Варвара Корсарова – Наш новый учитель – Дракон (страница 57)

– Идем, – повторил он еще более властно. – Прошу. Барышни вперед.

И вежливо отступил в сторону, давая мне идти первой. Сама галантность и предупредительность!

Я вздернула подбородок, свела лопатки и зашагала гордо, как на королевском приеме. Не дам ему видеть мой страх!

...Коридор был и вовсе странным. Массивные черные камни давят справа и слева. Пол иссечен трещинами, а плиты такие огромные – непонятно, как их затащили под землю! В потолке мерно вспыхивают и гаснут магические символы – древние, страшные. Не буквы, а примитивные картинки, и каждая рассказывает некую историю. Вот круглый злобный глаз. Вот птица с острыми когтями. А вот дракон, пожирающий свой хвост.

Этот тоннель пережил свое время, сохранился с незапамятных времен. В нем чувствовалось дыхание первородного хаоса. И вел он в место, где людям находиться не полагалось – в корни башни Арсенала.

Магистр Шторм шел за мной бесшумно, – как хищный зверь, прекрасный и опасный. Удивительно, как у него получалось за миг преобразиться из грубоватого, но цивилизованного мужчины, и даже не лишенного манер, в первобытного охотника.

В какой-то момент мне стало так не по себе, что я опять остановилась. По плечам и спине пробежала дрожь. Что я, благородная барышня, делаю тут – под землей, неизвестно где, в компании этого человека?

– Эмма, мы почти пришли, – магистр поравнялся со мной, взял меня под локоть, и заговорил своим обычным тоном – небрежным, но напористым, и это меня неожиданно успокоило. – Не бойся. Считай это еще одной внеурочной экскурсией в Арсенал. Ты увидишь то, что немногие видели. Получишь ответы на свои вопросы. Но и новыми обзаведешься.

– Уже поздно. Меня хватятся, будут искать!

– Да, наверняка, – легко подтвердил магистр. – Но какая разница? Будем придумывать оправдания, когда вернемся.

Коридор закончился небольшой железной дверью, незапертой – магистр открыл ее без усилий.

Я прошла за ним и остолбенела.

Огромный темный зал был заполнен… чудовищами. Драконами! Монстрами, величиной в два человеческих роста.

Длинные, гибкие шеи напряженно вытянуты, как в атаке. Треугольные морды хищно скалятся. Четыре мощные лапы устойчиво упираются в землю, готовые оттолкнуться от нее, чтобы взмыть в небо. Чешуйчатые хвосты вытянуты, обеспечивая равновесие, но крылья сложены, топорщатся шипастыми горбами над спинами.

Но эти драконы никогда не дышали, их сердце никогда не билось. Потому что они не были рождены Хаосом, но сотворены руками человека.

Тускло блестел желтоватый металл – медь, латунь или бронза. Части тела соединены сложными механизмами, тягами, шестеренками. Поразительные, прекрасные и грозные произведения искусства!

Каждый стоял в столбе бледного света, который исходил от магического кристалла, подвешенного сверху. Зал тянулся далеко, переходил в огромный черный тоннель.

– Что это, черт побери?

В момент крайнего изумления даже благородная барышня имеет право выразиться, как извозчик!

– Механические драконы, Эмма. Давным-давно их создали люди, слуги драконов, чтобы вместить сердца ушедших хозяев. Так их тени могли обретать физическую форму и вновь взмывать в небо.

– Невероятно!

От ступора я могла лишь чертыхаться да издавать бессвязные восклицания. Вертела головой, изумлялась, ахала!

– Кайрен! – окликнул скрипучий мужской голос. – Ты не один? – голос стал озадаченным.

Из-под брюха монстра, украшенного медным гребнем вдоль спины, выбрался человечек в кожаном рабочем фартуке, с шикарными белоснежными бакенбардами и внушительным носом-картошкой, на котором сидели круглые защитные очки.

– Господин Торвинкль? – я узнала главного механика замка.

– Госпожа Элидор?! – весело изумился Торвинкль и помахал мне зажатой в руке отверткой.

– Ты привел гостью? – к нам подоспел еще один человек – магистр Одиус, Мастер Арсенала! Да тут целая шайка собралась...

– Добро пожаловать, дорогая! – Одиус расшаркался, как всегда, донельзя вежливый, но и крайне озадаченный.

– Внеплановый урок для моей лучшей ученицы, – подмигнул ему Кайрен.

– Но, дорогой мой бригадир, ты уверен, что ей стоит тут находиться? – понизил голос Одис и нервно дернул себя за ус. – Ведь если она...

– Я доверяю ей, как самому себе, – магистр похлопал Одиуса по плечу. – Мы немного походим тут, я покажу ей наши чудеса, не возражаешь?

– Отнюдь, Кайрен, отнюдь... если ты считаешь, что. Хорошо! – Одиус внимательно глянул на меня, извиняюще развел руками. – Простите, барышня Эмма, у нас здесь грязновато, мы не ожидали принимать здесь таких очаровательных гостей.

– Тут великолепно, магистр, – прервала я его, – Спасибо, что позволили мне увидеть эти... чудеса своими глазами.

Одиус еще раз поклонился и отошел, Шторм что-то быстро, тихо сказал мастеру Торквинклю. Тот кивнул, подхватил сумку с инструментами и, насвистывая, скрылся в глубине тоннеля.

Я повернулась к Кайрену.

– Вы, наконец, объясните мне, что все это значит?!

– За этим я и привел тебя сюда, Эмма. Думаю, нет нужды напоминать, что не следует болтать налево и направо о том, что ты тут увидишь и услышишь?

– Я не могу дать такого обещания. Ведь если это заговор против короны.

– Я не требую у тебя никаких обещаний, – резко прервал меня Шторм. – Потому что доверяю тебе больше, чем ты мне. Знаю, что ты девушка здравомыслящая и сможешь сделать правильный выбор. Итак, слушай. Ты хорошо помнишь, что я рассказывал вам о драконах, когда водил вас в Арсенал?

– Да. Запомнила все, до единого слова.

– Разумеется. Ты ведь примерная ученица, – магистр кивнул с серьезной миной, сложил руки на груди. – Но все же повторю важные моменты. Когда дракон умирает, лишается физической оболочки, остается его каменное сердце, где живет его аура – тень. Не все ушедшие драконы были довольны такой участью – жизнью в тюрьме после смерти. И тут на помощь пришли их слуги, хитроумные люди, которые умели создавать порядок из хаоса и овладели законами механики. Они создали искусственные тела для драконов – вот этих металлических болванов.

– Они были построены давно?

– Им больше тысячи лет. Когда-то эти механизмы могли оживать. Механики помещали внутрь сердца ушедших драконов. Используя давно потерянное заклинание, тени драконов сливались с металлической оболочкой, становились ее хозяином. То есть, получали новое тело. Взмывали в небо, извергали пламя – жили!

– А когда случилось восстание и война...

– Мы не дали драконам шанса воспользоваться телами-протезами, – перебил меня магистр. – Но и не уничтожили их. Многие века они хранятся здесь.

– Если в них поместить каменные драконьи сердца… если применить древнее заклинание... то драконы... вернутся? – медленно проговорила я.

– Да, такое возможно.

– Вы именно этого добиваетесь?! Возродить драконов, дать им тела?! Но зачем? Ведь драконы захотят вернуть власть, поработить людей, опять приносить их в жертвы! В мир вернется Хаос.

Я с ужасом смотрела на магистра. Да он предатель, заговорщик! И у него есть соратники – мастер Торвинкль, магистр Одиус. Или Шторм обманул их, как обманул меня? Кто-то еще знает о его секрете?

Шторм поднял руки, досадливо помотал головой.

– Тихо, тихо, Эмма! Не пори горячку. Ничего подобного я не планирую. Дай договорить. Этими механизмами могут управлять и люди. Те, в ком течет драконья кровь, пусть и разбавленная веками. Мы не имеем возможности менять свое тело и перевоплощаться в крылатых рептилий. Но, используя еще одно потерянное заклинание, мы можем отделять свое сознание и вселять его в эти металлические творения. Управлять ими, оставаясь на земле.

– Мы?!

– Да, мы. Потомки драконов.

– Вы – потомок драконов?! Но вы сказали, что не знаете точно!

– Я знаю точно, – Шторм небрежно пожал плечами. – Мой предок был сыном Фризенты, младшей супруги драконьего короля Ургорда. Она прижила его не от мужа, но от генерала Кадмуса, человека которого она любила. Само собой, я не распространяюсь об этом во всеуслышание. О таких семейных тайнах предпочтительнее молчать, с учетом нынешней политики королевства.

– Так чего же вы добиваетесь?

– Многого, – магистр Шторм начал терять хладнокровие. Его глаза сердито блеснули, челюсть напряглась. – Хочу, чтобы мы не открещивались от своего наследия. Чтобы мы использовали древнюю магию Хаоса на наше благо. Если нам удастся поднять эти махины в небо – он широко обвел рукой зал, – если удастся встать на крыло, получить мощь драконов, ты представляешь, что это даст? Мы станем всемогущими. Несколько месяцев назад я потерял свой взвод из-за ошибки генералов. Но будь у меня вот такая летающая штука – сражение было бы выиграно без крови с обеих сторон. Но я думаю не только о военном преимуществе. Мы сможем облететь всю землю. Открыть новые континенты. Получим невиданную свободу, Эмма. Разве не об этом мы все мечтаем? О свободе, о крыльях?

Голос магистра звучал негромко, но обрел невиданную силу. Он чеканил каждое слово, и каждое пробирало до дрожи.

Шторм расправил плечи, стал как будто выше ростом, его глаза нестерпимо горели, и взгляд был уверенным и пронизывающим.

Я почти поверила, что вижу перед собой воплощение одного из самых сильных и безжалостных полководцев древности – генерала Кадмуса, который восстал против драконов и самолично уничтожил драконицу, которую он любил.