Вальтер Аваков – От лотка до молотка. Книга о торгах. История и практика проведения публичных торгов (страница 27)

Были и другие ситуации, когда без проведения торгов было невозможно корректно и бесконфликтно осуществить переход прав собственности на товар или имущество. Рассмотрим еще один пример.

Во все времена книга была носителем знаний. На протяжении нескольких тысячелетий других интеллектуальных развлечений, кроме книг и настольных игр, человечество еще не придумало. Не было ни радио, ни телевидения, ни Интернета. Поэтому умные и образованные люди читали и собирали книги: кто сколько мог в зависимости от социального статуса и финансового положения. В любом приличном доме были книги, точнее, любая семья, претендовавшая на понятие «приличной», должна была иметь их в своем доме. Книги были в домах дворян, купцов, чиновников, ремесленников и даже крестьян. В эпоху Ренессанса и далее Позднего Средневековья каждый человек старался иметь хоть одну, но свою собственную книгу. Именно тогда родилась поговорка, относимая к человеку, недостойному внимания и уважения: «Он же не прочел ни одной книги!» В богатых домах собирались целые библиотеки.

Короли, императоры, министры и просто богатые люди старались перещеголять друг друга своими собраниями книг. Собственная библиотека — это было покруче, чем собственная конюшня или собственная псарня! Кардинал и первый министр Франции Джулио Мазарини был большим книгочеем и страстным собирателем книг. Еще при жизни он собрал свою собственную библиотеку в 40 000 книг, которая после его смерти по его же завещанию была передана в дар французскому народу, т. е. стала первой государственной и публичной библиотекой. И любой француз мог воспользоваться любой книгой из библиотеки Мазарини, которая на сегодняшний день насчитывает более полумиллиона книг и является одной из самых больших в мире!

Во все времена собиратели книг считались высокими интеллектуалами тонкого ума и хорошего вкуса. Особую значимость книги приобрели в Средние века, когда Европа начала усиленно развиваться во всех областях искусства, науки и техники. Если раньше книги переписывались от руки и очень медленно, что ограничивало их тираж и скорость появления на свет, то с изобретением книгопечатания они стали выпускаться намного быстрее и несравнимо большими тиражами. Это дало толчок к развитию книжного рынка и позволило широким массам людей приобщиться к чтению и образованию! Книга из редкого экземпляра превратилась в пусть не совсем еще обычный, но все же товар. И, как любой товар, пользующийся высоким спросом, книги начали подделывать, т. е. недобросовестные печатники (то бишь издатели) начали допечатывать дополнительные тиражи книг без всякого разрешения авторов и, естественно, без уплаты им гонорара. Для примера: первый пиратский текст пьесы У. Шекспира «Гамлет» был напечатан еще в 1603 г. Непорядочные издатели появились сразу же, как появилось книгопечатание в промышленных масштабах, — эта проблема не нова! Она, как родовая травма, сопровождает книгоиздательский бизнес с момента его возникновения. Но мы сейчас не об этом.

Книжный аукцион

Нечистые на руку и охочие до быстрой наживы люди начали подделывать редкие или уникальные книги, за которыми охотились коллекционеры или честолюбивые дилетанты, т. е. мало в этом понимающие собиратели книг. Поначалу во всех городах Европы как грибы после дождя начали расти книжные лавки, в которых можно было купить много разных, в том числе и редких, книг. Но позже бизнес на антикварных книгах выделился в отдельное направление книжного рынка и начал потихоньку сливаться с рынком остальных редких и ценных артефактов: карт, глобусов, драконьих когтей, загадочных амулетов, привезенных с Востока, шкатулок с секретом, предметов, принадлежавших известным историческим личностям, и т. д. Вот именно здесь и развернулись аферисты и мошенники всех мастей.

Самым наглядным примером такого надувательства простаков была афера «паруса Колумба», которая приносила своим исполнителям барыши на протяжении целых двух столетий — XVI и XVII вв.! Суть ее была в следующем. Мало кто сейчас знает, что Колумб вернулся в Испанию после открытия Америки на корабле с парусами… из джинсовой ткани. (Это были еще не совсем еще те джинсы, которые сегодня ежедневно носит полмира.) Индейцы, которых повстречал Колумб, получали естественным путем индиго — стойкий природный краситель приятного небесно-синего цвета, который они гостеприимно преподнесли пришельцу из-за моря. Вот именно в эти цвета и были окрашены паруса Колумбова корабля «Нинья», когда он 15 марта 1493 г. бросил якорь в испанском порту.

Моряки, как и представители остальных профессий, связанных с риском и неизвестностью, — люди суеверные. В Средние века суеверия были распространены очень широко в силу поголовной безграмотности населения, и жизнь любого человека зависела от многих внешних причин, на которые он никак не мог повлиять: это болезни, голод, войны, неурожаи, разорение по прихоти феодала, нападение разбойников и т. д. Соответственно, люди как могли старались оберегать свою жизнь при помощи разных амулетов, «счастливых предметов» и прочей суеверной мишуры. Но с конца XV и до конца XVII в. в Европе начался бум новых географических открытий. Начало этому положил, конечно же, не Колумб, а португальцы задолго до него. Однако именно с его открытия Новой Индии (как тогда называлась открытая им Америка) как из рога изобилия на Европу посыпались удача и богатство — капитаны приходящих в Европу кораблей начали заваливать европейцев новыми и диковинными товарами (чай, кофе, сахар, какао), неимоверными богатствами (золото, серебро, драгоценные камни, редкие ткани), и на протяжении почти двух столетий чуть ли не ежегодно по европейским странам разносилась весть о том, что какой-то капитан или путешественник открыл новые земли или привез новые товары и тем самым сильно обогатился. Джинсовые паруса Колумба стали в Европе символом успеха и богатства. Каждый капитан, отправляясь в далекий путь по морю, надеялся открыть новые земли и разбогатеть. Этим и не преминули воспользоваться аферисты и мошенники, которые, как стало понятно нашим читателям, продавали каждому желающему «кусочек синей ткани от счастливого паруса Колумба». Это было все равно что продавать верующим «слезы Христа» или гвозди, которыми Спаситель был прибит к своему кресту. Афера чистой воды! Но кусочки от парусов Колумба шли у капитанов кораблей «на ура»! И так продолжалось на протяжении почти 200 лет! Пока мошенники по всем приморским городам продавали доверчивым простакам кусочки синей ткани, перекрашенной на собственной кухне, все было тихо и спокойно, хотя вся Европа знала о «парусах Колумба». Ну верит человек в такой счастливый амулет, пусть себе верит. Многие другие европейцы верили в еще более экзотические вещи, поэтому «паруса Колумба» никого не удивляли и не возмущали.

Однако во 2-й половине XVII в. разразился грандиозный скандал, поскольку кто-то из наиболее жадных и недалеких жуликов попытался превратить продажу «парусов Колумба» в постоянно действующее и высокодоходное предприятие. И этот кто-то не нашел ничего лучше, как выставить целый рулон ткани на Шелковой бирже в Валенсии. Надо было обладать абсолютной экономической безграмотностью или в силу собственного идиотизма свято верить, что вокруг одни дураки, чтобы решиться на такой ничем не оправданный шаг — заявиться на Шелковую биржу в Валенсии со своим «товаром»!

Дело в том, что Валенсийская шелковая биржа, или Рынок шелка, великолепная Лонха-де-ла-Седа (Lonja de la Seda) возникла в XV столетии, а XIV–XVI вв. считались периодом расцвета Валенсии. Множество горожан занимались производством шелка, и в городе проживало около 300 известных искуснейших мастеров шелкового ремесла. Сюда стремились торговцы — как испанские, так и со всей Европы. Шелковая промышленность Арагона переживала тогда подъем. А поскольку на шелковой бирже любой товар имел своего хозяина и подтверждающие документы о его качестве и происхождении, то с незадачливых торговцев «парусами Колумба» тоже попросили необходимые бумаги, которых они, естественно, предоставить не смогли. С мошенниками разобрались быстро: арестовали, допросили (попытали, конечно, а то как же!) и с позором казнили. Про них забыли быстро, но это дело вызвало общественный резонанс, который почему-то набрал в Европе совсем иные обороты, а его результаты были достаточно неожиданными.

Редкие предметы и артефакты высоко ценились не только в Средневековье и не только в Европе. Такая же картина была и на Востоке: у арабов, египтян, в Византийской, а потом и Османской империи, в индийских раджастанах, в Китае и т. д. Но только европейцы первыми задумались о решении проблемы мошенничества на качественно ином уровне. В результате они смогли успешно объединить торговлю редкими предметами и артефактами с профессиональной экспертизой. И тут мы снова возвращаемся к книгам.

Джеймс Гиллрей. Аукцион Christie’s.

Английская карикатура XIX в.

Поскольку по-настоящему редких и ценных книг было немного, а желающих их приобрети было, наоборот, немало, то естественным образом возникла идея применить торги для продажи антикварных книг. Идея аукциона как публичных торгов была свежей и достаточно быстро прижилась во многих странах Европы. Но дело здесь было не просто в торгах — они проводились и раньше. Теперь создавалась целая аукционная система с предварительным депонированием лотов на склад организатора аукциона (аукциониста), проверкой лотов по качеству и чистоте происхождения, сбором подтверждающих документов, расписками хозяев лотов, предварительной оценкой лотов (установлением первоначальной цены) и т. д. И своим появлением подобная сложная система была обязана редким древним книгам и артефактам — предметам торгов, правильная оценка настоящей стоимости которых была весьма затруднительна из-за самого типа товара.