Варвара Корсарова – Наш новый учитель – Дракон (страница 58)

И одновременно я видела в Шторме воплощение первобытного Хаоса – наследие его венценосных крылатых предков. Он был как сгусток энергии, которой невозможно противиться.

Я невольно отступила на шаг. А затем, как завороженная, сделала два шага вперед, ближе к Шторму.

Он одновременно пугал, отталкивал и невыносимо притягивал. Или же во мне откликнулась капля драконьей крови, что, вероятно, текла и в моих жилах, как у всех, владеющих магией?

– Ты поняла мои мотивы, Эмма? – голос Шторма стал тише, вкрадчивее. Теперь он завораживал и гипнотизировал. – Вижу, что я тебя напугал. Но бояться нечего. Нет, я не предатель. Я патриот. Хочу для королевства лучшего. И лучшей жизни для его подданных. Да, занимаюсь тем, что запрещено – исследую древнюю магию, ищу способ вернуть ее. Готов преодолевать препоны, чтобы добиться своего.

– Эти препоны – королевские законы, – вымолвила я не без труда. – Принятые устои. Это и есть измена, магистр Шторм.

– Не смей больше говорить об измене, Эмма Элидор, иначе я очень в тебе разочаруюсь, – почти дружелюбно сказал Шторм. – Не все предатели, кто хотят перемен. Если они добиваются своего, позже их нарекают героями. Я не герой. Слишком расчетлив для героя. Но и не трус. Знаю, чем рискую. К слову, я один из немногих военных магов, кто имеет доступ ко всему, что хранится в залах Арсенала. Поэтому преступником меня назвать нельзя – лишь офицером, который превысил полномочия. Я никак не связан со шпионами южан. В чем-то наши цели совпадают, но в главном – расходятся. Южане хотят вернуть драконов как таковых – материализовать их тени, чтобы вернуть им власть. Меня подобное не интересует.

– Откуда мне знать, что вы сейчас говорите мне правду?

– Ниоткуда, – резко бросил Шторм. – Прислушайся к своему здравому смыслу. Если захочешь сейчас помчаться к королеве и донести на меня – не буду тебя останавливать. Скажи: я ошибся в тебе, Эмма Элидор?

– Не знаю, потому что понятия не имею, почему вы решили открыться именно мне.

– Потому что считаю, что тебе не место в этой чертовой душной Академии, Эмма Элидор. Тебе предназначена другая роль. И это точно не роль послушной женушки хитрого борова Валфрика. У тебя хорошие – нет, отличные задатки. И подходящий характер. Ты должна изучать боевую магию. Поверь мне, я кое-что в этом понимаю. Хочу, чтобы ты стала моей ученицей – да не на жалкий час в неделю после уроков. Но могу найти и другого наставника, если я тебя не устраиваю. Дам тебе рекомендацию, ты поступишь в Военную академию, а дальше все зависит от тебя.

В первую минуту я онемела от изумления. Мной овладели растерянность и гнев – но я также была смущена и польщена. Кому не понравится, когда его выделяют, приписывают какие-то прекрасные качества!

– Ого... вы уже распланировали мое будущее до деталей, – сказала я с сарказмом. – Решили, что я должна бросить Академию, отказаться от всего, к чему меня готовили с детства, и забыть о своем долге. Меня только забыли спросить, хочу ли я этого.

– Конечно, ты хочешь этого, Эмма Элидор, – магистр источал невыносимую уверенность. – Но я не твой женишок и не твой папочка, которые все решают за тебя. Я сказал, чего хочу и что считаю лучшим. А думать и решать будешь сама. Но у тебя немного времени на раздумья. Зимой будет последний прием женщин в Военную академию, потому что лицемерные придворные болваны решили, что эта практика нарушает какие-то там устои и ее следует отменить, потому что место женщин – в кухне, в спальне, в модном салоне, а не на поле боя. Потому что в вас, видите ли, от природы слишком много Хаоса, и его следует усмирять этими самыми устоями, а не давать ему волю на поле битвы. После того как выйдет приказ, тебе будет сложнее последовать по избранному пути. Хотя упорный всегда найдет дорогу.

Я тяжко вздохнула.

– Магистр Шторм, это... это бред. Простите.

– Прощаю, – он развел руками. – Пока не будем больше об этом говорить. Понимаю, так много неожиданностей и признаний – слишком сложно и страшно для нежной барышни. Ты же не собираешься закатить истерику или упасть в обморок?

Теперь он откровенно посмеивался надо мной.

– Магистр Шторм! – воскликнула я возмущенно.

Он улыбнулся.

– Давай пройдемся по залу. Посмотришь, что тут есть, раз уж я притащил тебя сюда.

Не дожидаясь моего согласия, он отвернулся и двинулся вглубь помещения.

Глава 22

Мы медленно шли по залу. Кайрен останавливался возле механических чудовищ, давая мне их рассмотреть.

Древние металлические машины – нет, не машины, существа! – не были похожи друг на друга.

Одни драконы были тяжелыми и приземистыми, другие легкими и изящными. У одних гребни зазубренные, у других – гладкие. У одних имелись рога, у других – причудливые наросты на головах. Бронзовые тела покрывали сложные руны и изысканные орнаменты, а шестеренки и тяги, что виднелись в щелях корпуса, напоминали причудливые соцветия.

Существа имели имена, и магистр называл их: Киврог, Властелин Небес; Фримунд-защитник, Вормунта, Изумрудная Дама; Фассилта-пожирательница... И Ургорд Мощный, последний король драконов. Он был прекрасен и ужасен – огромный механический монстр из потемневшей бронзы с полураскрытыми чешуйчатыми крыльями и золотым венцом на удлиненной голове.

– Как сознание человека вселяется в них? Что нужно для этого сделать? Что ты при этом чувствуешь?

– Нужно войти в особое состояние. Сбросить с себя ментальные оковы, которые ограничивают сознание. Принять Хаос в себе. Признать, что Порядок – это якорь, что удерживает тебя на земле.

– И применить какое-то заклинание? Оно утеряно, так?

– Утерянное заклинание можно создать заново. Или вовсе обойтись без него. Звуковая форма заклинания – лишь символ, знак. Костыль. Тот, кто познал суть, не нуждается в символах. Крылатому не нужны костыли.

Загадочная фраза магистра немало меня встревожила.

– Вы уже пытались соединить свое сознание с этими механизмами? У вас получилось?!

Магистр промолчал, лишь неопределенно мотнул головой.

– Это непростой процесс, – вымолвил он наконец.

– Опасно уступать свое сознание Хаосу. Драконы...

– Эмма, прекрати повторять глупости, – перебил он меня. Остановился, пригвоздил к месту взглядом. – Из драконов сделали страшилищ. Половина того, что пишут о них в учебниках – неправда.

– Что же неправда? То, что они сделали людей рабами, приносили девушек в жертву, чтобы питать свою магию? И вы хотите уподобиться им?

– Они сделали людей не рабами, а союзниками. Драконы признавали преимущества людей и даже принимали их форму. Жертвоприношения – да, были. На заре времен, когда и люди, и драконы мыслили и жили иначе. Позднее, на закате эры драконов от этой практики отказались – хотя это и ослабило драконов и привело в итоге к их поражению. Прибегали к жертвоприношениям только в самых необходимых случаях. Когда требовался мощный источник магии, чтобы спасти тысячи других людей и драконов. Например, во время природных катастроф. Когда случилось извержение вулкана Атмос и гибель грозила всему континенту, в жертву были принесены двенадцать дев. Они вызвались сами, взошли на алтарь добровольно. Мир был спасен. В честь спасительниц была воздвигнута стелла, и люди, и драконы поклонялись ей. На ней выбивали имена всех, кому пришлось когда-либо пожертвовать собой.

– Все равно это неправильно и ужасно – убивать людей ради... ради чего угодно! У нас даже смертную казнь хотят отменить, а последняя экзекуция состоялась лет двадцать назад!

– Считаешь людей более гуманными? Зря, – устало откликнулся магистр. – Мы убиваем себе подобных иначе, и вовсе не ради высоких целей. Медленно, годами. Мы приносим их в жертву обстоятельств, собственного тщеславия, сиюминутного удобства или выгоды. Я не оправдываю драконов. Знаю лишь, что люди ничем не лучше их.

– Я не готова вести такие разговоры, магистр Шторм.

– Как скажешь, Эмма. Пойдем-ка наверх. Хватит с тебя на сегодня невероятных открытий.

Кайрен провел меня к узкой лестнице, мы долго поднимались по ней. Из Арсенала вышли в незнакомом месте.

И оказались... в лесу. Небо уже потемнело, ярко светила луна, обливая деревья серебряной глазурью. Воздух был по-летнему теплым, но из зарослей доносилось дыхание прохлады и сырой земли. Вперед тянулась узкая тропка, сквозь просветы деревьев мерцала темная гладь воды с яркой лунной дорожкой.

Лес? Откуда в центре города лес? Что это за волшебство такое?

– Мы вышли в королевский сад, – подсказал магистр. – Он закрыт для посторонних. Никогда здесь не была?

– Нет. Даже не знала, что он такой большой и красивый.

– Вот и посмотришь. Давай прогуляемся. Успокоишь нервы, подумаешь. – он взял меня под локоть и потянул вперед.

Я утопила каблуки в земле и яростно покачала головой.

– Уже очень поздно! Девочки давно в кроватях, а я... тут, с вами! Представляю, что сейчас творится в Академии. Наставница Росвиг, наверное, уже гвардию подняла, чтобы меня разыскать!

При мысли о том, чем грозит отлучка, на миг прошибло холодком, но тревога вдруг умерла, сменилась веселым равнодушием.

Да будь что будет! Мои открытия стоили того. Нет, я ни капли не жалела, что отправилась за магистром по тайному проходу и сунула голову в сердце заговора.

Откровения Шторма перевернули мой мир, встревожили меня, но наполнили острым любопытством и предвкушением чего-то прекрасного, великого, чему не было раньше места в моем расписанном до последней детали будущем.