О подвижники, существует и благородная истина о прекращении страдания. Это – высвобождение от жажды и полное искоренение страсти, что достигается оставлением их, отречением от них, отвращением к ним и забвением их [ради освобождения]».
Эта многовековая истина актуальна: одна из главных причин душевных страданий – наша склонность привязываться к предметам и людям. Нас повсюду окружают потенциальные «привязки», которые мешают жить, но с которыми мы почему-то ничего не делаем. Мы их не замечаем, поскольку наш мозг отчего-то не может – или не хочет – их замечать. Независимо от социального класса и принадлежности к какой-либо культуре, уровня интеллекта, мы все еще не можем понять и прочувствовать, что «ничто не длится вечно». Сколько раз вам хотелось остановить момент или вернуть то, чего уже нет, что давно ушло?
Если вы считаете какое-то желание, какую-то мечту или поставленную цель необходимыми, важнейшими или определяющими для своей психологической или эмоциональной жизни, скорее всего, вы изо всех сил стремитесь привязать себя к ним. Например, если вы зависите от оценки окружающих, будете делать все, чтобы понравиться людям, чужое одобрение заменит ваше «я», а кредо станет выглядеть так: «Я – то, что обо мне говорят», «Пусть меня другие оценят». Подобная зависимость заставляет жадно прислушиваться к чужим словам и отчаянно стремиться любой ценой сохранить высокую оценку, даже если придется унижаться и отказываться от собственных принципов. Быть в компании других приятно. Жить ради того, чтобы давать им удовлетворение, уже иррационально и просто вредно. Поэтому духовные учителя так часто говорят, что «привязанность разрушает»: она заставляет совершать поступки, которые противоречат самой нашей сути, с одной лишь целью – сохранить источник зависимости.
Страданий можно избежать – достаточно просто стать реалистом!
Прежде чем отправиться по дороге освобождения от привязанности, прочтите следующие пояснения.
– Что такое привязанность? Привязанность – это психическое и эмоциональное влечение (как правило, навязчивое) к предметам, людям, действиям, мыслям или чувствам, возникающее из иррационального убеждения, будто это влечение – единственный и постоянный источник удовольствия, безопасности или самореализации. Именно так – «постоянный» (нерушимый, вечный, неизменный, он будет всегда). Это убеждение заставляет человека поверить, что без такой близкой связи (можно сказать, сцепки) не получится быть счастливым, достичь жизненных целей или вообще нормально жить. Зависимого преследует навязчивая мысль: «Без привязанности я ничто», «Без привязанности я не смогу ни стать человеком, ни даже выжить». Жить с такой ношей просто невыносимо.
Итак, привязанность определяется не просто желанием, а неспособностью в определенный момент отказаться от желания. Следовательно, подобный отказ необходим, если связь негативно сказывается на психическом здоровье или самочувствии самого человека, мира и окружающих людей.
– Понятие привязанности есть во всех культурах? На Западе под «привязанностью» понимают в общих чертах проявление нежности к другому человеку. Для психологов привязанность – это определенный вид отношений между детьми и их родителями (иногда используется термин «аттачмент», или «эмоциональная связь»). В свою очередь, в восточных культурах привязанность считается основным источником страданий и особым видом зависимости. Например, буддисты говорят о базовом влечении, из которого рождается привязанность, таком как жажда, голод, жадность, самоопределение, низменная страсть, пылкое желание, слепая любовь (в языке пали базовое влечение называется танха, а на санскрите – тришна).
Если вы не можете жить без чего-то или кого-то, думаете, что жизнь имеет смысл только в рамках тех или иных отношений, испытываете потребность привязать себя к этой вещи или человеку, чтобы всегда быть рядом (на пали это называется упадана). Вам кажется, что «вы – то, чего вы желаете».
– К чему может возникнуть привязанность? Да почти ко всему. Вот далеко не полный список: к игре, человеку (родителям, детям, партнеру, друзьям), сексу, репутации, славе, одобрению, покупкам и моде, материальной собственности, еде, идеям и мыслям, работе, богатству, власти, контролю, добродетели, духовности, мобильному телефону, интернету, страданию, удобству, счастью, физической нагрузке, красоте, любви, успеху, тому, чтобы «не терять ни минуты», прошлому, традиции, авторитету. Продолжать можно до бесконечности. Психологическая зависимость не имеет ни границ, ни критериев. В современном обществе все усиливается потреблением, и многие привязанности, о которых мы будем говорить, считаются приемлемыми, поскольку отвечают определенным интересам (см. приложение).
– Желание – это тоже привязанность? Нет, желание и привязанность – это разные вещи. Спиноза говорил, что в желании «выражается сущность человека», а Аристотель считал, что без желаний человек был бы бесчувственным мыслящим автоматом. Желать, стремиться, интересоваться чем-то или кем-то – это совершенно нормально. Главное – чтобы желание не стало навязчивым, а вы были готовы потерять желаемое. Если вы не прочь иногда выкурить сигаретку, вы «социальный курильщик». Если у вас уходит три пачки в день, если вы прикуриваете одну сигарету от другой, если вас трясет, когда нельзя курить, – значит, табак завладел вашей жизнью. Совершенно нормально с удовольствием съесть кусочек торта. Но если вам нужен целый торт, если вы испытываете потребность есть еще и еще, у вас «привязанность к сладкому». Желание – акт соблазнения, привязанность – уступка соблазну. Берегитесь ее.
– Привязанность – это зависимость? Несомненно. Слово «зависимость» часто встречается в древних буддийских текстах. Действительно, когда Будда говорил о привязанности, он никогда не имел в виду «хобби», «увлечения», «невинные приятные занятия». «Привязанность» для него – сложная и опасная психологическая зависимость. Если считать ее болезненным видом отношения к желаниям, мы приблизимся к понятию «поведенческая зависимость» из клинической психологии. Для удобства читателя буду использовать термины «привязанность», «психологическая зависимость», «эмоциональная зависимость», «зависимость», «аддикция» как взаимозаменяемые синонимы, хотя с технической точки зрения между ними есть определенная разница.
Стоит произнести слово «зависимость», и у многих волосы встают дыбом, а специалисты бегут организовывать профилактические программы. Но почему-то, когда говорят о «привязанности», никто и пальцем не шевельнет – максимум скажут: «А, ну, это просто привязанность». Но не бывает «просто привязанности». Любая привязанность болезненно влияет на психическое здоровье. Например, преодолеть привязанность к «моде» (не классифицирована как зависимость) ничуть не легче, чем «компульсивный шопинг» (классифицирован как зависимость). Привязанность к «собственному телу» (не классифицирована) вредна не менее, чем зависимость от «физических упражнений» (классифицирована как зависимость). Привязанность к «власти и деньгам» (не классифицирована) столь же контрпродуктивна, как «трудоголизм» (классифицирован как зависимость). Что бы ни говорили различные эксперты, если вы к чему-либо или кому-либо привязаны (в том смысле, который вкладывают в это понятие буддисты и когнитивная психология), весьма вероятно, вы страдаете от некой не химической, а «поведенческой зависимости», пусть даже никто не поставил вам официальный диагноз.
Одна моя пациентка (назовем ее Жозефиной) страдала от привязанности к пластической хирургии. Ей было двадцать два года, она была единственным ребенком в очень обеспеченной семье. Пациентка обратилась ко мне за советом, как найти партнера, поскольку не видела вокруг себя «достойных» мужчин. До тринадцатилетнего возраста у нее были проблемы с лишним весом, но благодаря жесткой диете она заметно похудела. После у нее значительно повысилась самооценка, девушка стала вести активную социальную жизнь, встречаться с мальчиками. Когда Жозефине было семнадцать, она влюбилась в привлекательного молодого человека, который не переставая ей изменял. Безответная любовь привела к депрессии, и девушка вновь набрала почти сто килограммов. В какой-то момент врач предложил ей сделать бариатрическую операцию. Она согласилась, операция прошла успешно. В двадцать лет Жозефина была весьма привлекательной, многие восхищались ее красотой. На одной сессии она сказала: «Это самый счастливый момент в моей жизни. Наконец-то мной восхищаются, меня любят». Тогда в ее поведенческих схемах уже установилась перенасыщенная идея о красоте. Дни напролет она думала о внешности, внимательно разглядывала тело в поисках дефектов, посвящала четыре-пять часов в день физическим упражнениям, оценивала окружающих по степени некрасивости, боялась рано постареть, выказывала признаки анорексии и являлась частым клиентом клиник эстетической медицины. К тому же все больше и больше тратила денег на одежду, совершенно забросила учебу и отдалилась от родных. В ее рассказе я насчитал одиннадцать пластических операций за год – этого достаточно, чтобы счесть Жозефину «ненасытной пациенткой пластической хирургии». Этот технический термин означает привязанность/зависимость от пластической хирургии у тех, кто в силу когнитивного искажения считает необходимым постоянно улучшать внешний вид. Кроме того, она перепробовала множество видов нехирургической эстетической медицины, например термаж, ультратонотерапию и мезотерапию; три раза в неделю посещала салон красоты или спа-салон, а главной темой разговоров стала внешность. Это мешало общению с другими людьми, которые считали ее поверхностной, тщеславной и эгоцентричной.
