Варвара Кислинская – Сокровища Зазеркалья (страница 4)

С этого-то все и началось. Гектор вздрогнул, а я не сразу поняла, чего он испугался. Но, я же говорю, он интуитивно просчитал Марту. Сама же Серебряная леди в это время разглядывала Ирэльтиля, как некий музейный экспонат. Долго так разглядывала, пока тот не занервничал. Потом усмехнулась, обвела взглядом всех глазеющих на нее Верховных (приглашенные на встречу защитники и гости Библиотеки не в счет, с нами всеми она успела перезнакомиться накануне), и вдруг выдала:

- Не нравитесь вы мне, Пресветлый владыка, не буду я вас рисовать. Да и остальных, пожалуй, тоже, - потом вдруг повернулась к леди Рисс, грустно улыбнулась и добавила: - Жаль, что я так и не смогла передать рисунком, какая вы красавица.

Не берусь утверждать, что это именно так, но в контексте показалась, что Марта определила внешность царственно кошки, как ее единственное достоинство.

- Но, миледи, – попытался сгладить ситуацию вконец растерявшийся Ирэльтиль, - речь сейчас не о ваших рисунках. Вы должны поскорей переехать в Сентанен, вернуться к своему народу.

- С какой стати? Мне и вас одного за пару минут с головой хватило, - брезгливо передернулась Марта, - а если я буду жить в окружении исключительно таких ханжей и зануд, за месяц докачусь до депрессивного психоза. Я остаюсь в Библиотеке. Вы же не против, Гектор?

- Даже если бы я был против, миледи, - усмехнулся смотритель, - не смог бы вас выгнать. Но поверьте, это не только большая честь, но и большая радость для меня.

- Гектор, что ты говоришь?! Это безумие! – взвился Пресветлый.

- Успокойся Ир, - леди Рисс поморщилась. Наученная горьким опытом, она знала, что в вопросе гостеприимства спорить с Гектором бесполезно. - В этом безумии его не переупрямишь. Но у меня вопрос к леди Маргарите. Я бы хотела знать причину. Не верю, что дело только в том, что вам приглянулось это место.

- Конечно, - Марта пожала плечами. - Я не имею привычки поступать по велению своей левой пятки. Или придуманных кем-то правил. Если вы не в курсе, в том мире у меня осталась семья. И я не собираюсь отказываться от не. А Библиотека, как мне кажется – единственное место, где проходы будут работать. Кроме того, - тут эльфийка насмешливо посмотрела на львицу, - я обещала кое-кому помочь справиться с еще одним безумием.

- Не может быть!

Я не смогла определить, что выражало лицо Верховной. Вообще-то, она прекрасно умеет скрывать свои чувства, но мне показалось, что в глазах кошки промелькнул восторг, смешанный с ужасом.

В зале поднялся шум. Я не совсем поняла, что вызвало такую бурную реакцию. Неужели возможность попасть в тот мир по своему желанию? Они что, не поняли, что их желания тут ни при чем? Отныне и навсегда это будет решать только Марта. Так же, как и то, кто получит ее защиту. Это меня можно уговорить сделать практически любой артефакт. Ну, если не уговорить, то спровоцировать. До сих пор никак не привыкну относиться к своей деятельности, как к рутине. Стоит представить свойства безделушки, и пальцы так и тянутся к зиральфиру. А Марта уже приняла для себя решение и не отступит ни на шаг. Так и будет единолично нести ответственность за свой дар.

А дальше случилось то, что, собственно, и привело к кризису. Ирэльтиль бросил в Серебряную леди заклинание стасиса. Это потом мне объяснили, что это был стасис, но в тот момент удар выглядел, как нападение. Уж не знаю, чего Пресветлый хотел добиться. Может, рассчитывал, что ему удастся похитить несговорчивую волшебницу и силой уволочь ее в Сентанен. А может, просто нервы сдали. Не каждый день владык обзывают ханжами и занудами. Но в Марту он не попал. Не потому, что не целился, а потому, что Грэм среагировал раньше. На этот раз подставлять ему было некого, кроме Гектора, так что пришлось прикрыть Серебряную леди самому.

Не знаю, понимаете ли вы, что это означало. Получилось, что, во время встречи Верховных на нейтральной территории Пресветлый Владыка напал на представителя народа оборотней. И не на какого-нибудь, а на мага-трансформатора, находящегося под защитой совета кланов. Это не просто прямое нарушение Конвента. Это формальное объявление о выходе из него. Более того, это объявление войны.

В считанные секунды произошло следующее.

Синдин, оттолкнув меня за спину, рванулся вперед, чтобы поддержать начавшего заваливаться, застывшего, как статуя, Грэма. Хандариф с криком тоже бросился к другу через весь зал, игнорируя настойчивые требования Пламенного эмира не ввязываться и выстреливая искры в рванувшихся ему наперерез охранников Фарияра. Изящный рукавчик элегантного платья леди Рисс разлетелся мелким конфетти, и львиная лапа метнулась прямо в грудь Ирэльтилю. Я никогда прежде не видела частичной трансформации, но Гектор, видимо знал, что происходит. Всем своим весом он повис на этой лапе, вызвав недовольный рык кошки. Пресветлый, воспользовался замешательством и принялся творить новое заклинание. На этот раз между ним и Мартой не было даже Гектора, и все могло бы кончиться плачевно, если бы близнецы Годриленна, неизвестно откуда появившиеся по бокам от волшебницы, не выставили щит прямо перед ней. Заклинание врезалось в преграду, но не смогло ее преодолеть, лишь заставило прогнуться – Марту ощутимо толкнуло назад. Риох придержал ее и быстро втолкнул в центр круга, где уже находился Синдин с застывшим Грэмом на плечах. Когда к этой живой стене присоединились Штред, Бриза, Дашмир и амазонки, я не заметила. Кант и Зантар начали быстро расходиться в стороны, растягивая щит, как бы огораживая им всех нас.

- Уходим, - приказал Хандариф. - Продвигаемся к двери, как только замкнется щит.

И только тут я увидела Гектора. И закричала. Он лежал на полу навзничь, не подавая признаков жизни. Леди Рисс с удивлением рассматривала уже принявшую вид человеческой руку. Я обернулась к близнецам и встретила их растерянные взгляды. Гектор оставался за щитом, а по руке Ирэльтиля уже змеились молнии, направленные в грудь смотрителя. Но и им не было суждено найти свою цель. Отразившись от широкого меча, невесть как, подоспевшего Эврида, они рикошетом задели самого эльфа.

Ирэльтиль с трудом удержался на ногах и застыл, покачивая поврежденную руку. В зале воцарилась гробовая тишина.

- Шета! – негромко позвал старый воин. - Возьми смотрителя и двигайся за остальными.

Кентаврица легко закинула Гектора к себе на спину, натянула лук и стала отступать, обводя прицелом весь зал.

- Первый, кто сделает хоть одно движение в сторону моей дочери, умрет, - спокойно сказал Эврид. - Слово кентавра.

Я еще успела заметить, с какой ненавистью смотрит Тион на своего главнокомандующего, и как хмурится конунг, как в отчаянии шепчет имя Гектора леди Рисс, и испуганно прячется за спинами охранниц Лилея, как кривится от боли и бессилия Ирэльтиль, и Фарияр кусает губы.

А потом организованным каре мы вышли из широких дверей зала, и Эврид закрыл их за нами. Хандариф протиснулся между эльфами и запечатал дверь огненной печатью.

- У нас есть примерно час, - спокойно сказал он, - снимайте барьер, они не смогут выйти.

- А не сломают? – недоверчиво покачал головой Зантар.

- Мою печать за час не сломаешь, - без тени хвастовства пояснил саламандр, - а через час она сама исчезнет.

- Да, но они-то этого не знают, - хихикнул эльф.

- Фарияр знает, - отмахнулся Хандариф и посмотрел на меня. - Как Гектор?

- Лучше.

Мы уже сняли смотрителя со спины кентаврицы, и Шета наскоро его осмотрела. Хорошо, что среди нас оказалась целительница, да еще из народа кентавров.

- У него шишка на затылке, возможно, легкое сотрясение, но он уже пришел в себя, - спокойно произнесла Шета, - я наложила исцеляющее заклятие, он даже не заметит, как полностью вылечится.

- Она его не порвала? – продолжал допытываться саламандр.

- Только поцарапала, и я уже заживила, - успокоила его целительница и добавила: - А вот оборотню я не смогу помочь.

- Это мое дело, - встряхнулся Хандариф и направился к Грэму. - Помогайте, светозарные.

- Еще чего, - фыркнул Кант.

Они с братом уже колдовали над вервольфом.

- Это эльфийская магия, Хан, не лезь, - добавил Зантар.

- Ладно, тогда могу скинуть вам чистую силу, - не стал настаивать тот. - Вы же щит держали.

- Валяй, - не глядя на мага кивнул Кант.

Хандариф стал за спинами близнецов и положил руки им на головы. Прошло несколько томительно долгих минут. Казалось, эльфы ничего не делают, но вдруг Грэм зашевелился.

Я опустилась перед ним на колени и взяла за руку. Он крепко сжал мою ладонь, потом открыл глаза, обвел взглядом ближайшие лица.

- Марта? – первое, что спросил он.

- С ней все в порядке, - поспешила я успокоить, - ты ее прикрыл. Немного потрепало Гектора, но Шета его уже подлатала. Но волнуйся ни о чем.

- Что это было? – оборотень смотрел не на меня, а на эльфов.

- Стасис, - отреагировал за близнецов Хандариф.

- Мерзость какая, - поморщился Грэм. - А что вообще произошло? Как мы здесь оказались?

- Я бы тоже хотела это знать, - прозвучал у меня за спиной голос Марты. - Кто-нибудь объяснит мне, во что я вас втравила?

Грэм снова сжал мою руку и, хоть с трудом, но встал.

- Все в порядке, миледи, - Гектор, опираясь на плечо Синдина, тоже подошел к нам, - никого вы никуда не втравливали. Это наше собственное решение. И, во всяком случае, вы можете быть уверены, что из полусотни присутствовавших на вчерашнем банкете, у вас набралось полтора десятка преданных друзей.