Ваня Мордорский – Моя попытка прожить жизнь Бессмертного Даоса II (страница 3)
[Седьмой меридиан очищен на 3%]
Да, пришлось половину запаса Ци оставить в себе, чтобы иметь на случай столкновения с кем-то. Всё-таки даже на управление четками тратилась Ци.
Придя в себя, я, как обычно, обнаружил грязь на теле. Неизбежность очистки меридиан. Благо, рядом была речка.
Ополоснувшись, двинулся вперед. Хоть во время очищения я уставал, но не настолько, чтобы останавливаться. Сидеть на одном месте было нельзя.
Неожиданностью стала птица. Она буквально свалилась прямо на меня, больно стукнувшись об голову. Сначала я подумал, что снова проклятье Хотея сработало. Но… Птица была живая, и еще трепыхалась.
К ней тут же кинулась Хрули, оскалив зубки.
— Стой! — остановил я ее.
Птица была явно хищная, но небольшая. Ястреб, что-ли? Никогда не разбирался в этих пернатых.
— Можно я съем? — запрыгала вокруг него лиса.
Ястреб, — а это был он, — только разевал пасть и пятился.
— Нельзя, Хрули.
— А-ха-ха-ха! — раздалось с того берега, — Человек запрещает тебе есть. И ты говоришь, что ты свободная лиса⁈ Ты — питомец!
Хрули на меня укоризненно посмотрела.
«Ты чего, смертный? Отдай лисе птичку. Ей же хочется».
«Зажарить?»
«А?»
Ну вы же со стариком говорили, что я могу лечить своей Ци. А у птицы вон, одно крыло переломано или перебито. Почему бы не попробовать начать лечить именно с нее?
«Вообще-то, речь шла о людях».
«Ну… Я вообще не знаю… Но животных-то зачем лечить?»
«Разумно», — признал Ли Бо.
Лиса продолжала выжидательно смотреть на меня, думая, что я ей брошу птичку.
Попытка ее схватить, естественно, провалилась — мне бы просто разодрали руки острыми когтями и клювом.
— Ладно, — мелькнула мысль, — раз не хочешь лечиться по-хорошему, будет по-плохому.
В воздухе взмыла бусинка четок и ударила в темечко птицы. Та вырубилась моментально.
«А ты точно лечить ее собрался?»
«Хороший ты лекарь, я б к такому не пошел».
Что ж, через секунду я сел в позу лотоса — так было удобнее. А между ног положил птицу, «вырубленную» святыми четками.
— Так… И что дальше делать?
— Съесть? — предложила Хрули, облизываясь.
— Нет, Хрули, эту птицу трогать нельзя.
«Выбросить?»
«Не знаешь ты цены вещам», — цокнул невидимым языком Ли Бо.
— Почему нельзя съесть? — настойчиво спросила лиса.
— Потому что я ее лечить собираюсь.
— Лечить? — переспросила Хрули.
— Именно.
«Я откуда знаю — я что, лекарь?»
«Не пьяница, а ценитель прекрасного вина….и женщин. Разница колоссальная».
«Этот бессмертный пьяница может обидеться».
Я осторожно прощупал крыло птицы. Оно было буквально разорвано. С таким летать ей больше…никогда. Такое само по себе не срастается. Разве что будь она духовным зверем — то да.
Направив Ци в глаза я узнал…ничего… Нейросеть не показала даже повреждения птицы.
Ладно, попробуем направить немного. Ведь моя Ци лечит, так?
«Только немного», — неожиданно предупредил меня Ли Бо. — «Большое количество чистой Ци обычное существо может и не выдержать».
«Ну, это я за знания даже не считаю», — хвастливо ответил поэт.
Отрешившись от всего вокруг, я впал почти что в состояние медитации. Энергия Ци вокруг начала ощущаться очень ясно. Как и та, что внутри меня. И именно ту, что внутри меня — очищенную, я и должен был использовать на птице.
Выделив каплю Ци, — я ее не столько видел, сколько ощущал, — я направил её взъерепенившейся птице в брюшко.
«Ну че встал как столб — мало просто дать Ци птице, надо направить эту Ци в поврежденное место. Что она, по-твоему, сама направит Ци и вылечит себя? Лекарь, тьфу! Из-за таких вот лекарей Практики и дохнут как мухи».
«А что, птичку не жалко? Праведник ты, или кто?»
«Не помню такого».
Я фыркнул и сделал, как сказал Бессмертный.