Варвара Кислинская – Сокровища Зазеркалья (страница 54)

Не отводя глаз, он легонько коснулся моего лица, кончиками пальцев приподнял подбородок. Наши лица были так близко, что мы почти касались друг друга носами. Дыхание перехватило. Мне показалось, что он меня сейчас поцелует.

- Не играй со мной, Елена! – выдохнул он мне в губы и...

Отпустил!

Убью гада! Я вскочила.

- Так что, слабо помочь мне снова перекинуться?! – уперла я руки в бока.

Грэм встал, медленно, со вкусом потянулся. На губах играла ленивая самодовольная улыбка, в глазах плясали чертики. Он закинул голову к небу, сощурившись, посмотрел на солнце.

- Часа через три. На закате. Устроит?

- Вполне! – рявкнула я и промаршировала к реке. Подальше от них от вех.

Мама дорогая! Это во что же я только что вляпалась?! И кто, черт возьми, здесь играет?! И с кем?! Да, еще бы знать, кто выигрывает. Ну, хотя бы, на данном этапе.

Ледяная вода немного успокоила бурлящую кровь. Адреналин там, или не адреналин, а в себя придти полезно. И мозгами пораскинуть. Я залезла на дерево – высоченный старый серебристый тополь – удобно устроилась в развилке веток, и задумалась. Итак, что же мы имеем?

Когда часа через полтора я услышала, что меня зовут, утешительных выводов в моем активе не наблюдалось. От самоуверенности, с которой я днем пыталась привлечь внимание Грэма, тоже не осталось и следа. Больше всего на свете мне сейчас хотелось оказаться где-нибудь на другом конце света, но пришлось все же сползать с дерева. Еще решат, что я и вправду сбежала. Ну, нет! Не дождутся! Сбежать я всегда успею. Это у меня и без них неплохо получается.

Я побрела не на голоса, а к полянке, на которой мы обедали. Марта и близнецы невозмутимо убирали оставшийся после нас мусор. Остальных в поле зрения не было. Увидев меня, эльфийка улыбнулась так, словно и не сомневалась, что я никуда не денусь. И тут я почувствовала Грэма. Загривком. Прежде, чем успела обернуться, он крепко взял меня за руку. Сам!

- Я же сказал, что она вернется, - спокойно бросил он через плечо подходившим Ренате и Сину.

Я покосилась на него и попыталась освободиться. Фиг вам! Вроде и не сильно держит, не больно, но не вырвешься. Поймал! Нет, мы еще посмотрим, кто кого поймает и на чем! Но почему-то от его задорной улыбки у меня задрожали колени.

Грэм так и не отпустил меня, даже когда я пыталась навязать свою помощь Марте (та только отмахнулась), и потом, когда мы шли к машине. Я в какой-то момент забеспокоилась, как же мы все в нее поместимся, но тут же сообразила, что всем помещаться не придется. Ой-ой-ой! Допрыгалась, Елена Прекрасная!

Близнецы снова заспорили, кто сядет за руль.

- Желаю хорошо повеселиться, ребята! – бросила нам Рената и полезла на заднее сидение.

- Не упусти свой шанс, - шепнула Марта, обнимая меня на прощанье и, весело подмигнув, тоже скрылась в салоне.

И что, интересно, она хотела этим сказать?

Наконец, они уехали, и Грэм потянул меня за собой.

- Как раз успеем отойти подальше в лес до заката, - сообщил он и, даже не взглянув на меня, быстрым шагом направился к уводящей в заросли тропинке.

Уже минут через пять я пожалела о своей, мягко говоря, неподходящей экипировке. Одетая утром на работу шифоновая юбка цеплялась за что ни попадя, каблуки то увязали в еще сырой местами земле, то предательски подламывались на корягах и камнях. Но сдаваться я не собиралась. Особенно после напутствия Марты. Юбку я просто сняла и сунула в сумочку – благо места много не занимает, а вот идти босиком по лесу совершенно не хотелось. Больше всего злило, что из-за любимых босоножек мне все труднее становилось удерживать заданный вервольфом темп.

Очередным образом провалившись каблуком в какую-то норку, я чертыхнулась. Грэм, наконец, остановился, обернулся и внимательно посмотрел на меня. И вдруг хихикнул.

- И что смешного?! – обиделась я.

- Ты увязаешь, - он шагнул ко мне, - я совсем про это забыл.

Прежде, чем я успела опомниться, он подхватил меня на руки и побежал. Совсем, как тогда. И совсем, как тогда, я перестала осознавать что-либо вокруг, кроме его горячего, сильного тела.

Впрочем, на этот раз нам предстояло пересечь не одно заснеженное поле, а целый лес, или куда еще он там меня поволок, и постепенно мысли вернулись. Рано или поздно Грэм остановится, чтобы помочь мне трансформироваться. И что я буду делать тогда? Нет, я вообще-то знала, что именно я хочу и собираюсь сделать, особенно сейчас, когда кожей слышала ровное биение его сердца, вдыхала его запах, грелась в его объятиях. Вопрос не в том – что, вопрос в том – как?

М-м-дя! Несколько попыток однокурсников залезть ко мне под юбку (окончившихся весьма плачевно для пытавшихся) и пару просмотренных порнофильмов едва ли можно считать сексуальным опытом. И от волка моего, если верить Ренате и Марте, тоже помощи ждать не приходится. Да и не станет он мне помогать, судя по всему. Придется все самой делать. Но как? Как?! Блин, интересно, а в этом деле вообще можно напортачить? Надо было у Марты спросить. О, Господи! Додумалась! Представляю, как бы она на меня посмотрела и чего бы насоветовала. Так, стоп! Не паниковать! Главное начать, а там разберемся. Если разберемся. А если нет? Ужас какой!

Я посмотрела Грэму в лицо. Он бежал ровно, не сбивая дыхания, словно и не чувствуя моего веса. Ветер сдувал довольно длинные волосы назад, рыжий пал на висках в бликах закатного солнца отсвечивал красным. Какой же он красивый! Мне очень хотелось потереться щекой о его плечо, но я решила, что не стоит пугать беднягу раньше времени. Оставалось только смотреть и не трогать руками. Пока.

Я даже не сразу поняла, что он остановился, лишь через мгновение сообразив, что не чувствую больше ритмичной работы мышц. Тогда он посмотрел мне в глаза и разжал руки, осторожно опуская на землю.

- Здесь, - прошептал он.

Я огляделась по сторонам. Офигеть! Да если бы я сама придумывала место для своей первой романтической ночи, я бы не сочинила ничего прекрасней! Деревья вплотную обступали небольшую полянку, покрытую шелковистой молодой травой, нависали над ней широкими кронами, словно стремясь скрыть от нескромных посторонних глаз всякого, нашедшего здесь приют. Ну и у кого здесь в голове не те мысли, скажите, пожалуйста?

Обернулась к Грэму, но он уже отошел в сторону и, повернувшись ко мне спиной, начал раздеваться. Я стащила через голову майку, сняла босоножки и остановилась.

- Готова?

Он не повернулся ко мне, так и остался стоять спиной, и я невольно залюбовалась рельефными мышцами. Ум-мыр-р-р! Хочу! Руки задрожали от желания прикоснуться к нему.

- Почти, - ответила я и не узнала собственного голоса.

Грэм посмотрел на меня через плечо. Я потянула завязку купальника и позволила лифчику упасть на землю. Даже в неверном закатном свете я увидела, как расширились у него зрачки. Я сделала шаг вперед. Вервольф застыл изваянием, не в силах ни пошевелиться, ни отвести от меня глаз. Я потянула за еще один шнурок, следующим шагом оставляя за собой последнюю деталь одежды. Он резко отвернулся и протянул за спину руку. Ха! Не дождется! Мгновенно преодолев разделявшее нас расстояние, я обняла его за талию, всем телом прижалась к спине.

- Елена!

Пробежала пальцами по его груди, потерлась щекой о гладкую кожу, поцеловала в лопатку. Высокий, зараза, когда я без каблуков!

- Что ты делаешь, Елена?!

Хороший вопрос. Прямо скажем, на засыпку. Действительно, что я делаю? Точнее, а дальше-то что делать? А, пропади все пропадом! Почему бы не делать просто то, что хочется?! А хотела я его. Всего! Сразу!

Я заскользила вдоль его спины, покрывая поцелуями каждый сантиметр кожи. Мало! Мне этого мало!

- Елена! Прекрати! – даже не прохрипел, а простонал Грэм, не оказывая, однако, при этом сопротивления.

Воодушевленная, я проскользнула у него под рукой и прижалась губами к груди, привстала на цыпочки, дотягиваясь до шеи, целуя, лаская. Мой!

И тогда его пальцы сомкнулись у меня на талии, он приподнял меня и впился в губы поцелуем. Совсем не так, как тогда. Да и ждала ли я от него сейчас той щемящей нежности, хотела ли ее? Я обхватила его ногами, вцепилась в волосы и даже не поняла, когда он успел уложить меня на траву. Просто сменилась точка опоры, и теперь его руки были, казалось, везде.

- Ты никогда не простишь мне этого, Елена, - сказал он, прервав поцелуй и глядя мне прямо в глаза. - Я сам себе не прощу. Но я уже не могу остановиться.

А потом одним резким сильным движением он вошел в меня, и я вскрикнула от неожиданности, от мгновенной боли, от странного нового ощущения. Грэм застыл. Я вцепилась ему в плечи, чувствуя, как дрожат от напряжения мышцы у меня под пальцами. Слегка склонившись, он легко, будто перышком, провел губами мне по лбу, по виску, дыханием пощекотал ухо. И прошептал одно единственное слово.

- Спасибо!

Меня захлестнула волна нежности.

- Я люблю тебя, Грэм, - прошептала я и рванулась ему навстречу.

Мир разлетелся на тысячу осколков.

- Ты собираешься сегодня превратить меня в волчицу?

- Прямо сейчас?

- Почему бы и нет?

- Потому что...

- Ты собираешься сегодня перекидываться или нет?

- Прямо сейчас?

- Где-то я это уж слышал...

- Да? И что было дальше?

- Мы будем, наконец, перекидываться?

- Может быть...

А потом мы убегали от луны навстречу восходящему солнцу – два волка, свободные в своем беге, бегущие к своей свободе. Вместе. Навсегда.