Ваня Мордорский – Моя попытка прожить жизнь Бессмертного Даоса I (страница 16)
«Слушай», — вдруг спросил Ли Бо, доселе молчавший и не прерывавший мою мантру, — «а как ты дошел до жизни такой?»
«Ну, как ты вступил на путь Праведности. Признайся, ты это…»
«Не способен осчастливить женщину, да? Поэтому решил уйти в обеты, да? Черенок не поднимается? Стручок усох и рассыпался? В твоих чреслах нет жизни, да?»
Я тяжело вздохнул. Нет, он точно безнадежен.
«Или это несчастная любовь?»
«Но должны же быть причины!»
На этом он перестал допытываться причин моей Праведности.
Постепенно я всё-таки вернулся на дорогу, вдоль которой шел. От тракта я был уже очень далеко, кругом всё проглядывалось, никаких культиваторов. Их не ощущал ни Ли Бо, ни нейросеть. Так что я расслабился.
Даже монологи Бессмертного, который почему-то ударился в размышления о классовом неравенстве, не раздражали, а приятно дополняли мои мантры.
«Так постановило Небо», — завершал он свою речь, — «каждый имеет возможность стать чем-то большим, чем просто смертным, нужно просто иметь смелость следовать этому сложному пути. Те, кто слаб, будут подчиняться своей судьбе. Те, кто силен…может, даже станут Бессмертными. Как я. Я ведь не всегда был Бессмертным…»
«Когда-то», — продолжил он, не реагируя на мою реплику, — «давным-давно, я был обычным практиком, ищущим силы и лучшей жизни».
«Выпивка без девок — пустое занятие, одно без другого неполноценно. Лишь вместе они обретают чарующую прелесть».
«Давай-давай, смейся! Меня твои слова не задевают, потому что я, по крайней мере, не умру, как ты».
«Кувшином!»
«Я живее всех живых!»
Повисло молчание, но недолгое. Бессмертный не мог не говорить.
«Какие у нас дальше планы?»
«Что ж, план хороший», — вдруг довольно произнес Ли Бо, — «впервые ты озвучил дельную мысль. Лучше затеряться среди сотен других практиков, и там, где тебя смогут защитить Старшие».
Мысленно я представил его словно старого седого мастера из старых гонконгских фильмов, который довольно потирает свои длинные усы. Это было даже немного забавно.
«Чего лыбишься, как идиот?» — словно с прищуром спросил Ли Бо.
«И что смешного ты там себе представил⁈»
«А ну выкладывай! Да когда я был в человеческом теле, все женщины бегали за мной, где бы я ни останавливался!»
«А как же, длинные, красивые…эм…»
«Какие, к демонам, седые⁈ Мои усы были чернющие, как смоль. Моя гордость».
Невольно вспомнилась сцена из одного фильма, где герой красил свои усы. В радикальный черный цвет.
«Кто-то едет…» — вдруг сказал Бессмертный прервав мои воспоминания.
Я резко обернулся. Ли Бо был абсолютно прав. Сзади кто-то ехал. Пока что это был лишь силуэт на дороге, но с каждым мгновением он неумолимо приближался.
«Всего лишь старик», — констатировал кувшин.
Однако беспокойство меня не покидало. К нам приближалась старая деревянная телега, и теперь ее уже было слышно. Она скрипела, тарахтела, запряженная худющей клячей, а управлял ею такой же дряхлый, как и его лошадь, старик, похожий на сморщенную сушеную курагу. На голове его была широкая соломенная шляпа. И это было не лишним, так как был полдень и солнце здорово так напекало.
Вскоре он поравнялся со мной, и внутреннее беспокойство во мне лишь усилилось.
«Он какой-то странный…» — поделился своими подозрениями Бессмертный.
«Пока сказать не могу».
И нейросеть молчала, не говоря ни о какой опасности.
Лицо старика лениво повернулось в мою сторону.
Ну, самый обычный древний крестьянин с виду. Ничего особенного. Дублёное-передублёное ветрами и непогодой лицо, длинные кустистые брови, редкие волосы и подслеповатые глаза.
[Нет. Он что-то другое, но для подробного анализа нужно попытаться прощупать его энергоструктуры, но, судя по остаточным следам энергии, это может вызвать его гнев и неконтролируемые последствия. Предположительная реакция на такое действие — мгновенная атака на вас]
— Не подвезти, парень?
Я застыл. Бежать? Как-то глупо. Старик вроде как не опасен, но нейросеть говорит, что он может напасть, если пытаться его просканировать.
Уважаемый Ли Бо, вы можете сказать, в чем опасность конкретного старика для меня?
«Пока нет. Надо принюхаться. А для этого ты должен подойти к нему. Поближе. Не бойся».
— Парень? — еще раз окликнул меня старик, — Чего на солнце-то печься, вон, полезай в телегу — моя кляча хоть старая, но двоих нас вывезет. Места тут…пыльные…сухие… Лучше долго тут не находиться.
— Что ж, — признал я, глядя на пыльную бесконечную дорогу и припекавшее солнце. — От вашего предложения невозможно отказаться.
Я еще пару раз взглянул на невозмутимого старика, но никаких внешне подозрительных признаков не обнаружил.
Ладно, — решил я, —