Валерия Веденеева – В чужом клане (страница 29)

Хм. Причина явно заключалась в советнике. Амана думала, что он может сюда явиться?

Пожалуй, это была разумная предосторожность — и одновременно предупреждение.

Перед тем, как лечь спать, я убрал из памяти все то, что могло причинить вред мне или кому-либо другому, и все то, чем мне просто не хотелось ни с кем делиться. На всякий случай. Очень надеясь, что это не пригодится…

Шелест, шорох — на самом пределе слышимости…

Моя рука скользнула под подушку, пальцы сжались на рукояти клинка, я слетел с кровати — и уткнулся в невидимый барьер.

Тихо щелкнул засов на входной двери, закрываясь, тень в форме человека шевельнулась и по воздуху поплыли знакомые искры защиты от подслушивания.

— Оружие ни к чему, — сказал голос советника и рукоять ножа обожгла мне ладонь. Я разжал пальцы и раскаленный до красноты клинок упал на пол.

— Присаживайтесь, господин Менхард, — продолжил советник, подходя ближе и указывая на одно из стоящих у стола кресел, — нам с вами предстоит долгая беседа.

Глава 18

Я сел в кресло, наблюдая за тем, как советник зажег свечи, как пролистал лежащие на столе листы бумаги — мои записи, в основном касающиеся моментов, которые недостаточно подробно объяснялись в бестиариях и «Демонологии» и оставили у меня вопросы.

— Изучаете тварей, господин Менхард? — прокомментировал советник, выравнивая бумаги и убирая их на место. — Похвально. Всем бы такое внимание к деталям, глядишь, и жертв при прорывах стало бы меньше.

— К слову о жертвах, — подал я голос, — что случилось со стражниками, стоявшими у моей двери?

— Спят, — легко отозвался советник. — Устали, бедняги, вот сон и сморил.

Спят? Может и так, но вряд ли добровольно. Если маги умели заставлять говорить правду, то они также могли уметь усыплять.

— Что вам от меня нужно? — спросил я, пытаясь не дать раздражению проскользнуть в голос.

— Сразу к делу? И даже не будете объяснять мне, как я не прав, вломившись в покои личного гостя клана, и какие меня ждут за это неприятности? — советник насмешливо улыбнулся, его глаза блеснули.

А ведь он так развлекается — мелькнула у меня мысль. Для него, простолюдина, вознесенного почти на самую вершину, в удовольствие сбивать спесь с аристократов. Нарушать писанные и неписанные правила, а то и законы, выходить сухим из воды, и знать, что никто из надменных клановцев ничего не сможет ему сделать.

— Думаю, вы лучше меня понимаете, какие неприятности могут вас ждать, — я пожал плечами. — Лично я предпочел бы поскорее закончить эту беседу и вернуться ко сну.

— После бесед со мной людей обычно долго мучает бессонница, но вы оптимист, это хорошо, — советник одобрительно кивнул, развязал висевший на поясе мешочек и оттуда ему на ладонь выбежали мои пауки.

Я проводил их тоскливым взглядом. Вот ведь предатели! Оставили своего творца и переметнулись к какому-то чужаку!

— Меня интересует, как именно вы создали кровавых големов, — произнес советник доброжелательным тоном. — Мне нужны все детали процесса, все задействованные ритуалы.

Для этого что, нужны были какие-то ритуалы?

— Думаю, процесс их создания вы знаете лучше меня, — сказал я.

Фальшивая доброжелательность с лица советника исчезла.

— Не испытывайте мое терпение, господин Менхард.

Здравое предупреждение — не стоит злить мага с десятью камнями. Но что именно я мог рассказать?

— Я не проходил магическую инициацию, — сказал я, чувствуя, что в голос все же прорвалось раздражение. — И ничего не знаю ни о каких ритуалах. Эти пауки просто сами возникли из моей крови.

Советник нехорошо прищурился — явно не поверил — а потом атмосфера в комнате изменилась. Невидимая тяжесть легла мне на плечи, вдавливая в кресло, грудь сдавило так, что говорить стало тяжело.

— Кто научил вас созданию големов?

— Никто, — выдавил я. — Никто не учил.

Давление стало еще сильнее, и я скрипнул зубами.

— Это невозможно. Создание големов требует знания специальной методики. Они не могут «просто возникнуть».

— Могут, — возразил я и продолжил прежде, чем он успел еще что-нибудь сказать. — О каких техниках или ритуалах вообще можно говорить, если я не проходил инициацию? Сами подумайте!

Однако то, что мне казалось веским аргументом, советника не впечатлило.

— Для создания демонических големов инициация не обязательна, — бросил он небрежно. — Что ж, я дал вам возможность все рассказать добровольно, но вы предпочли потратить мою любезность впустую. Значит, продолжим беседу иначе.

Едва он договорил, реальность будто сдвинулась и изогнулась под неправильным углом — точно как когда меня допрашивал Хеймес. Потом в голове возникло ощущение странной пустоты, будто что-то, что было там всегда, вдруг исчезло — при допросе у Хеймеса я такого не ощущал.

— Кто научил вас созданию големов? — повторил советник свой прежний вопрос.

— Никто не учил, — слова вылетели из меня моментально и без моего на то желания, — это получилось случайно.

Советник уставился на меня так, будто я только что отрастил вторую голову, но во лжи больше не упрекал.

— Как именно это произошло?

Я начал отвечать еще до того, как он договорил.

— Когда я разрезал себе левое запястье, кровь упала на пол и превратилась в пауков. Сперва они разбежались по сторонам, но потом я подумал, что, возможно, смогу ими управлять, отдал мысленный приказ и они подчинились.

Возникла короткая пауза, потом советник тряхнул головой.

— Хорошо, допустим все так. Вам самому известно, почему ваша кровь превратилась в големов?

— Конечно. На меня так повлияла демоническая скверна. Думаю, что приобретение моей кровью способности оживать и во что-то превращаться было одним из признаков начинающейся одержимости.

— Это полная ерунда, — после еще одной паузы проговорил советник. — Демоническая одержимость не одаривает умением создавать големов.

— Это было результатом хаотичного влияния, высшим проявлением демонической скверны, — повторил я слова Аманы.

— Господин Менхард, вы действительно в это верите?

— Конечно. Ведь когда я освободился от влияния скверны, способность моей крови изменяться тоже ушла. Я проверял, — пустота в голове требовала, чтобы я продолжал говорить, и я добавил: — О, в те разы, когда моя кровь превращалась во всякую всячину, я разрезал себе запястье демоническим топором. Возможно дело еще и в нем?

— Демоническим топором?

— Да. Который раньше принадлежал Дровосеку. Ну тому, легендарному, полу-ифриту, — я неопределенно повел в воздухе рукой, надеясь, что советник поймет, о ком я говорю.

— Ага… Дровосеку, значит… — протянул советник и замолчал, продолжая изучать меня будто неизвестного науке зверя.

Я неловко шевельнулся — пустота в голове требовала говорить. Слова временно ее заполняли, снижая дискомфорт, но о чем говорить я не знал — новых вопросов пока не поступало.

— Хаотичное влияние проявляется в проекции разных стихий, — наконец сказал советник. — Огня, Воды, Воздуха…

— Да, — перебил я его. — Моя кровь испарялась, а также превращалась в лед.

Он отмахнулся.

— Это обыденное явление в ситуации, когда полукровка подпадает под влияние скверны. А то, что вы полукровка, понятно по факту создания демонических големов — чистокровный человек их не сделает.

Пустота в голове опять потребовала от меня что-нибудь сказать. Да что ж это такое! Ее настойчивость мне определенно не нравилась.

— Хорошо, попробуем подойти к проблеме с другой стороны, — продолжил советник. — Где и когда ваша кровь впервые превратилась в големов?

— В Корневой Башне, примерно две с половиной недели назад, — отозвался я.

— Это тоже ничего не объясняет, — пробормотал советник. Потом его слишком уж внимательный взгляд скользнул по мне и остановился на левой руке.

Я поморщился — не от осмотра, а оттого, что пустота опять начала давить. Она мне уже не просто не нравилась, а серьезно раздражала.

— Проведем небольшой эксперимент, господин Менхард, — по лицу советника скользнула нехорошая улыбка и он указал на кольцо с черным нихарном. — Снимите его и дайте мне.

— Нет, — отказался я. Этот чужак уже забрал одну мою собственность — пауков — а теперь хотел еще и кольцо. Которое, между прочим, было подарком Аманы!

— Это приказ, — ледяным тоном произнес советник.