Варвара Кислинская – Сокровища Зазеркалья (страница 84)

- Аленка, девочка моя! Какая ты у меня стала красавица! – мама сгребла меня в охапку, и я вдруг поняла, как же я по ней соскучилась. Нет не за две недели, пока они отдыхали. А за два года моей почти самостоятельной студенческой жизни. Я прижалась к ней, но вздрогнула, услышав холодный, помертвевший голос отца.

- Ты вернулся.

- Я обещал, - решительно ответил Грэм, явно не собираясь сдавать позиций.

- Да.

- Алена? – мама перевела взгляд на Грэма. - Я, кажется, вас знаю.

- Меня зову Грэм. К вашим услугам, мадам, - он слегка поклонился и небрежно подхватил чемоданы.

Я с трудом сдержала смешок. Маму он только что купил с потрохами. Вот только знала бы она, кто он на самом деле! И кто я.

Мне вдруг стало интересно, а догадывалась ли она когда-нибудь, что отец – не обычный человек.

- Аленка? – мама дернула меня за руку и вопросительно подняла бровь.

Я вздохнула. Как-то мне не пришло в голову, за мыслями о предстоящем нелегком разговоре с отцом, что чисто женского допроса с пристрастием от мамы тоже не избежать. Она продолжала сверлить меня взглядом. Я, в общем-то, не собиралась ничего от нее скрывать, но вываливать всю информацию стоя в толпе в аэропорту...

- Я его люблю, - сказала я просто.

- А он тебя? – голос ее пока не потеплел ни на градус.

- Он же вернулся почти через четыре года, хотя в прошлый раз отец его, считай, что выгнал.

- Ясно... – она задумалась, явно пытаясь припомнить, при каких обстоятельствах встречалась с Грэмом раньше, и вдруг воскликнула. - Господи! Черные брюки!

- Что?!

- А я-то думала тогда, ты старалась для Кирилла!

До меня не сразу дошло, что она имеет в виду, а когда дошло, я расхохоталась. И мне сразу стало легче.

- Знаешь, самое смешное, что черные брюки действительно были для Кирилла! Но появился Грэм, и это перестало иметь значение.

- Вот так сразу?

- С первого мгновения.

Она кивнула, но не мне, а каким-то своим мыслям. Есть все-таки чистый плюс в ненормальности моих предков. Другая мамаша уже выясняла бы животрепещущие вопросы о происхождении, роде занятий и финансовом положении избранника своей единственной дочери.

Мы вышли из здания аэровокзала, и я принялась искать глазами ушедших вперед мужчин.

- Хотела бы я знать, что так не нравится твоему отцу.

Я проследила за маминым взглядом. Отец с Грэмом стояли возле такси. Чемоданы, судя по всему, были уже загружены в багажник, а шофер терпеливо курил неподалеку. Мужчины не разговаривали, но аура противостояния клубилась вокруг них черной тучей.

Заметив нас, Грэм галантно распахнул заднюю дверцу машины. Мама села первой, а я приостановилась, пропуская отца вперед. Он склонился, садясь, и пристально посмотрел мне в глаза. Я ответила ему не менее хмурым и решительным взглядом, на мгновение, словно невзначай, прислонясь к любимому. Я будто бы хотела немного позаимствовать его силы и испытала облегчение, почувствовав, как он легко чмокнул меня в макушку.

- Саша... – начала, было, мама, едва машина тронулась с места, но отец обрубил любые дорожные беседы.

- Дома поговорим, - буркнул он, сверля взглядом затылок Грэма.

С переднего сидения послышался тихий то ли рык, то ли смешок моего волка.

- Мам, пап, вы голодные? – поинтересовалась я, едва мы вошли в квартиру.

- А где собаки? - недоуменно спросила мама.

- Ждут, пока Грэм разрешит им выйти и поздороваться, - усмехнулась я.

Из гостиной тихо заскулила Мулька, а Грэм пожал плечами. Словно почувствовав его одобрение, псы выскочили в прихожую. Пока они обпрыгивали и облизывали предков, я собралась пройти на кухню, чтобы разогреть ужин.

- В комнату! – приказал отец, поймав меня за руку. - Потом поедим.

Мне почему-то показалось, что он не слишком уверен, что эта трапеза нас вообще ждет. Я пожала плечами. Грэм крепко обнял меня за талию, мы протиснулись мимо собак, родителей и чемоданов и, не сговариваясь, двинулись к дивану. Мы вместе.

Следом вошла мама и уютно устроилась с ногами в кресле, скинув туфли прямо на ковер. Отец остановился посреди комнаты, посмотрел на нас, хмыкнул, посмотрел на маму, сложил руки на груди.

- Ну, что ж, Ната, думаю, нужно представить Грэма по всем правилам, - он пристально посмотрел на жену. - Этот молодой человек – оборотень-вервольф и маг-трансформатор. Если у него есть еще какие-то титулы или обязанности, то я не осведомлен.

Я опешила. Как-то не приходило мне в голову, что он может вывалить на маму такую, мягко говоря, невероятную информацию единым махом. Грэм хмыкнул. Мама вскинула бровь, тоже сложила руки на груди и уставилась на отца, всем своим видом демонстрируя, что готова слушать любую ахинею, пока тот не будет готов говорить по делу. Отец вздохнул, покосился на нас, но продолжил.

- Что касается нашей дочери...

- Оборотень-вервольф и величайшая целительница всех времен и кланов, - перебил Грэм.

- Величайшая? – мама с любопытством посмотрела на него.

- До сих пор считалось, что никто не может противостоять бешенству оборотня, - спокойно ответил мой волк, а отец вздрогнул и тихо застонал.

- Только не говори мне, что уже проверяли, - процедил он сквозь зубы.

- Так вышло, - пожал плечами Грэм и еще теснее прижал меня к себе.

Разговор получился долгим, но гораздо более спокойным, чем я предполагала. И обороты отец сбавил сразу после того, как мы сообщили ему, что есть шанс, что наведываться погостить мы сможем. К тому же, проход в клинику мог гарантировать наши встречи хотя бы в волчьей ипостаси. Ну и письма можно научиться от руки писать, а потом в зубах приносить. Представив эту картинку, мы с Грэмом захихикали, и даже родитель не сдержался и фыркнул. Мама долгое время была уверена, что мы все дружно ее разыгрываем. Грэму даже пришлось удалиться в ванну, чтобы раздеться и провести наглядную демонстрацию. Когда огромный волк устроился на диване возле меня и щенячьим жестом боднул мою ладонь, мама на мгновенье нахмурилась, но, судя по всему, даже это не произвело на нее должного впечатления. У меня вообще возникло нехорошее подозрение, что, в отличие от отца, ее больше интересует то, что происходит между нами, а не иномирское происхождение моего избранника.

В какой-то момент мы перекочевали на кухню и все же поужинали. К моему удивлению, по мере того, как открывались подробности наших перспектив и событий последней пары недель, мама все больше успокаивалась и приходила в хорошее настроение. Единственный раз я заметила на ее лице искреннее возмущение, когда до нее дошло, что милые американцы Марго, Зак и Кен на самом деле были эльфийскими лазутчиками. Впрочем, ее тут же заинтересовало, где они теперь, и скоро ли она сможет снова с ними встретиться. А так она в основном, отмалчивалась, предпочитая слушать.

Наконец, когда поток информации, вопросов, ответов, упреков и наездов себя исчерпал, все примолкли.

- Ната, - неуверенно заговорил отец, - ты очень шокирована?

- Ну что ты! – легкомысленно отмахнулась родительница. - Что ты у меня необыкновенный, я всегда знала. А рада ли я за Аленку, я пока не решила. Хотя, если честно, немного ей завидую.

- Завидуешь?!

- А что такого? Она всю жизнь только сказки и читает, а тут перспектива оказаться непосредственно в гуще событий. Если все это правда, разве я могу посоветовать дочери упустить такой шанс?

- Ната, Ната... – отец покачал головой и улыбнулся.

Грэм фыркнул и уткнулся носом мне в волосы. Он вообще на протяжении всего вечера не отлипал от меня: хоть плечом, но касался, а так старался обнять или взять за руку. Даже когда я встала помыть посуду, он тоже поднялся, продолжая говорить с отцом, и вытирал тарелки, упираясь своим бедром в мое. Я все ждала, когда ж матушка не выдержит и отпустит шпильку по этому поводу. Но она так и не отреагировала, хоть и ловила глазами каждое его движение.

И вот все было сказано, на дворе была глухая ночь, отец поднялся, давая понять, что пора бы на боковую, и я зависла: а что теперь? Вот так просто взять и увести его в свою комнату? Стелить ему на диване глупо, а выдержат ли родители еще и такую новость, я сомневалась. Или уйти с ним вместе в гостиницу? Тоже вроде как демонстрация. Но я точно знала, что не оставлю его.

И тут тренькнул мобильник. Грэм удивленно хмыкнул и полез в карман.

Даже мне были слышны панические крики на том конце. Я пристально смотрела на любимого, но он лишь хмурился и ничем не давал мне понять, что происходит.

- Подожди, не шуми ты так! Ты уверен, что сам их не перекладывал?.. А я откуда знаю, зачем подменили!.. Подожди, ты где сейчас? Приезжай к Марте, мы тоже подойдем. И привози все туда, ради богов! Там же Кант с Зантаром по всей квартире магических охранок понатыкали. Да еще Рената постаралась. Тоже мне, нашел безопасное место – сейф! – он отключил телефон и посмотрел на меня. - Елена, нам надо идти.

- Я поняла, - я кивнула. - Что случилось-то?

- У Павла пропала часть наследства. Он сдуру перевез все к себе домой и спрятал в сейфе. А теперь там часть листов чистые. Причем жена говорит, что в дом вообще никто посторонний не заходил.

- Значит...

- Вот именно. А кроме нас здесь сейчас никого нет. И раньше, чем дня через три не будет, я думаю.

- Но это же не по нашей части, Грэм. Что трансформатор и целительница могут сделать?

- Пашу поддержать морально, - усмехнулся он, и посмотрел на моих предков. - Простите, но это действительно важно.