Валерия Веденеева – Возвращение наследника (страница 2)

— Со всем моим уважением, владыка, — вперед из толпы выступил один из сектантов. То есть выступила — голос был определенно женским, — со всем уважением, но мы и сами знаем, что этот молодой человек — потомок ифрита, как и все в его клане. Однако богиня лично благословила их корневые земли…

— Нет, вы не знаете, — перебил ее главный сектант суровым тоном. — Речь идет вовсе не о тех крохах демонического наследия, которые есть у всех аль-Ифрит.

Главный сектант повернулся и сделал знак рукой стоящей в стороне фигуре в маске темно-серого цвета.

— Выйти сюда, послушник, и расскажи то, чему ты был свидетелем.

Тот вышел, поклонился и заговорил. Голос его принадлежал молодому мужчине и показался мне смутно знакомым.

— Три месяца назад я вызвал Рейна аль-Ифрит на дуэль из-за его соучастия в гибели моих друзей. Во время нашей схватки он лишился амулета, скрывающего его истинный облик, и начал меняться, превращаясь в демона. И только вернув амулет он вновь обрел человеческую личину. После нашей дуэли я немедленно отправился домой и поднял все клановые архивы, выискивая любые упоминания о демонах с таким обликом и с такой магией, как у него. На поиски ушло много времени, но я все же нашел. Его внешность совпадала с одним из обликов амранов, демонических белых пауков. Когда я это понял, то немедленно обо всем сообщил владыке, — закончив говорить, послушник вновь поклонился, выпрямился и застыл, скромно глядя вниз, но я почти физически ощущал исходящее от него самодовольство.

Ну еще бы! Сейчас, после его рассказа, мне не нужно было заглядывать под маску, чтобы знать, кто это. Мораг из Старшего клана Персеус, третьекурсник, которому отчего-то взбрело в голову, что я виноват в глупости его друзей, погибших во время ночной охоты. Тогда, прямо в вечер после нашей дуэли — в которой я, между прочим, победил — он сбежал в корневые земли своего клана. И я, хотя чуял, что от этого иштава сына будут неприятности, выцепить его оттуда никак бы не смог. А потом отвлекся на другое и о нем забыл, тем более что Мораг в Академию так и не вернулся.

— Амран! — со зловещей ноткой в голосе повторил главный сектант. — Эти чудовища уже много веков не появлялись в человеческих землях. И вот! Выродок одного из них перед нами!

По залу прокатился встревоженный шепот — и затих.

— А теперь, — торжественно продолжил главный сектант, — окончательное доказательство. То, которое невозможно подделать или исказить. Силу этому кристаллу, — он поднял посох выше, и солнечный свет отразился в камне, бросив на пол разноцветные блики, — силу ему дала сама Пресветлая Хейма и сама зачаровала его. Сейчас мы узнаем, как и когда мерзкая кровь амранов смешалась с человеческой, узнаем имена осквернителей…

Он сделал паузу и добавил уже обычным тоном:

— Те из вас, кто увидит ритуал впервые, знайте — синее сияние означает человеческого предка, а красное — демонического.

Потом главный сектант повернулся к тому, который вывел меня из подземелья.

— Его кровь.

Тот достал нож и быстрым, явно привычным движением, нанес мне небольшую рану на руке, немного ниже блокирующего магию браслета. Главный сектант повернул посох и прижал его к ране так, чтобы кристалл оказался покрыт моей кровью. Потом сделал шаг назад и ударил деревянным основанием об пол.

В том месте, где основание коснулось пола, появился синий огонь, заструился ко мне, обогнул, создав вокруг меня пылающий круг, а потом из этого круга, справа и слева, начали расти новые огненные линии.

Глава 2

Можно было подумать, будто две невидимые руки вычерчивали синим огнем на полу геометрические фигуры. Вот длинная горизонтальная линия закончилась короткой вертикальной, потом уже от этой короткой вертикальной отделилось еще две коротких горизонтальных под острым углом, потом каждая из них в свою очередь разделилась на две, и каждая получившаяся в результате опять раздвоилась.

Это выглядело как стремительно ветвящееся огненное дерево, только веток каждый раз оказывалось строго две.

Дерево, точно. Родовое древо. Только шло оно не от основателя рода, как обычно бывает в исторических хрониках, а наоборот, от меня, от потомка — назад к предкам.

Как там главный сектант сказал? Синий огонь — люди, а красный — демоны? С левой стороны, куда я сейчас смотрел, синий огонь горел ярко, ни разу не поменяв цвета. Все предки оказались людьми аж до — я быстро посчитал разветвления — до пра-прапрадедов.

Значит, демоническая кровь обнаружится справа.

Я повернул голову.

Что за…?

Там было то же самое — чисто человеческие предки на семь, восемь, уже девять поколений в прошлое.

Я продолжал с изумлением наблюдать, как два моих родовых древа — одно со стороны отца, другое со стороны матери — продолжали расти и ветвиться, все так же ярко сияя синим огнем.

Десять поколений, одиннадцать, двенадцать…

Но… как? Как такое было возможно? Получалось, что главный сектант ошибся, действие его посоха все же можно было подделать и исказить, и каким-то образом это случилось. Или… Или я действительно был чистокровным человеком, как и полагалось наследнику клана Энхард. И Верховный Дан Темного Юга вовсе не приходился мне дедом! И вообще никакие амраны ко мне отношения не имели… По крайней мере, родственного отношения.

Но я ведь превращался в амрана! Дважды! Вернее, трижды — если считать частичную смену облика во время дуэли с Морагом. И мне это точно не почудилось, поскольку, помимо Морага, свидетелем полного превращения был еще и Райхан Сирота. Если я чистокровный человек, то это необъяснимо!

Синие огненные линии продолжали ветвиться и бежать дальше, и сектанты, стоявшие на их пути, торопливо отходили в стороны.

Линии остановились, лишь достигнув стен, но продолжили гореть так же ярко. Я быстро посчитал ответвления. Получалось, что среди моих предков не было ни одного демона в течении двадцати пяти поколений как минимум.

Работа магии на этом не завершилась. Теперь рядом с каждой чертой, обозначавшей предка, начали проступать светящиеся руны. Имена. Моя мать — Элайда Мейфен. Мой отец — Голдер Энхард. И дальше, и дальше…

В зале стояла мертвая тишина.

Лицо главного сектанта было закрыто маской, но я видел, как судорожно он сжимал в руках свой посох, как пристально следил за синим огнем, как внимательно читал проявившиеся руны.

— Родители Мейфен и Энхард… — он резко развернулся к тому сектанту, что вывел меня из подземелья. — И это чистокровный человек! Кого вообще твои люди поймали⁈

— Того, кого было приказано.

— Но это не Рейн аль-Ифрит!

— К нему обращались этим именем, его охраняли. Он, в конце концов, выглядит точно как тот, кого нам было поручено захватить! — второй сектант перед лицом гнева главного не отступал. А может, я ошибся, и сектант с посохом главным тут вовсе не был.

От толпы собравшихся отделился еще один человек в белой маске и приблизился к спорящим.

— Довольно! — велел он. — Нам нужно всего лишь его допросить. Узнаем, кто он такой, почему выглядит как Рейн аль-Ифрит, и куда делся настоящий.

Потом он развернулся ко мне.

— Ты! Отвечай четко и подробно, и не пытайся замалчивать, если не хочешь, чтобы твои мозги спеклись.

Я вздохнул — опять допрос под ментальным давлением. Потом посмотрел на блокираторы магии на запястьях — но увы, хотя жжение от серой смерти я продолжал ощущать, на браслетах ее действие никак не отразилось. Если оно, это действие, вообще было.

— Кто ты такой? Как твое настоящее имя? — спросил между тем третий сектант, и я ощутил в мыслях уже знакомую пустоту, которая всегда сопровождала допрос. И ответил — но не прозвучало ни звука.

— Что? — третий уставился на меня непонимающе.

— А, я и забыл, — торопливо вмешался первый. — Пленник начал говорить ерунду, и я набросил на него звуковой щит. Сейчас сниму, секунду…

— Мое настоящее имя — Кентон Энхард, — произнес я со вздохом и в этот раз свой голос услышал. — А я сразу вам сказал, что я человек!

— Кентон Энхард? Умерший этим летом наследник Энхард? — недоверчиво переспросил третий сектант.

— Ну, не совсем умерший, — поправил я его. — Как видите, вполне живой.

Наступила пауза. Похоже, даже прочитав имена моих предков, сектанты не были уверены в том, кто я.

— И почему же наследник Энхард решил поработать двойником у Рейна аль-Ифрит?

Не удержавшись, я насмешливо хмыкнул. Потом пустота надавила снова, и из меня вырвалось:

— Я и есть Рейн аль-Ифрит.

В этот раз пауза длилась куда дольше.

— Он верит в свои слова, — наконец растерянно произнес третий сектант.

— Демоническое воздействие? — предположил первый. — Наведенный морок?

— Нет, ничего такого не вижу. Разум чист.

— И каким же образом Кентон Энхард может быть Рейном аль-Ифрит? — язвительно поинтересовался сектант, державший посох, и третий, ведущий допрос, вновь надавил. Пришлось отвечать.

— Дело в том, что второе имя я себе придумал, — пояснил я. — То есть придумал имя Рейн. А имя клана мне любезно одолжили.

— Одолжили? Кровные враги одолжили тебе имя своего клана?

Я невольно поморщился. Говорить правду, тем более при таком скоплении людей, мне очень не хотелось, но выбора не было, сектант продолжал давить.

— Старшая семья аль-Ифрит не знала, кто я на самом деле.

— Но они знали, что ты чужак?

— Конечно.

— И зачем же аль-Ифрит дали свое имя чужаку?