Вальтер Скотт – Наполеоновские войны: что, если?.. (страница 21)

Тем временем Наполеон отправил Даву послание, в котором ознакомил его с общим планом действий и дал указание по возможности не вводить в сражение одну из дивизий многочисленного III корпуса. Приведя свою армию в движение, он отправился инспектировать фортификационные сооружения, встречаться с командирами корпусов и принимать восторженные приветствия батальонов Массены, переправлявшихся через бурный Дунай. «Через месяц мы будем в Вене», – заверил он солдат[29].

5 апреля в 2 часа ночи эти солдаты и их император двинулись ускоренным маршем на Нюрнберг.

Битва при Аллерсберге

В субботу 8 апреля рассвет, по словам одного ветерана, был «тоскливым, холодным и дождливым». Для австрийских солдат V корпуса эрцгерцога Людвига это означало еще один малоприятный дневной переход под моросящим дождем в направлении Аллерсберга, а затем – на северо-запад, к Нюрнбергу. Они надеялись, что либо в деревне, либо в городе им все же удастся отдохнуть хотя бы с минимальными удобствами. Однако когда передовые части корпуса, которыми оказались подразделения Кинмайерского гусарского полка, проходили через Аллерсберг, то на холмах к югу от деревни они заметили французскую легкую кавалерию. Батарея конной артиллерии австрийцев открыла огонь по противнику, а гусары, быстро построившись в боевой порядок, погнались за слишком любопытными французами. Взобравшись на вершину ближайшего холма, австрийские всадники увидели колонны французской пехоты, которые спешно двигались по дороге из Гильпольтштейна. Это была передовая бригада корпуса Удино, которая 5 апреля выступила из Донауворта и ускоренным маршем двинулась по Вайссенбургской дороге. Вскоре австрийской пехоте пришлось вступить в довольно жаркий, хотя и малоуправляемый бой, который медленно разворачивался на поросших деревьями склонах холмов. По мере подхода новых подразделений французской пехоты Удино вводил их в сражение, которое развернулось на его правом фланге, расширяя цепь стрелков, которая все дальше и дальше уходила на восток. Людвиг и его советники поступали аналогичным образом. Поскольку около 5000 солдат и две батареи были оставлены на дорогах между Ноймарктом и Регенсбургом, V корпус располагал лишь 18 000 солдат, которые могли участвовать в этом сражении. Только этими силами могли воспользоваться австрийцы для того, чтобы сдержать горячих, хотя и неопытных французов. Битва закончилась бы ничем, если бы около трех часов дня на правом фланге Людвига внезапно не появился вюртембергский корпус дивизионного генерала Доминика Вандамма. К этому времени австрийский военачальник уже ввел в бой с Удино большинство своих войск, и его слабый правый фланг стал быстро разрушаться под внезапным натиском вюртембергцев. Пока начальник штаба V корпуса делал отчаянные попытки перебросить несколько батальонов на правый фланг, бригада легкой пехоты вюртембергского корпуса прорвалась в центре, угрожая разрезать корпус Людвига на две части. Когда на пересеченной лесистой местности подразделения V корпуса полностью утратили взаимодействие, отступление австрийцев быстро превратилось в паническое бегство. Лишь наступившая ночь и плохая координация действий Удино и Вандамма спасли V корпус от полного уничтожения. Потери австрийцев превысили 5 000 человек, а французов и вюртембергцев составляли не более 1200. Неожиданная атака вюртембергцев и последовавшее за ней беспорядочное отступление сломили моральный дух V корпуса, который в большом смятении отошел к Ноймаркту.

Битва при Аллерсберге оказала большое моральное воздействие на обе армии. Для французов и их германских союзников она стала еще одним подтверждением военного гения Наполеона и прелюдией к еще более крупным победам. Они ясно почувствовали, что инициатива перешла в их руки. Что касается войск Габсбургов, то они были глубоко потрясены поражением V корпуса и тем, что теперь Наполеон лично будет командовать армией, сражающейся с ними. Австрийцы, несомненно, были подавлены и сломлены, а ситуация начиная с 8 апреля стала все больше оборачиваться в пользу французов.

8 апреля, уже когда стало темнеть, на поле битвы прибыл Наполеон.

Проскакав вдоль строя ликующих вюртембергцев, он поздравил их, а также командира корпуса, а затем отправил их в сырую ночь продолжать преследование корпуса Людвига. Согласно его плану 9 апреля Вандамму надлежало завершить уничтожение V корпуса, а Удино должен был вместе с 3-й дивизией тяжелой кавалерии присоединиться к войскам Массены и 2-й дивизии тяжелой кавалерии, для того чтобы нанести удар по левому флангу главных сил Карла в районе Нюрнберга.

Решающее противостояние

8 апреля, когда Карл пытался сосредоточить силы своей армии для решительного удара, I и II австрийские корпуса в районе Нюрнберга периодически вступали в перестрелку с войсками Даву. Однако в течение этого дня, по мере того как сражения, развернувшиеся в районе Аллерсберга, приобретали все большую значимость, Карл направил в район Ноймаркта для поддержки Людвига сначала III корпус, а затем и два резервных корпуса. Поздно вечером, когда катастрофа, постигшая V корпус, уже не вызывала сомнений, эрцгерцог, в надежде восстановить контакт с чрезмерно растянувшимся левым флангом, приказал IV корпусу на рассвете выступить в южном направлении.

Эти распоряжения Карла оказали самое непосредственное воздействие на ход сражений, развернувшихся в окрестностях Нюрнберга 9 и 10 апреля. Во-первых, направив III корпус и два резервных корпуса на помощь разбитым войскам Людвига, командующий австрийской армией распылил свои силы, фактически исключив участие этих корпусов в предстоящей битве. Во-вторых, его распоряжения, отданные IV корпусу, привели к тому, что 9 апреля этому соединению пришлось вступить во встречный бой с наступающими силами французов. На самом деле австрийцам вполне мог бы сопутствовать успех, если бы они действовали по заранее подготовленному плану, выбрав для себя благоприятную позицию. Вместо этого они серьезно осложнили свое положение, не сумев избежать битвы с более подвижными силами французов, что требовало применения тактики расчлененного строя и высокой степени оперативной гибкости.

Таким образом, 13 000 солдат фельдмаршала-лейтенанта Франца Розенберга оказались в весьма затруднительном положении, когда 9 апреля, после полудня они лицом к лицу столкнулись с 17 000 солдат Удино. И все же австрийцы держались, пока авангард Массены не ударил по их правому флангу. Отброшенный назад, корпус нес тяжелые потери, отражая яростные атаки кирасирской дивизии Удино. Только благодаря самоотверженным контратакам гусар Винсента Шеволегерса и Стипшича, Розенбергу, уже под покровом темноты, удалось вывести из боя свои разбитые батальоны и отойти на север, где ему могли оказать поддержку I и II корпуса австрийской армии.

Наступила холодная ночь, во время которой продолжалась ружейная перестрелка. Наутро Наполеон приказал II и IV французским корпусам атаковать новые позиции австрийцев. Три корпуса Карла были развернуты восточнее Нюрнберга. Позиция австрийцев напоминала букву L. I корпус находился справа (к северу), II корпус располагался на самой вершине, а ослабленный IV корпус Розенберга занимал наиболее уязвимый левый фланг. Хотя атака французов развивалась достаточно медленно, их постоянно усиливавшийся натиск принуждал Карла неоднократно перебрасывать подразделения правого фланга для укрепления ослабевших сил Розенберга. Наполеон, находясь в расположении многочисленного корпуса ветеранов Даву, который практически не принимал участия в сражении, наблюдал за ходом битвы. Вскоре после полудня подразделения I Резервного корпуса австрийской армии, выполняя приказ Карла, начали появляться на дороге, ведущей из Альтдорфа. Удино был вынужден приостановить атаку на подразделения Розенберга, чтобы отразить эту новую угрозу. Хотя позиция австрийской армии оказалась не столь безнадежной, как рассчитывал Наполеон, он решил, что ждать больше нельзя, и ввел в бой две дивизии левого фланга Даву. Устремившись вперед под свинцовыми облаками апрельского неба, 21 000 превосходных солдат, входивших в состав дивизий генералов Шарля Морана и Луи Фриана, обрушились на поредевший строй I корпуса генерала кавалерии Генриха графа Бельгарда. Некоторое время австрийцы держались, но их положение было уже безнадежным. Вскоре их строй прогнулся и начал разрушаться. Тогда Даву бросил в бой 3-ю дивизию и 3000 «железных всадников» из состава 2-й дивизии тяжелой кавалерии II корпуса. Выдержать этот натиск австрийцам было уже не под силу, и их оборона рухнула. Когда сумерки сменились ночной мглой, дорога на Амберг была забита дезорганизованными толпами австрийцев, в панике бегущих на восток.

К счастью для Карла, III австрийский корпус под командованием фельдмаршала-лейтенанта Фридриха Франца Фюрста Гогенцоллерна-Гехингена подходил из Лаутерхофена. В течение последующих трех дней, вступая в яростные арьергардные схватки с противником, солдаты Гогенцоллерна храбро прикрывали отход разбитой армии (I, II, IV корпуса), которая следовала по дороге Лауфто – Амберг. В это же время V корпус и резервный корпус отходили по дороге Ноймаркт – Амберг, преследуемые Удино, Вандаммом и 3-й дивизией тяжелой кавалерии. Теперь Карлу было уже не до броска на Рейн. Чтобы спасти армию, он решил оказать сопротивление у Амберга. Эта местность была ему хорошо знакома, поскольку еще в 1796 году он одержал здесь одну из своих побед. Пребывая в отчаянии, он сообщал кайзеру: «Поскольку половины армии больше не существует, у меня нет другого выхода, кроме отступления в Богемию». Карл убеждал, что ради сохранения монархии необходимо как можно быстрее заключить мир[30].