Ваня Мордорский – Моя попытка прожить жизнь Бессмертного Даоса I (страница 17)
Через пару мгновений я уже трясся в телеге.
«Не могу вспомнить… Но запах странный и… Знакомый…» — задумавшийся Бессмертный явно погрузился в глубины своей памяти, пытаясь отыскать там воспоминания о том, где же он уже встречал подобный запах.
Старик похлопал по месту рядом с собой, предлагая сесть там.
— Не… Я пока тут посижу, ноги отваливаются, — отказался я от предложения.
— Как знаешь.
Я еще раз взглянул на старика.
— Еще раз спасибо, добрый старец, за помощь. — Тот хмыкнул, — Благослови тебя Дао.
Неожиданно он закряхтел, побледнел и схватился за сердце.
— С вами всё хорошо?
— Да…да… — Пробормотал он. — Сердечко старое.
«И черное», — добавил Бессмертный.
«С гнильцой. Прям ощущается. Видишь, как от благословения Дао его покорежило? Плохой знак».
Ли Бо промолчал.
Я же, кроме легкого беспокойства, ничего не ощущал. Еще раз что-ли его благословить? Или это работает единожды?
— А куда вы направляетесь? — спросил старика.
— Так это… Домой.
— В деревню какую? — уточнил я.
— Да нет. Я живу среди холмов Святости. Тут меньше часа пути. Раньше там жили святые отшельники. Теперь это заброшенные места.
Дело, похоже, дрянь. Меня везут в какие-то заброшенные места. Тут, правда, всё вокруг заброшенное и сплошные пустыри, но всё же.
— А ездили куда, если не секрет? — продолжил любопытствовать я.
— Дак торговать.
Я посмотрел на дно телеги, где не то что рисинки или овощинки не завалялось, а вообще ничего — она даже не пахла ничем, кроме дерева. Этой телегой как будто вообще не пользовались для перевозок.
— А что продавали?
— Да всего помаленьку, что насобирал, навыращивал этими вот руками.
Он поднял их, демонстрируя скрюченные пальцы.
— Много такими не навыращиваешь. Больше собираю по холмам всяких растеньиц, трав, кореньев. Один раз даже корень женьшеня нашел.
— В самом деле?
— Конечно. А ты сам-то куда направляешься?
— Да вот, просто вперед. Ушел из родных мест, ищу крупных городов, в секту хочу большую попасть, — ответил правду я.
Неожиданно прогремевший где-то сзади гром заставил обернуться и меня, и старика.
— Вот дерьмо, — выдохнул он. — Неужели ливень?
Да, позади нас, пока еще вдали, по всему небосводу собирались мощные тучи закрывая солнце и превращая день в ночь. Старик и его кляча тут же прибавили ходу.
Нет, в принципе, после такой жары подставить себя под струи дождя — самое оно, вот только позади начали сверкать молнии. Всегда удивляло, как словно из ниоткуда может взяться гроза.
— Итак, — продолжил он разговор, уже заметно нервничая, — значит, в город хочешь? Да, все молодые хотят уйти в город, в деревнях остаются одни старики, ну а секта — для этого способности надо иметь, а у тебя способности есть?
«Я узнал его запах».
«Ты попал».
В животе всё перевернулось.
«Это запах демона».
Старик повернул ко мне голову и его взгляд не сулил ничего хорошего.
Глава 7
Итак, старик — демон. Неприятненькая новость. А сзади еще и ливень с грозой подпирает.
Приехали. Картина маслом.
Вспышки молнии заставили старика поморщиться, а грохот грома — вздрогнуть.
Что я знал о демонах? Да почти ничего, кроме того, что это мерзкие твари, способные с помощью различных ухищрений принимать человеческое обличье. И еще обладающие темными силами. И знать, какая тварь скрывалась за маской старика, мне совсем не хотелось. Пусть лучше остается старым тружеником-крестьянином.
— Так ты не ответил, — раздался голос старика. — А способности-то у тебя есть?
— Надеюсь, что есть, — уклончиво ответил я. — Там, в секте, и узнаю, когда доеду.
— Если доедешь… — почти неслышно прошипел дед.
«Нет, не послышалось».
Я сглотнул.
— Кстати, а что это у тебя за горшок в руке?
— Это кувшин.
— Не важно.
«Еще как важно, демон проклятый!»
Помолчи!
— Он какой-то…неказистый — зачем такой с собой носить?
— Эм… Так уж вышло, что это дар, от которого я не могу избавиться, — сказал я правду.
— Ясно… Я подумал, что это горшок, в котором прах перевозят. Видал я таких. Потом правда они присоединялись к тому праху.
Я сглотнул.
— Боюсь, в этом кувшине бывало только вино. Никакого праха.
А дальше…. Дальше старик начал рассказывать какие-то невнятные истории про своих внуков, которые давно отселились, и случаи из своей жизни. А позади громыхал гром и сверкали молнии. С каждой минутой гроза приближалась всё больше.