Ваня Мордорский – Мастер Трав. Том 5 (страница 49)

Через время мох чуть засветился. Не сильно, можно было даже и не заметить, если не смотреть так внимательно, как я. По его поверхности пробежала едва заметная рябь, а потом отдельные участки начали мягко пульсировать, испуская бледное голубоватое сияние. Мох резко начал впитывать энергетику этого места.

Я замер, боясь спугнуть. Однако когда сияние чуть потускнело и пульсация прошла, я прикоснулся к нему Даром. И я ощутил… счастье? Нет, не совсем, скорее удовлетворение — чувство растения, нашедшего своё место. Даже на реке у Янтарного он не ощущал себя так хорошо.

— Вот как… — задумчиво произнес я.

Это место ускоряло его рост и не просто подходило, а идеально соответствовало его природе. Водная жива питала мох так, как обычная вода никогда не смогла бы.

Весь принесенный мох я выложил на три камня и, скорее всего, он приживется тут.

Теперь очередь остальных растений.

Я прошёлся по дну, выискивая подходящие места. Овраг был длиннее, чем казалось сверху, и в нескольких местах справа и слева от родника имелись достаточные под засаживание участки земли. По стенами, усыпанным криссталичеким лишайником перепархивали крошечные сверкающие насекомые и перелетали с одной стороны на другую. Видимо в лишайнике им жилось хорошо.

Первый подходящий участок нашелся у самого узкого места оврага, где стены почти смыкались. Тут была тень, влага и защита от ветра — идеальное сочетание для восстанавливающей травы. Кроме… кроме света. Конечно, я это понимал, но увы — из света тут только то, что дает кристаллический лишайник и всё.

Я сделал лопаткой нужной глубины ямки, достал два кустика и аккуратно высадил их, а после прикоснулся Даром. Странное ощущение, растения чувствовали себя… иначе — не так, как в моём саду. Здесь была другая энергия, другой ритм.

Но ничего, судя по тому, что я улавливал, им тут нравилось.

Серебряную мяту я высадил чуть дальше, повыше по склону — там, где было больше света. Проверил Даром, дал живы и, убедившись, что всё в порядке, пошел дальше. Теперь я хотел чуть детальнее изучить этот родник.

Я подошёл к небольшой заводи, образовавшейся чуть в стороне от основного русла родника. Вода здесь была спокойной и настолько прозрачной, что я мог видеть каждый камешек на дне. Мелкие серебристые рыбешки совсем крохотные носились туда-сюда, но меня интересовали не они. Тут росли зеленые водоросли, которые я хотел проверить. Но погрузив руку в воду и прикоснувшись к ним, я не ощутил ничего особенного. Даже странно, что в таком месте они не изменились, а остались обычными. Глубина была достаточной, поэтому чтоб не намочить доспехи, я снял кожаную куртку и уже спокойнее погрузил руку чуть ниже.

И когда я случайно отодвинул густые водоросли чуть в сторону, то увидел кое-что необычное, скрывающееся за ними — тонкие нити, похожие на голубые волосы, мягко колыхались в воде. Они светились не так ярко, как родник, но достаточно заметно, если убрать в сторону обычные водоросли, мешающие обзору. Я залюбовался на это голубоватое сияние.

Присел на корточки и пригляделся. Это были водоросли, но не такие, как те, что я видел в реке — они были тоньше, изящнее, и от них исходил слабый холод. Без сомнений, они были изменены этим местом, и на них повлияла местная жива. Поэтому…

Я еще раз наклонился, погрузил руку в воду и прикоснулся к одному тоненькому волоску растения.

Анализ.

Знакомое покалывание в висках, за которым последовала короткая вспышка боли.

[Анализ объекта: Ледяная нить

Тип: Водное растение (редкое)

Среда обитания: Источники с высокой концентрацией водной живы

Свойства: Сильный жаропонижающий эффект. Стабилизирует температурный баланс при использовании в алхимических составах.]

Я медленно выдохнул.

Жаропонижающий компонент. Стабилизатор температурного баланса. Это мне нужно, очень нужно! Кровь саламандры давала мощный эффект, но вызывала жар. Помню, в описании говорилось, что жар может быть четыре-шесть часов. Но дело даже не только в этом — я уже знал, что основа рецепта комбинируется растениями по типам живы — быстрая-медленная. А тут у меня в руках полный антипод огненной крови саламандры. Возможно, если их правильно соединить, они будут уравновешивать друг друга. Или наоборот — вступят в конфликт при варке. Заранее никогда не знаешь.

Я стянул сапоги и снял штаны. Вода была ледяной настолько, что перехватило дыхание, но я заставил себя войти глубже. Изучив дно более детально, я обнаружил два места, где росли ледяные нити.

Я присел в роднике, погружаясь по грудь, прикоснулся к ближайшей нити Даром и сразу ощутил через него холод. Подключившись к растению, почувствовал как нить впитывала водную живу из родника и так же медленно росла. Интересно, простимулирует ли ее рост моя жива? Я влил немного и сразу ощутил отклик. Да, определенно простимулирует. Кучка нитей были связаны, поэтому когда я напитывал одну, то воздействовал сразу на всех. Я переместился ко второй куче и повторил.

Прежде чем выбраться, я аккуратно сорвал с десяток нитей и положил их на берег. Попытаться вырастить их дома всё равно стоило, даже если шансы были невелики. А ещё надо попробовать использовать в варке, чтобы понимать, нужны они мне вообще, или нет.

Выбравшись из воды я отряхнулся, вздохнул от холода и огляделся.

Овраг тянулся вглубь скал, извиваясь и сужаясь. Где-то здесь должен быть источник водной живы — то, что питало родник и заставляло всё вокруг светиться.

Грэм снял обувь и погрузил усталые ноги в холодную воду, явно наслаждаясь процессом. Седой пару раз прикоснулся к холодной воде и отпрянул — вот ему она точно не понравилась. Сверху за нами продолжали следить десятки янтарных глаз.

Я двинулся вдоль русла, прислушиваясь к живе. Она была везде: в воде, в камнях и в самом воздухе. Но где именно её источник?

Закрыл глаза и сосредоточился.

Жива текла… откуда-то снизу, глубоко под камнями. Я был уверен, что она тут есть, но… определить точное место не мог.

Ладно, есть у меня один симбионт, который хорошо ищет под землей. Я достал из корзины старшего корнечервя и выпустил в более менее мягкую почву у родника.

ИЩИ. ИСТОЧНИК. ЭНЕРГИИ.

Подкреплял все это образами, и этого хватило.

Корнечервь углубился в землю и начал копать, а я внимательно прислушивался к нашей связи. И довольно скоро понял, что особо тут корнечервю не развернуться: под слоем земли была сплошная скала и корнечервь банально не мог ее прогрызть. Так хуже того — почва была еще и не везде.

Печально.

Я вздохнул и уже хотел его отозвать, но вдруг понял, что корнечервь продолжает рыться, словно что-то учуял в земле. Я ему не приказывал больше, а дал свободу и он продолжил искать, перекапывая землю. И наконец-то он что-то нашел, что-то небольшое.

Через полминуты он вынырнул возле моих ног, держа в пасти… небольшой камешек?

Я осторожно забрал его и присмотрелся. Корнечервь умное существо, оно никогда ничего бесполезного не притаскивало. Если он принес этот камешек — значит, он не простой. Да это не камень, это семя! Я ощупал овальное, с фалангу пальца семя с твердой как камень серой поверхностью. Оно будто в прямом смысле окаменело.

Я намочил его в воде, смыв грязь, и только после этого на нем проступили едва заметные прожилки, теперь никаких сомнений не было. Ладно, несколько применений Анализа у меня сегодня еще есть.

[Анализ объекта: Невозможен

Причина: Объект законсервирован. Жизненные процессы полностью остановлены.

Рекомендация: Требуется пробуждение для восстановления активности и проведения Анализа.]

Я повертел семя в пальцах. С подобным я еще не сталкивался. Мертвые семена — да, их я умел пробуждать. Но это… это было другое. Не мертвое, а именно законсервированное. Словно кто-то специально «нажал на паузу» и остановил время для этого крошечного зародыша.

— Что там? — спросил Грэм и, отряхнув ноги от воды, ступил на твердую поверхность.

— Нашёл кое-что странное. Окаменевшее семя.

Грэм подошел ко мне.

— Покажи.

Я повертел семя в пальцах.

— Никогда такого не видел. — честно сказал он.

А я кивнул. Еще бы.

— А как вообще такое место в лесу могло появиться? — спросил я глядя на каменные стены оврага.

Грэм посерьезнел.

— Старые охотники говорили… — он замолчал, собираясь с мыслями. — Есть мнение, что такие места в лесу образовались вследствие того, что здесь когда-то проходили корни Древа Живы — выходили на поверхность. И когда они исчезли, то остались вот такие места, где они уходили обратно вглубь.

Я посмотрел на Хрустальный Лог новым взглядом: извилистый, длинный овраг между скал, стены, покрытые кристальным лишайником и родник с водной живой.

И правда, если представить, что когда-то здесь пролегал гигантский корень, то всё как будто вставало на свои места, а источник водной живы был каким-то остаточным воздействием живы Древа.

— Думаешь, это возможно?

Грэм пожал плечами.

— Кто знает? Древа огромны. Их корни уходят глубоко и далеко во все стороны. Почему бы одному из них не выйти здесь когда-то?

Я кивнул, а сам вернулся к ледяной нити и вместе с окаменевшим семенем положил ее в корзину. Оставалась вода. Ее проанализировать я тоже хотел, уж она-то тут точно непростая.

[Анализ объекта: Вода из источника водной живы

Свойства: Повышенная чистота. Частицы водной живы. Естественный стабилизатор алхимических реакций.