Варвара Кислинская – Лики зазеркалья (страница 6)

Сначала, сматывая пасму в клубок, я даже подумала, что не смогу с ним работать. Но стоило завязать первую пару узелков, как пальцы словно дрожью пробило. Я не смотрела, что делаю, но чувствовала нездешнюю гармонию невероятно сложного узора.

И вот теперь передо мной лежало нечто совершенно потрясающее. Впаянный в неправильную, изрезанную по краям форму, рисунок узора напоминал какой-то кабалистический символ или пентаграмму. В нем было что-то величественное и таинственное. Казалось, еще чуть-чуть, и я смогу понять глубинный смысл этого древнего (я была в этом уверена) символа. Но осознание, как всегда, ускользало.

И тут вошел один из них. Из этих. И застыл, глядя на мое макраме.

- Сколько? – спросил он.

- Это не продается, - улыбнулась я. - Это я сама сделала, для себя.

- Продай! – попросил он.

- Не могу, - вздохнула я. - не положено. Я на этом работу потеряю.

Вид у него стал совершенно несчастный. Казалось, все его существо тянется к странному плетению причудливого узора непонятно для чего предназначенной фигнюшки. Мне стало его жалко. А признание этим странным квадратным типом моих способностей согрело душу. Свое удовольствие от этой штуки я уже получила, пока ее делала. Мне она, в общем-то, на фиг не нужна. Тем более, я так и не поняла, подо что ее такую приспособить можно.

- Продать не могу. Могу подарить.

- Подарить?! – он опешил.

- Ну, да! Это не продается. Это принадлежит лично мне. Я вправе сама решать, что с ним делать, - объяснила я. Потом взяла с прилавка свое творение и протянула ему. - Держите. Дарю.

«Родственник» неуверенно шагнул вперед, боясь поверить в происходящее. Когда он протянул за макраме руку, она слегка дрожала. Но вот его пальцы коснулись безделушки, а глаза расширились от удивления.

- Веревка?! – изумленно спросил он.

Я пожала плечами. Интересно, а чего он ждал?

Квадратный задумчиво покрутил в руках мою работу. Потом насторожено посмотрел на меня.

- А из металла сможешь?

- Из металла? – до меня даже не сразу дошло, о чем он говорит.

А, правда, смогу? Силушки у меня, конечно, не по-женски многовато, но все-таки... Это должна быть очень мягкая, но толстая проволока, и не гибкая, как медь, а упругая. Гм... А может, стоит попробовать?

- Это особенный металл, - перебил, а может, прочитал он мои мысли. - Мягкий и гибкий.

- И где я его такой возьму? – растерялась я.

- Я принесу.

- Да?..

- Когда мне прийти?

- Послезавтра, - на автопилоте ответила я. - А вы серьезно?

Квадратный кивнул и принялся меня как-то очень внимательно изучать. Я даже поежилась под его взглядом.

- Как тебя зовут? - наконец спросил он.

- Рената.

- Рен-Атар?!

Типчик аж попятился от меня к двери. В глазах его смешались восторг, ужас, неверие и надежда.

Господи, что это с ним?

- Просто Рената.

Он еще с минуту разглядывал меня, потом кивнул каким-то своим мыслям.

- Я приду послезавтра, просто Рен-Ата. Слово Дил-Унгара, - уверено заявил он.

И, не успела я ответить «приятно познакомиться», исчез за дверью. А я, как всегда, не заметила, куда он ушел.

Я, наверное, ничему не научилась в жизни за свои двадцать девять лет. Ну откуда, спрашивается, с какой стати, эта эйфория всего лишь оттого, что он назвал свое имя. И пообещал прийти. Пообещал! Угу, и придет. Щаз! С волшебным металлом и наилучшими пожеланиями.

Я пыталась испортить настроение самой себе. Получалось плохо. В душе что-то продолжало петь. Дурным голосом. Времени – шесть утра. Даже Иринке не позвонишь. Спят еще все. Да и что я ей скажу? «Ко мне приходил один из этих квадратных типов, которых ты никогда не видела, и я подарила ему свое макраме. Он был в восторге и обещал вернуться». Нормально, да? Представляю себе ее реакцию. Она же психиатра искать помчится. А с ее энергией... Нет, встречать новый день в бедламе мне не хотелось. А больше звонить было некому.

Я пошелудила диски и нашла «Прикладную магию». Угу, угу... это, конечно, не Шер, но сейчас самое оно. Один глаз зеленый, другой голубой. Как раз про мои перспективы...

Идти домой и целый час общаться с матушкой не хотелось, как никогда...

...И чего меня сюда занесло? Я с недоумением разглядывала школу, в которой проработала почти четыре года. Кто здесь по мне скучать-то может? Кто ждет? Никто... Серая незаметная делопроизводительница, уже давно забытая и учениками, и сослуживцами. Нет, ну, вот зачем я сюда пришла?

Я потрясла головой и заставила себя перестать пялиться на сравнительно недавно окрашенное желтое здание. Потом медленно побрела вдоль ограды к автобусной остановке.

- Ой, Рената!

Я вздрогнула. Звонкий голосок явно не принадлежал кому-то из бывших сослуживцев. Очень медленно обернулась и встретилась глазами с симпатичной юной мордашкой.

- Рената, вы меня помните?

Нет. Не помню. Начисто. А меня помнят. Чудно. С чего бы это?

Все-таки что-то забрезжило. Как же ее зовут?

- Я – Марина.

- Извини, - я вздохнула, - С именами проблема.

- Это ничего, - она лучезарно улыбнулась. - А что вы здесь делаете?

- Да вот случайно поблизости оказалась, решила взглянуть.

- А мы по вас скучали.

- Ну, брось, - чуть улыбнулась я.

- Правда-правда!

Хотя... Может, и действительно скучали. Они любили забегать ко мне просто так, поболтать, выяснить школьные новости, посплетничать и погрызть печенье, которое почти всегда водилось у меня в столе. Почему-то стало грустно. Оказывается, мне не хватало общения с ними.

- ...в общем, блюдет святая святых, - продолжала рассказывать Марина. - Неприятная тетка. Когда вы работали, было лучше.

Вот так. А мне всегда казалось, что неприятной теткой закономерно обозвать именно меня. Оказывается, та милая женщина, что пришла на мое место, была достаточно строгой, чтобы закрыть ребятне доступ в канцелярию.

Наверное, у меня хватило бы безумства потащить девочку в какое-нибудь кафе, чтобы поболтать еще, но ей надо было на урок. А я снова осталась наедине со своими мыслями. Чудно это – осознавать, что тебя любили и помнят. Ведь три года прошло. Эта Марина была классе в пятом, не старше, когда я ушла из школы, а вот ведь... Узнала, позвала, остановилась... А там, в магазине, разве хоть кто-нибудь сможет вспомнить лицо некрасивой продавщицы? Мимолетность... Там царит мимолетность. Никаких связей, никаких обещаний. Сегодня – впервые. Почему этот квадратный тип со странным именем Дил-Унгар пообещал вернуться? И почему я об этом думаю? Ведь не только же потому, что меня захватила идея опять поработать с металлом. Как вообще человек, не являющийся сотрудником аэропорта, может прийти в дьюти-фри зону по собственному желанию? Упс! Вот оно! Он просто спросил, когда ему прийти и пообещал, что будет в это время. Как? Он что, вылетит сегодня по своим делам, а послезавтра вернется похожим рейсом? Бред какой-то. И куда, интересно, они исчезают?..

Домой я все-таки не поехала. Потащилась через полгорода покупать пеньку. Сон прошел окончательно. Часов в десять я позвонила Иринке и напросилась в гости.

Матушка обрывала телефон в попытках стребовать меня к ноге, но я не поддалась.

Иринка была рада меня видеть. И поэксплуатировать. С таинственным видом она сообщила, что я просто обязана сопроводить ее в одно место. Этим местом оказалась женская консультация, и в три часа дня мы уже отмечали томатным соком перспективу рождения еще одного наследника. Я смотрела на Иринку и радовалась ее радости. Она светилась изнутри. Мелкий бегал вокруг и тоже выражал восторг всем происходящим. Мне было так тепло и уютно с ними. Такое количество счастья вокруг завораживало. Я тоже так хотела. Хоть в чем-то. А еще я хотела рассказать о них, таких теплых, таких любимых. В макраме. А лучше – в металле. Поймав себя на этой мысли, я вздрогнула. Что это со мной? Я что, поверила, что у меня это когда-нибудь будет? Это мое «хоть что-то»? «Металл», - подсказало подсознание. Я зажмурилась и потрясла головой. Что же я творю-то? Покосилась на Иринку, но она в этот момент была занята сыном. Усилием воли я отогнала провокационные мысли. Пора бы уже привыкнуть и к собственной посредственности и к серости своей судьбы. Мечтать вредно. Таким, как я – в особенности.

Моя поддержка потребовалась еще и для того, чтобы сообщить новость Алексу, так что от Иринки я ушла поздно вечером.

Матушка, к счастью, уже отправилась на боковую. Я тоже смертельно хотела спать, но теперь это не имело смысла. Ночь предстояло высидеть, иначе потом буду засыпать на работе. Кофе уже не спасал, телевизор и книга действовали, как снотворное, и я решила занять руки.

Смотав несколько мотков свеженькой пеньки, я завязала первые узелки. И почувствовала нечто странное. Пальцы не принимали любимый материал. Они хотели чего-то другого, чего-то большего. Металла. Волшебного металла, мягкого и гибкого. И первый раз за много лет к горлу подкатили слезы. Дура я, дура! Я позволила себе поверить, что тот посетитель вернется. Зачем? Как же меня угораздило?!

На работу пришла разбитой. Я все-таки заснула часам к шести утра и, соответственно, проснулась около трех. Праздник жизни! Для моей матушки. Она, наконец-то дорвалась вволю меня попилить. И сбежать не получилось. Как назло дня три назад я затарилась продуктами и прочими жизненно необходимыми вещами, а по мелочам маменька закупается сама. Никакого другого повода смыться я не придумала. В общем, схлопотала по полной программе. К тому же сама себе вконец испортила настроение аутотренингом на тему: не жди, он не придет. А чего спрашивается, я так крылышки расправила? Зашел незнакомый дядька, предложил поработать с каким-то необыкновенным металлом, а я, дура, и поверила. Придет он сегодня, как же!