Варвара Кислинская – Сокровища Зазеркалья (страница 7)
Даже сына своего запретил себе любить, ведь я не вызываю у него ничего кроме ненависти. Мне больно видеть в нем уже проявившиеся, несмотря на все старания бывшей жены, первые признаки того безумного гормонального взрыва, что однажды превратил меня, молодого крепкого мужчину, в гору жира. Это заложено в генах, и поделать ничего нельзя. Разве что не позволять себе превращаться в аморфную массу, продолжая жить в отвращении к самому себе. Моему сыну еще предстоит пройти долгий путь, чтобы понять это.
А я уже пришел к финишу. Смирился с тем, что ничем не могу вызывать симпатии, и это не прибавило мне хорошего отношения к людям. Я перестал чего-либо ждать от них, кроме насмешливых и презрительных взглядов. Поэтому уже несколько минут пялился на лежавший на столе чек и не мог понять, как он здесь оказался.
Мои работники выиграли для меня деньги. Зачем? Я и сам мог бы это сделать, если бы посчитал риск целесообразным. Но я не рискнул. А они – рискнули. Едва ли кто-то обратил бы внимание на то, что одна из отхвативших куш в том забеге – моя наездница. Господи, да посчитай я возможным попросить их, сам дал бы денег на ставку. Но мне и в голову не могло придти, что хоть кто-то откликнется на просьбу. А приказать такое... Я, конечно, тиран и деспот, но, честное слово, не самодур.
- Джесси... – голос почему-то изменил мне, и я почти прохрипел ее имя, - Джесси, почему вы это сделали?
- Чтобы вы купили производителя, - она уставилась на меня честными глазами, не желая понимать, что я имею в виду.
- Джесси, почему вы решили помочь мне? – я начал медленно закипать. - На такой вопрос ты можешь мне ответить?
Девушка замялась и опустила взгляд.
- Тэд попросил?
- Тэд предложил! – оскорблено взвилась она. - И все посчитали, что так будет правильно!
- Почему, Джесси?
- А разве нет?! Вы посмотрите, все наши кобылы взяли призовые места на этом дерби. Еще год-два и Красная Шэрон станет чемпионкой. А может и Протока тоже. Нам нужно хорошее потомство от них! Вы уже задали направление селекции, и теперь просто необходим идеальный производитель!
- Я и так собирался купить производителя, Джесси, - медленно, с расстановкой проговорил я. - И вы это знали. Так зачем собрали деньги на второго?
- Вы собирались купить кохейлана, Марк! А сиглави нам нужен тоже!
- Это ты так решила?
Девчонка, конечно, права по всем тем пунктам, что касаются моих амбиций и мечтаний, моего отношения к лошадям вообще, и к своим собственным в частности. Но права решать ей пока никто не предоставлял. Я сам для себя пока не решил, хочу ли так открыто светить свою удачу.
- Нет, босс, это вы так решили, - она нагло ткнула в меня пальцем. - Потому к обоим и приглядывались! – потом перевела дух и сказала с какой-то просительной интонацией: - Марк, мы просто хотели помочь.
Я вздохнул и прикрыл глаза. Злость прошла, осталась растерянность.
- Почему, Джесси?
- Что «почему»? – сделала она вид, что не понимает.
- Вот ты лично, почему ты захотела помочь старому, толстому, вечно орущему на тебя хозяину?
- Ну, во-первых, вы не старый...
- Я вдвое старше тебя!
- Подумаешь! - фыркнула эта нахалка, - Вам еще и сорока-то нет. Во-вторых, вы всегда орете по делу. Конечно, могли бы и не орать, а сказать спокойно, но такой уж вы, что ж поделать.
- Весьма великодушно с твоей стороны, - проворчал я.
- Ну и в третьих, - почувствовав, что я не сержусь, хихикнула она, - по мне так лучше быть крепким подвижным толстяком, чем тощим анемичным доходягой.
- На себя посмотри! Вешалка! – огрызнулся я.
- А что на меня смотреть? – Джесси вдруг ощерилась. - Я не доходяга и смотреть на меня особого удовольствия никому не доставит. Ну и последнее...
- Постой-ка, что значит, не доставит удовольствия?
- Бросьте, Марк, мы говорим не обо мне, - попыталась уйти от темы девушка.
- Я – босс. Спросил – отвечай! - сам не заметил, как опять повысил голос.
- Тиран!
- Какой есть. Отвечай, в чем твоя проблема?
- Нет у меня никакой проблемы! – зашипела Джесси.
- Врешь!
- Не вру! – она сжала зубы, перевела дыхание. С минуту мы пялились друг на друга, меряясь силами. Сдалась Джесси. Дернула плечом, отвела взгляд, но все же заговорила. - Что, если я трезво оцениваю свою внешность и понимаю, что не красавица, это проблема? Еще скажите, что у меня заниженная самооценка, - она снова посмотрела мне в глаза, и на ее мордашке заиграла победная улыбка. - Не дождетесь! Я лучшая наездница в этой стране, и через несколько лет все об этом узнают!
Я вздохнул и снова прикрыл глаза. А что я ожидал услышать? Джесси действительно трудно назвать красавицей. Слишком крупные для маленького личика черты, оттопыренные, не прикрытые коротким ежиком волос уши, непропорционально длинные руки и ноги. И все это при росте четыре фута и десять дюймов и весе 80 фунтов. Она скорее похожа на смешную обезьянку, чем на девушку. Но есть в ней что-то завораживающе милое.
- Хорошо, сдаюсь. У тебя нет проблем. А что на счет меня? Ты вроде не договорила.
- А, не важно, - Джесси махнула рукой.
- Угу, конечно, не важно. Просто тебе нравятся подвижные толстяки, и поэтому ты решила рискнуть своей месячной зарплатой, - я усмехнулся. - Ты пока не привела ни одного достойного аргумента, чтобы я понял причины вашей благотворительности.
- Хорошо... - девушка закусила губу. - Я не знаю, как это объяснить...
- Что именно?
- Вы и лошади.
- Я и лошади? – я бы рассмеялся, если бы это не было столь больной темой. - Я люблю лошадей, Джесси. Действительно люблю. В отличие от своих работников, которые вечно норовят навредить моим лошадям своей халатностью или глупостью. Вас я не люблю. Вас я терплю потому, что моим лошадям вы все-таки нужны.
- Я знаю, - Джесси вдруг задорно хихикнула. - Вы прощаете нам наше существование, потому что мы нравимся вашим лошадям.
- И, тем не менее, вы решили мне помочь, - не дал я ей снова уйти от темы. - Старому толстому скандальному мизантропу, который дает вам право на существование только в угоду своим лошадям. Почему?
- Потому что, если бы не лишний вес, лучшим в мире наездником были бы вы, - выпалила девушка.
- Что?!
- Понимаете, я вас боялась и ненавидела, - затараторила Джесси, заметив, что я опять готов разораться. - Я боялась подойти к вам и попроситься на работу. Целых три дня. А потом я увидела вас на Годзилле. Я – отличная наездница, я это знаю, но, боюсь, так я не смогу ездить никогда. Это органика, Марк. Понимаете? Вы не сидите на лошади. Вы сливаетесь с ней. Полностью. Вы с Годзиллой словно становитесь продолжением друг друга. Вы – не человек и конь. Вы человеко-конь. И, если бы вы смогли сесть не на медлительного шайра, а на настоящую скаковую лошадь, вы бы выиграли любую гонку. Потому что вы сами становитесь Годзиллой, делясь с ним своим человеческим разумом. Это чудо, - в ее взгляде полыхал восторг, щеки раскраснелись от эмоциональной тирады, а мне стало неловко слушать все это. Но следующие слова Джесси вылились на меня ушатом холодной воды. - Марк, я знаю, ваша полнота – генетическое отклонение. И поэтому я злюсь на Бога, когда смотрю на вас. Как он мог! Как он мог вложить такой дар в такое тело!
Я вздрогнул и задохнулся. Я готов был уже отбрить вконец обнаглевшую девчонку. Не люблю говорить о своей полноте. Это моя проблема. Только моя. И ни насмешки, ни сочувствие мне не нужны. Все кары небесные могли обрушиться на голову Джесси в тот момент. От лишения премиальных до увольнения. Но... уже набрав полную грудь воздуха, чтобы заорать на маленькую негодяйку, я вдруг увидел слезы в ее глазах. Злые слезы обиды на Бога. Той самой обиды, которую я сам носил в себе большую часть жизни.
Я пригнул голову к коленям и медленно выдохнул.
- Марк, - тихо позвала Джесси.
- Брысь отсюда, - приказал я, не поднимая головы.
- Марк, я вас обидела?
- Джесси, уйди. Просто уйди.
- Но я...
- Ты сказала больше, чем я был готов услышать, - с трудом выдавил я. - Я не в обиде на тебя. Я сам потребовал ответа на вопрос. А теперь уходи. Уходи, пока я не начал на тебя орать.
Лишь через несколько минут после того, как за ней захлопнулась дверь, я поднялся с дивана. Кожаная обивка, распрямляясь, издала протяжный вздох облегчения. Даже мебель не любит толстяков.
Серебряная леди Маргарита
Они – со мной. Почему? Почему они пошли против всех? Я хочу спросить, но боюсь. Наверное, я бы рискнула спросить Ренату. Гектора. Близнецов. Но остальные...
Грэм меня пугает. Он одержим желанием найти девушку, которую полюбил в нашем мире, и все свои надежды возлагает на меня. И хотя я уже нарисовала проход в свою квартиру, у меня странное чувство, что он ждет от меня чего-то большего. Впрочем, он ведь пока об этом не знает.
Штред – симпатяга. Казалось бы, такой крупный и спокойный мужчина должен вызывать доверие, но эта кунья хитринка у него в глазах меня настораживает, мешает полностью расслабиться в его присутствии.
Бриза слегка надменна, молчалива и слишком много замечает. Я чувствую в ней какое-то двойное дно.
Синдин. Ну, тут-то как раз все понятно. Он со мной потому, что со мной Рената. Может, еще немного потому, что я тоже оттуда. Надежный. Да, рядом с ним мне хорошо, не чувствую напряжения.
Арианна почти по-эльфийски красива. Очень сильная личность. Но что-то ее беспокоит, все время оттаскивает на себя ее мысли. Совершенно не понимаю, почему она здесь.