Варка Славская – Ведьма из Сити (страница 3)

– Руслан, – представился он, игнорируя меню. – А это Дамир. Мы вообще-то ехали в другое место, но водитель свернул не туда, и мы увидели вашу дверь. Случайность?

В магии не бывает случайностей.

Ясна бросила на меня быстрый взгляд, и я прочитала в нём всё: он твой, девочка. Я же говорила.

– Бывает, – пожала плечами Ясна. – Что будете пить?

Руслан заказал виски. Дамир не подошёл. Так и стоял у стены, наблюдая. Я чувствовала его взгляд кожей. Он прожигал дыру в моём плече, в шее, в скулах. Я сделала вид, что рассматриваю свечи, но краем глаза всё равно видела его тёмный силуэт.

Искры.

У меня под кожей начали собираться искры.

Я знала это чувство: сначала лёгкое покалывание в кончиках пальцев, потом тепло, разливающееся по венам, а затем – электричество. Оно поднималось откуда-то из живота, из самого центра, и просилось наружу. Я сжала кулаки, спрятала руки под стойку, зажмурилась на секунду.

Не смей. Только не здесь. Только не при нём.

– Вета, – голос Ясны выдернул меня из паники. – Познакомься, это Дамир. Дамир, это моя подруга Вета. Она, кажется, уже собралась уходить.

Я открыла глаза.

Он стоял напротив меня. В трёх шагах. Теперь я видела его лицо чётко: тёмные волосы, чуть тронутые сединой на висках, серые глаза – нет, не серые, стальные, с холодным блеском, – тонкие морщинки у губ, которые появляются у людей, привыкших сдерживать улыбку. На нём было чёрное пальто, расстёгнутое, под ним – тёмно-серый костюм идеального кроя. Ни галстука. Верхняя пуговица рубашки расстёгнута. Дорого. Очень дорого. И очень холодно.

Холодно снаружи. Но я чувствовала, что внутри него – огонь. Потому что мои искры тянулись к нему. Тянулись, как магнит к металлу.

– Вета, – повторил он. Голос у него оказался низкий, чуть хриплый, с той особой бархатистостью, которая появляется у курящих, но он не курил, я сразу это поняла. – Красивое имя.

– Спасибо, – ответила я. Голос не дрогнул. Хотя внутри всё вибрировало.

Пауза.

Свечи горели ровно. Ни одна не дрогнула. Я держала себя в руках так сильно, что, кажется, у меня зубы сжались до скрежета.

– Мы с Русланом искали тихое место, – сказал он, не сводя с меня глаз. – А нашли вас. Вы здесь часто бываете?

– Достаточно.

– Тогда, может быть, порекомендуете, что здесь стоит попробовать?

Я смотрела в его стальные глаза и понимала: он не про вино. Он вообще не про еду и напитки. Он про что-то другое. И это «другое» пульсировало между нами, как открытый провод под напряжением.

– Виски, – сказала я. – У Ясны отличный коллекционный виски. Но вам, судя по всему, нужен не виски.

Он чуть приподнял бровь. Единственное движение, которое выдало его удивление.

– А что мне нужно?

Откуда я знаю? Откуда я, чёрт возьми, знаю, что тебе нужно?

Я отвела взгляд. Посмотрела на свечи. Они всё ещё горели ровно. Чудо.

– Мне пора, – я встала, накинула пальто на плечи. – Ясна, спасибо за вечер. Руслан, приятно было познакомиться. Дамир…

Я запнулась на его имени. Оно было твёрдым, как камень. Дамир. Д-а-м-и-р.

– До свидания.

Я пошла к выходу, чувствуя спиной его взгляд. Каждый шаг давался с трудом, потому что ноги стали ватными, а в груди всё горело. Я почти дошла до двери, когда услышала сзади шаги.

– Вета.

Я замерла. Рука уже лежала на холодной металлической ручке.

– Что?

Он подошёл ближе. Слишком близко. Я чувствовала его запах – дорогой парфюм, древесные ноты, что-то пряное и морозное одновременно. Он оказался выше, чем я думала. Мне пришлось поднять голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

– Вы забыли, – тихо сказал он.

Я моргнула.

– Что?

Он протянул руку. На его ладони лежала моя заколка для волос. Та самая, лаконичная, из чёрненого серебра, которую я купила в прошлом году в Милане. Я даже не заметила, как она выпала.

– Спасибо, – выдохнула я, забирая заколку.

Наши пальцы соприкоснулись.

Это было лёгкое касание. Доля секунды. Тысячная доля секунды. Но я почувствовала всё. Электричество ударило от его пальцев к моим, пробежало по руке, взорвалось в плече, в шее, в затылке. Ярко. Больно. Сладко.

Свечи за моей спиной вспыхнули.

Все разом. Ярко-ярко, как маленькие солнца. А потом погасли.

В баре стало темно. Только тусклый свет с улицы пробивался сквозь занавески.

Я замерла. Он замер. В темноте я не видела его лица, но слышала дыхание – ровное, спокойное. И своё собственное – сбитое, паническое.

– Интересный у вас бар, – сказал он в темноту. Голос звучал абсолютно невозмутимо. – Свет иногда отключается?

– Часто, – ответила Ясна откуда-то из глубины. Я слышала, как она чиркает зажигалкой. – Это часть концепции. Свечи создают интим.

Зажглась одна свеча. Вторая. Третья. Свет вернулся.

Я стояла в двух шагах от Дамира и смотрела на него. Он смотрел на меня. В его глазах не было испуга. Не было удивления. Там было что-то… торжествующее. Как будто он только что получил подтверждение чему-то, во что давно хотел поверить.

– Спокойной ночи, Вета, – сказал он.

Я вылетела на улицу, не попрощавшись.

***

Ночь была морозной и звёздной.

Я бежала по Пятницкой, стуча каблуками по замёрзшему асфальту, и мой мозг лихорадочно перебирал варианты. Это случайность. Просто совпадение. Свечи могли погаснуть сами. Старое здание, сквозняки, старая проводка. В конце концов, это же бар, там тысячи свечей, они часто гаснут.

Но я знала правду.

Они вспыхнули от моего прикосновения к нему. От миллисекунды контакта с его кожей. И погасли, потому что я испугалась. Потому что эмоции выплеснулись наружу, и я не смогла их сдержать.

Я остановилась у машины, прислонилась лбом к холодному стеклу двери.

Глупая. Какая же я глупая.

Машина пискнула, открываясь. Я села внутрь, включила двигатель, включила печку на полную. Руки дрожали. Я стянула перчатки и посмотрела на свои пальцы. Они светились. В темноте салона это было видно отчётливо – тонкое голубоватое сияние, пульсирующее в такт сердцу.

– Прекрати, – прошептала я. – Прекрати сейчас же.

Свечение не прекращалось.

Я закрыла глаза и начала дышать. Глубокий вдох. Задержка. Медленный выдох. Бабушка учила меня этому с детства: «Воздух – твоя стихия, Вета. Воздух течёт сквозь тебя. Если ты паникуешь, воздух паникует вместе с тобой. Успокой воздух внутри – успокоишься сама».

Вдох. Задержка. Выдох.

Вдох. Задержка. Выдох.

Когда я открыла глаза, пальцы больше не светились. Только чуть покалывало кончики – память о случившемся.