Варвара Кислинская – Сокровища Зазеркалья (страница 68)

- Девки! Смотрите, что у меня есть! – вдруг радостно завопила Марта, до этого что-то чиркавшая в альбоме. - Пошли купаться!

Она закрепила на стене рисунок, и прямо из квартиры открылся выход на песчаный берег дикого пляжа.

- Повезло нашему миру, что ты пейзажи из жанра космических опер не рисуешь, - расхохоталась я.

Смеясь, на ходу скидывая одежду, мы вбежали в теплый прибой. Хорошо это было. Легко, естественно. Мне захотелось перекинуться, и я перекинулась. А потом принялась гонять Шету по мелководью. Марта, хохоча, носилась за нами. Но вдруг остановилась.

- Пошли обратно, - вздохнула она, и Шета кивнула.

Только тут я поняла, что с нами нет Ренаты.

- А в чем дело? - спросила я.

- Сглупила я. Не подумала, что гномы открытого водного пространства боятся.

- Да, нехорошо вышло, - кивнула Шета.

А я вдруг остро почувствовала себя на месте гномки. Я знала, каково это. Позапрошлым летом, старый друг отца попросил о помощи. И я увязалась вместе с предком. Дядя Сема сам по образованию был ветеринаром, но прежде особенно не практиковал, делал карьеру, продвигался по каким-то административным должностям. А потом вдруг все бросил и подписал контракт на работу лесничим. В тайге. Добирались мы к нему почти двое суток: самолетом, поездом, на грузовике и даже на вертолете. Но оно того стоило. Там, в глуши я увидела столько непуганого зверья, вдохнула такой чистый воздух, о чем до сих пор читала только в своих любимых книгах фэнтези.

Мы пили чай на веранде сруба. Вдруг Сема присмотрелся к краю леса и сказал:

- Смотри-ка, Муська свой выводок знакомиться привела, - и в полголоса добавил: - Тихо, не спугните.

Волчицу Сема нашел прошлой осенью после урагана. Вывернутое с корнем дерево перебило ей задние лапы, острыми ветками до костей разодрало шкуру между лопаток. Она бы не выжила, но Сема посчитал, что зверя можно спасти и забрал к себе. И спас. Зиму Муська жила у него, а весной, уже полностью выздоровев, ушла. И вот теперь она привела к нему своих щенков.

Мы все же спустились с веранды и подошли поближе. Она нас подпустила. Мелкие потянулись к новым для них существам, принялись заигрывать. Видимо, почувствовав, что я ближе вех им по возрасту, устроили возню прямо у меня под ногами. Не присоединиться было невозможно. Муська косилась на меня с опаской: вроде и не злой человек, и Семен мне доверяет, а все же за детей страшно. А мне было так хорошо с ними! Я словно понимала, чего они от меня хотят, как надо с ними играть, чтобы им было весело. Я была одной из них. Я даже потявкивать начала, как эти малыши. Отец с Семеном тихо посмеивались, глядя на нас. Щенки совсем развеселились, и тогда волчица решила тоже подойти ко мне поближе. Не знаю, почему это произошло. Я не была полноценным оборотнем. Собаки от меня, как от Грэма, после единственного превращения шарахаться не начали. Но Муська, видно, что-то почувствовала. Она тихо скульнула и носом стала отталкивать от меня малышей. Самых непослушных оттаскивала за шкирку зубами. Детишки продолжали резвиться, словно и не заметив, что на одного игрока стало меньше. Я невольно потянулась следом, но волчица, встав между мной и выводком тихо, но не агрессивно зарычала и с сожалением посмотрела мне в глаза: не забывайся, ты – не волк, они не такие, как ты. Я даже не заметила, что по лицу покатились слезы. А Муська подошла на полшага, точнее подползала, робко, как бы извиняясь, лизнула мне руку, а потом опрометью бросилась в кусты, где уже скрылось ее потомство.

Отец, успевший прежде столкнуться с моими депрессиями, кажется, увел меня в дом. Не знаю, что он там рассказал Семену, но я совершенно не помню двух дней проведенных после этого в гостях и даже обратной дороги. Скрутило меня тогда не по-детски.

А сейчас мы, подобно тем глупым волчатам, сбежали резвиться на пляж, оставив Ренату одну. Она же такая же, как мы! Она и отличается от нас разве что расой, но она же тоже волшебница!

Опережая Марту и Шету, я бросилась к порталу. Влетела в квартиру и огляделась. Ренаты не было. У меня засосало под ложечкой. За долю секунды я успела представить себе тысячи вероятных кошмаров. Но тут из соседней комнаты послышался сначала мужской смех, а потом веселый голос гномки. Уже стоявшие рядом со мной эльфийка и кентаврица переглянулись, а потом я увидела, как расплывется в смущенной улыбке и заливается краской лицо Шеты. Не сговариваясь, мы ломонулись в спальню.

- А мы тут плюшками балуемся, - невинно сделала нам ручкой Рената.

- Приветствую вас, фейри, - произнес по-английски невероятно толстый человек на экране монитора и, глянув на меня, кивнул. - Леди.

- Леди тоже фейри, Марк, - хихикнула Рената, - волчица-оборотень.

- Марк! – завопила Марта и, спихнув Ренату с кресла прямо на пол, плюхнулась на ее место.

Вид у нее при этом был такой, будто она готова обнять монитор. Ну, монитор, пожалуй, получилось бы, а вот того, кто был на экране...

- Леди, если вы снова собираетесь почтить меня своим визитом, я, пожалуй, запру дверь, - усмехнулся Вождь Предреченный и поднялся.

Господи! Как он такое тело-то таскает?! Да, я бы на его месте тоже, не задумываясь, шагнула за грань. За ради похудеть.

- Нет, Марк, - засмеялась Шета, - мы очень рады видеть тебя, но на сегодня у нас другие планы. И Марте, кажется, пора пить отвар, - добавила она и покосилась на эльфийку.

- Уже? – поморщилась та. - А я только развеселилась! Ну и вредная же ты!

Марк засмеялся, а Шета, одарив его стоваттной улыбкой, скрылась на кухне.

- Вот так всегда! – заныла Марта. - А потом я опять не вспомню, как объяснялась вам в любви! Нет, ну разве это правильно?! Марк, я вас люблю! Вот! Вы замечательный! Теперь, если все это я буду повторять, когда отключусь, вы поверите, что это не пьяный бред!

- Я верю в вашу искренность и без специальных подтверждений, Мэгги. И вы знаете, что эта симпатия взаимна, - засмеялся британец.

Я не могла насмотреться на этого невероятного человека. За толстыми складками жира глаз было почти не видно, особенно, когда он улыбался. Но в узких щелочках теплом и добротой поблескивали ярко-синие искорки. Сможет ли стать жестким лидером человек... простите, кентавр... с таким любящим сердцем? Академический вопрос. Он – Вождь Предреченный. Значит, именно он кентаврам и нужен.

- Кстати, а что за планы упомянула леди Шета? Собираетесь отправиться в гости к кому-нибудь еще?

- О нет! Нам нужно еще кое-кого найти в этом мире, - встряла Рената, - мы будем творить магию. Оч-чень-оч-чень крутую! Вот!

- Правда?! – Марк загорелся, как ребенок. - А можно будет посмотреть? Хотя бы отсюда?

- А вы хотите посмотреть? – удивилась я.

- На настоящую магию? И вы еще спрашиваете!

- Учтите, Марк, это не будет слишком зрелищно, - Марта погрозила ему пальчиком, - так, немного стриптиза. Хотя... я со стороны не наблюдала. Может, и увидите что-то, кроме нас четверых.

Стриптиза? Это еще что за новости? Мы так не договаривались! Судя по всему, Марк тоже здорово смутился и уже не знал, как взять назад свою просьбу. Но тут Марта и Рената покатились со смеху и мы с Вождем сообразили, что нас просто развели.

Шета вернулась с дымящейся чашкой и заставила Марту выпить ее содержимое. После этого эльфийка впала в легкую прострацию, а кентаврица оккупировала место перед монитором. Мы с Ренатой переглянулись, хихикнули и накатили еще по маленькой. Отодвинув в сторону кресло, совершенно не нужное кентаврице, мы с гномкой с комфортом расположились на ковре, у Шеты за спиной.

- Ну что, не пора ли нам пора, девочки? – донесся минут через пятнадцать совершенно трезвый голос Марты.

- Ну, если ты уже готова... – лениво отозвалась Рената, не двигаясь с места.

- Вполне, - отозвалась эльфийка и, скатившись с кровати, на четвереньках подползла к нам. - Шета, хорош глазки строить! Разверни видеоглаз, чтобы Марку лучше видно было, и иди в круг.

Кентаврица еще что-то прощебетала Вождю и, спустя минуту, вытянулась рядом с нами, заняв полкомнаты.

Картинку мы, должно быть, представляли довольно живописную. Лично я совершенно не понимала, чем посиделки, то есть полежалки, в этой комнате эдаким магическим отличаются. Хорошо лежим, как говорится. Расслаблено.

Но тут Марта приподнялась, и все остальные последовали ее примеру. Я тоже не заставила себя уговаривать. С одной стороны руку мне на плечо положила Рената, с другой – Шета. Я сама не заметила, как тоже обняла их. Мы посмотрели в глаза друг другу.

Я не знаю, что произошло, как, и кто из нас это сделал. Мы стали единым целым. Не существом, разумом. И сила этого разума была огромна. Время и расстояния были подвластны ему. Не было уголка в мире, которого мы не смогли бы достичь вместе.

- Белый Огонь, - сказала или подумала одна из нас.

А может, мы подумали все вместе. Это не имело значения. Наши мысли больше не были приватными, наши чувства стали общими, радость – единой, и никому больше не надо было бороться с болью в одиночестве. Я узнала робкое, светлое чувство Шеты к Марку, пугливую, едва зарождающуюся связь между Мартой и Гектором, громоздкое самоубеждение «мы друзья», стеной стоящее между Ренатой и Сином, и я знала что, так же откровенно дарю им ликование нашей с Грэмом любви. Мы были здесь, чтобы все сделать самим, чтобы защитить их от возможных бед, предостеречь от грозящих опасностей. Мы были здесь, потому, что доступная нам, звенящая напряжением магия – это не только дар, это еще и ответственность, за силу и умение использовать ее с толком.