался от нее, Сента прикрыла на миг глаза и глубоко вздохнула, чтобы прийти в себя.

Ван дер Ост мягко взял ее руку.

— Старая легенда закончилась, Сента, — произнес он тихо. — Ты сама ее завершила, и ты вошла в нее. Вернула меня в мир живых, привязала меня к нему прочным канатом. Но другой конец каната держишь ты. Ты освободила капитана-призрака, как и было предсказано, и теперь мы связаны прочным узлом.

— Но легенда звучит совсем не так! Капитана-призрака должна освободить девушка, которая полюбит его и даст согласие стать его женой. Я же не уверена, что, — Сента замешкалась и выдавила: — …что люблю тебя ван дер Ост. И какая можеть быть речь о свадьбе три дня спустя после знакомства? Это просто глупо.

Капитан негромко рассмеялся и хлопнул себя по колену.

— Как же мне нравится твоя осмотрительность и твой здравый ум, Сента! Но все ж давай посмотрим на это иначе. Ты все же вернула меня в мир под солнцем, и при этом поставила мое благополучие выше своего.

— Я сделала бы так для любого другого, с кем поступили несправедливо.

— Разумеется! Но стала бы ты отвечать на поцелуи любого другого так же страстно, как на мои?

— Не думаю, — призналась Сента, и ее щеки вспыхнули.

— Честность — вот еще одно твое бесценное качество. Ты справедливая, умная, страстная… дураком я буду, если отпущу такую девушку.

— Но это еще не любовь, Фредерик. Если ты скажешь, что полюбил меня, я не поверю.

— Хорошо, не буду говорить, если ты пока не готова это слышать.

Сента на миг устыдилась тому, какой странный разговор она затеяла.

Что она хочет доказать? Разве ей неясно, что нет у нее никакого выбора? Ван дер Ост ее похитил — и это самое лучшее, что случилось с ней за последние дни. Да чего там — годы! Разве не об этом она мечтала, пусть и втайне? Разве поступки Фредерика не говорят сами за себя?

Она придвинулась к нему теснее и положила свою руку поверх его.

— Ты мог мы остаться в королевской свите, получить славу и богатство, если бы не связался со мной.

— Они ничего не стоили бы без тебя. А славу и богатство я нам и так добуду.

— Я в этом не сомневаюсь, — улыбнулась она.

Но капитан не смотрел на нее; прищурившись, он вглядывался в ночной мрак, из которого вырастала громадина галеона.

— Все сказки начинаются с любви, Сента, — сказал Фредерик. — Но в жизни любовью все должно заканчиваться. Начинается же с мимолетного взгляда, желания и жара сердца. Интереса, восторга, доверия… Мы положили хороший задел Сента. Пора нам писать новую легенду, и уж теперь ее авторами будем мы сами. У нашей легенды обязательно будет счастливый конец.

— А что будет в середине между началом и концом? — с улыбкой спросила Сента.

— Давай подумаем. Полагаю, в Эленвейле нам теперь не рады. Но есть другие короли, и другие адмиралы, и они примут нас с распростертыми объятиями. Нас ждут клады и сокровища, исследования и открытия. А может, нам и вовсе примкнуть в пиратам? Я всегда презирал их племя за жадность. Но уважал за стремление к свободе. Станем вольными бродягами моря?

— Не думаю, что это мне подходит.

— Как скажешь. Мне теперь подходит все что угодно. Чертовски хорошо быть живым! Лишь бы с тобой рядом. Мы найдем чем заняться. На борту галеона ты встретишь новых друзей и учителя. Ваши профессора старине Леменделю и в подметки не годятся. В море скитается еще немало призраков, и они ждут, когда ты за них возьмешься. Слышала ли ты о пылающем корабле? Я знаком с его капитаном и не раз бывал у него в гостях. Знаешь ли ты о Клабаутермане, корабельном духе? У нас водится такой на грузовой палубе. Я покажу тебе затонувший город Олундас, чьи фонтаны продолжают бить под водой, вызывая сильные течения, и познакомлю с его хранителем. Он беспокойный дух, но ты, думаю, быстро наведешь порядок среди морских призраков.

Сента зачарованно слушала и верила всем его обещаниям.

— Хотя, признаться, я соскучился по суше и не отказался бы год-другой — или десяток, — чувствовать твердую землю под ногами. Как насчет уютного особнячка с огородом и видом на море?

— Звучит заманчиво.

У Сенты перед мысленным взором развернулось будущее — ее собственная легенда, где не будет места лжи и выдумкам, но будет захватывающая жизнь, порой беспокойная, порой приятно скучная. Хотя разве можно соскучиться рядом с этим мужчиной?

Шлюпка остановилась; над ней возвышался крутой борт галеона. Сверху упала веревочная лестница.

— Ты готова, Сента? — капитан встал и протянул ей руку. Она ухватилась за его ладонь, ван дер Ост потянул ее к себе.

— Добро пожаловать на борт «Морского дьявола», моя милая, — прошептал он ей. — Вперед!

— Есть, мой капитан! — бодро воскликнула Сента и обняла его. Пусть ее легенда начнется с легендарного поцелуя!

И пусть она никогда не закончится.