Ванда Леваниди – Ангел с человеческим сердцем (страница 14)
«Надо же, совсем не помню, как уснула… Кажется, такое состояние называется эмоциональной перегрузкой…» Я не спешила вставать и пролежала в кровати до девяти, дольше было уже невозможно – съедали мысли. Наспех оделась и помчалась на кухню. На холодильнике красовалась короткая записка: « Лорен – 15 раз. Тебе не стыдно? Люблю тебя. Мама». «Вот теперь признаю – вела себя глупо». Улыбнулась, кинула записку на стол, и набрала подругу. Ее сонный голос вывел меня из воспоминаний о злополучном ужине в ресторане: – Лорен, это Элизабет… – О, Боги!!! – с сарказмом промычала подруга. Мне вдруг жутко захотелось ее увидеть. – Приходи, – коротко сказала я. – Через час буду. Пока ждала – умылась и привела в порядок волосы. Кофе окончательно растормошил, и внутри снова разбушевался ураган мыслей. …Лорен была неотразима в джинсовом комбинезоне с коротенькими шортами поверх белой блузки. Вошла и встала возле двери: – Ты как неродная! – бросила ей, улыбнувшись, и мы накинулись друг на друга. Подруга поплыла своей лебединой походкой на кухню, пока я закрывала дверь. Из кухни донесся ее голос: – Знала бы, что на этот шаг тебя подтолкнула Мэри, не пришла бы… Когда вошла, увидела ее, с победным выражением лица, держащую мамину записку, как флаг в руках. – Садись, давай! – проигнорировала ее трофей, и она послушно села, – …Мне нужно было время. Выпили по чашке кофе, и невозможно было не почувствовать, как забулькало в животе от такого количества жидкости. «Два стакана кофе сразу – это уже перебор!» – жаловался мой неугомонный желудок. Решила добыть еще информации для моего и без того перенасыщенного мозга. – О чем говорил Ник, тогда в ресторане? Что значит «хорошо, что вернулась в этот раз»? – Ты один раз уже не вернулась… – поучительным тоном произнесла она. Вопросительно смотрела на нее, подняв одну бровь. – Мы сидели в кафе после аттракционов… Ты вышла подышать воздухом и… не вернулась обратно. Когда толпой пришли к твоей маме, сказать, что тебя нет, думали она с ума сойдет. На ней лица не было, пока не убедилась, что ты уютно посапываешь в СВОЕЙ ПОСТЕЛЬКЕ! Последние слова были сказаны с сильным ударением, что я, и без того ошеломленная таким заявлением, почувствовала себя последней эгоисткой. – И такое исполняла?! – я была просто в недоумении и не могла найти себе никакого оправдания. – Делала-делала… – подначивала подруга и, шумно глотнув кофе, со знанием дела посмотрела мне в глаза. – Ну и номер. конечно… А что еще такого делала, что ни в какие рамки не лезет? – спросила свою болтушку, в надежде выведать нужную мне информацию. – Еще не время говорить… Или время? – странно заглянув мне в глаза, спросила подруга. Ничего не понимая, переспросила: – В каком смысле? – Ну ладно… – ожидаемо быстро согласилась она, – …Звучит, конечно, бредово, но ты просила передать тебе слово в слово, когда я почувствую, что ты готова… – Передать что? Не тяни, Лорен! – ерзала я на стуле в нетерпении. – Что все, что ты подозреваешь – правда… Я не помню точно слов и не знаю, о чем речь, но такое ощущение, что ты знала, что ударишься головой… – она захихикала, а я подыграла ей, хотя смеяться – это первое, чего мне хотелось меньше всего. Нужно было срочно остаться одной, чтоб все обдумать как следует, но выставить подругу за дверь я не могла. Поэтому допив кофе, мы переместились на диванчик в зал и уже там продолжили непринужденную беседу ни о чем. От количества «съеденной» информации мой мозг закипал, а глаза закрывались. Вроде бы моргнула но, открыв глаза, удивилась царящей вокруг тишине и отсутствию Лорен. Не понимая, что происходит, я даже отправилась искать ее по дому. На экране телефона мигало новое смс: «Спи, Элизабет, тебе нужен отдых. Я тебя люблю». Стало бесконечно стыдно, что так бесконтрольно отключилась в присутствии подруги, и я перезвонила ей, чтобы извиниться. Поговорив с Лорен, улеглась на ковре в гостиной и на всякий случай взяла ручку и блокнот. В том, что здесь замешана какая-то потусторонняя сила, теперь уже была уверена на сто процентов. Мысли доедали остатки моего терпения – нужен был анализ всей информации, накопившейся со вчерашнего дня. Так сказать, разжевать и отдать мозгу на обработку, иначе он угрожал не справиться с таким ее количеством. Разделив лист на две колонки, в правую вписала вопросы, а в левую – комментарии и информацию, которой владела.
1. Кто такой Роберт? 2. Как я на самом деле потеряла память? 3. Что было в день, когда я якобы ушла из кафе, никому ничего не сказав? – прежде всего – друг. – он оказался рядом, когда его никто не звал, и помог маме открыть дверь в мою комнату. – через него я услышала диалог, в котором он же и участвовал, защищая меня от Тех, кто, по его мнению, на меня «давил». 4. Почему я просила Лорен передать мне такое загадочное послание? 5. Какой информацией я владела, что Они пошли на такие меры? – я знала, что потеряю память или… мне ее сотрут (предположение).
6. Кто они?
Закончив, отложила блокнот.
«Вопросов однозначно больше, чем ответов. Да… Не густо… Но ведь и не пусто…»
Приготовила ужин и села у телевизора, в ожидании мамы. В руках был тот же блокнот, в который, под диктовку Лорен, добавила свое послание в будущее, созданное два месяца назад.
«Искать что? Почему я хотела, чтоб она мне его предъявила через два месяца, а не раньше или позже? Может, чтоб накопилось больше сомнений внутри? Снова одни догадки…»
В голове постепенно прорисовывалась картинка, хотя пазлов однозначно не хватало. Приведя мысли в порядок, вырвала лист с записями из блокнота и выбросила его в урну. Хлопнула входная дверь, подгоняя меня в коридор встречать маму.
Глава 6. Звонок из прошлого
…Вечер прошел спокойно. Обсудили с Мэри предстоящий день и распланировали его детально. Мне нужны были обновки, и она тоже решила прикупить себе пару-тройку вещей за компанию, поэтому на утро наметили поход по магазинам.
После поднялась к себе и, немного посидев «в обнимку» с учебниками, улеглась в кровать. Сон не шел, мысли об одном и том же надоели, хоть и не переставали интересовать.
«До разгадки еще очень далеко и этот факт сильно выводит из себя…»
Едва проникла в мир грез, меня жестоким образом вернул в реальность странный шум. Дернулась, и стала прислушиваться, не открывая глаз. Кто-то был в моей комнате и этот кто-то понял, что я не сплю. Сжалась в комок и от страха невольно шепнула:
– О Боже….
– Не бойся… Не хотел тебя напугать. Прости!
Затем послышался
легкий прыжок, прикосновение обуви к подоконнику и толчок.
Открыла глаза, и была почти уверена, что мне все привиделось, но его голос звенел в ушах, а штора все еще колыхалась. И это в безветренную погоду…
«Господи, это же второй этаж!!!»
Вскочила и подбежала к окну – внизу никого не было.
Голос однозначно мне незнаком, но то, что этот человек был грабителем – маловероятно. Иначе это смешно: он пришел за добычей, а тут лежу я такая, и злые помыслы неудачного грабителя вдруг ослабевают под напором его совести и превращаются в сосущую необходимость принести свои извинения и прыгнуть со второго этажа… Что он и сделал, и не разбился…
«Почему он меня не тронул и зачем тогда приходил?»
Раздражало и выводило из себя, что вопросов становилось все больше, а ответы на них я была не в состоянии найти в своей голове.
Закрыла окно, легла обратно, накрылась одеялом с головой и заплакала от безысходности и обиды.
***
Семь утра… Ни свет, ни заря, а я уже на ногах.
«Значит это судьба, и нужно нераскрытые кулинарные таланты воплотить в жизнь…»
Дала себе слово, что сегодня забивать себе голову проблемами не буду. Мама взяла выходной, и день предстоял наполненным приятными событиями.
Поторопилась в душ, а после на кухню, воплощать задуманное. Достав из холодильника продукты, принялась за дело, напевая себе что-то под нос. Спустя полчаса вошла мама и попросила набрать номер Нотеллы, пока принесет свою расчетную тетрадь.
– Еще вчера вечером пообещала продиктовать итоги проданного за день товара и забыла! – причитала она.
Даже не глядя, я принялась одной рукой набирать на стационарном телефоне уже впечатавшийся в память номер, а другой переворачивать подрумянившуюся рыбу.
От неожиданности выронила из рук лопаточку. В телефоне раздался мой собственный голос – видимо разговор был сохранен.
Выключила огонь под недожаренной рыбой и застыла, слушая запись нашего с Лорен разговора.
Вошла мама.
– Элизабет? Что случилось? – она испуганно смотрела мне в глаза.
Я взяла себя в руки и нашлась с ответом:
– Не туда попала, а трубку взял какой-то… неадекватный.
Мама улыбнулась:
– Давай я сама.
Я сбросила и отдала маме телефон. Сколько же усилий потребовалось, чтобы вести себя спокойно и не сорваться до конца завтрака наверх, чтобы еще раз прослушать недослушанную запись.
Сославшись на то, что иду собираться к поездке, незаметно взяла со стола телефон и направилась наверх. Сердце выпрыгивало из груди. В нетерпении включила запись еще на лестнице, и встала как вкопанная.