Валерия Веденеева – Пауки и иерархи (Рейн 6) (страница 15)

В лице Теагана что-то дрогнуло.

— Подобные люди не такая уж редкость. Это ни о чем не говорит, — сказал он напряженно.

— Значит, появился. Хорошо, — я сцепил пальцы в замок, продолжая прокручивать в голове вероятности. — Он был вам кем-то вроде учителя? Можно сказать, вашим примером для подражания?

У Теагана так изменилось выражение лица, что я впервые подумал — сейчас он просто пошлет меня куда подальше и не ответит. Тема, похоже, была для него очень болезненной. Но нет, все же проговорил:

— Да. И учителем, и примером.

— Расскажите о нем, — попросил я.

Снова повисла долгая пауза.

— Он был одним из командоров ордена, — наконец медленно проговорил Теаган. — Дядя пророчил его себе в первые заместители, но не получилось — он… его звали Андор Кресови… попал под демоническое проклятие, так что с Границей ему пришлось распрощаться. Вышел в отставку, переехал в столицу, женился, но через пару лет овдовел и больше завести семью не пытался. Дядя решил, что Андор станет мне отличным наставником по боевым искусствам и привел его в Обитель. Таллис не возражал. Первое время Андор держался отстраненно, но постепенно мы начали разговаривать. Общение с ним было словно глоток свежего воздуха после бесконечных интриг Обители. Он не пытался получить через меня какие-то льготы или преференции, протолкнуть на теплое место родню, уговорить Таллиса принять то или иное решение. Внутренние дела Обители его вообще не интересовали. Начитанность и философский взгляд на жизнь — редкие свойства среди Достойных Братьев; Андор оказался таким исключением. У него был на удивление широкий кругозор. Мы много говорили — о человеческой природе, о постулатах религии, о демоническом влиянии на нашу жизнь и культуру…

— О шибинах и демонах-полукровках? — добавил я.

— Да, о них тоже… Но Андор никогда не призывал к их уничтожению…

— Напрямую, конечно, нет, — согласился я. — Но если вы вспомните ваши беседы — говорил ли он о том, что полукровки, а также все, кто связан с шибинами, разрушают человеческое общество? Что они приносят скверну? Что человечество сможет по-настоящему процветать только тогда, когда полностью очистится от всего, что с ними связано? Что законы Империи слишком мягки, и что далеко не все, живущие в нашей стране, заслуживают милосердия?

— Это… не такая уж редкая точка зрения, — негромко ответил Теаган.

— То есть все это он говорил?

Теаган молчал.

— Прошу вас, ответьте.

— Да, — отозвался он с усилием.

— А беседовали ли вы о том, что люди, однажды оступившиеся, неспособны исправиться? Что ситуация в Империи становится все более сложной, и любая мягкость к преступникам есть попустительство? Что раньше, в добрые старые времена, славные своими строгими законами, было лучше?

Теаган повернул голову, глядя куда-то в сторону.

— Дядя знал Андора с детства. Хотите сказать, он стал эмиссаром демонов еще ребенком?

— Нет, но демоны могут принимать чужой облик, а среди шибинов наверняка есть отличные лицедеи. Вы также упомянули, что он вышел в отставку и два года был женат. Соответственно, какое-то время ваш дядя его не видел, а семейной жизнью и последующим вдовством можно объяснить многие перемены как в облике, так и в поведении человека… Настоящего Андора вполне могли заменить именно тогда, когда ваш дядя решил взять его вам в наставники. Светлейший, вы все время говорите про него «был» — Андор умер?

— Был убит, — коротко сказал Теаган.

— Как это случилось?

— Его убил его слуга, — говорил Теаган, все так же глядя не на меня, а куда-то в пространство. — Подсыпал то ли отравы, то ли снотворного, ограбил, потом запер дверь снаружи и поджег дом. По остаточным следам на этом месте удалось определить выброс демонической скверны, а расследование, которое я приказал провести, выявило, что этот слуга был демоническим полукровкой, но скрывал это много лет.

Звучало… неприятно.

— Слугу нашли?

— Нет.

— А тело Андора вы видели?

— Конечно.

— Но, раз был пожар, оно обгорело. Вероятно, сильно обгорело. Вы проверяли, действительно ли труп принадлежал Андору?

— Уж простите, но это мне в голову не пришло, — произнес Теаган ледяным тоном.

Действительно, это была для него слишком болезненная тема. Возможно, в чем-то даже более болезненная, чем мое откровение о его вероятном будущем. Страшно заподозрить, что тот, кого ты много лет считал близким другом и о чьей гибели скорбел, на самом деле являлся шпионом врага, желающим погубить как тебя, так и все, что тебе дорого…

— Вы не хотите узнать, кем он был в действительности? Если нет, то я не буду настаивать, — проговорил я после паузы.

Теаган встал, подошел к окну и долго стоял так, глядя куда-то вдаль. Потом вернулся. Теперь его лицо вновь превратилось в ничего не выражающую маску.

— Со времени пожара и похорон прошло четыре года. Дом давно перешел другим хозяевам и отстроен заново, а тело сгнило в могиле. Но я прикажу провести эксгумацию и приглашу лучших ищеек из Северной Канцелярии. Тянуть не будем — приказ отдам на завтра. Если что-то еще можно найти, они найдут.

— Прошу прощения, — сказал я искренне. — Я не хотел причинить вам боль.

— Да… Уверен, что вы не хотели… — На лице Теагана на мгновение появилась тень улыбки. — Так странно говорить с человеком и понимать, что сейчас он не способен солгать в принципе… Хотя я думаю, что ваши подозрения беспочвенны, но вашу точку зрения понимаю и принимаю: даже крохотный риск того, что в Обитель много лет свободно входил ставленник демонов, важнее, чем чьи бы то ни было чувства.

Факт нахождения демона или шибина в Обители меня волновал куда меньше, чем то, что мировоззрение будущего верховного иерарха сформировалось под чужим направленным воздействием. Говорить этого вслух, впрочем, я не стал. Пусть сперва пройдет проверка, а уже потом, по ее результатам, мы продолжим — или не продолжим — эту беседу.

— Если вы не против, то я хотел бы завтра присутствовать при вскрытии могилы, — сказал я.

— Думаете, будто сможете заметить то, что проглядят профессионалы? — с сомнением спросил Теаган.

Я развел руками.

— Ну, в крайнем случае, раскрою очередной заговор.

Однако моя попытка пошутить провалилась — Теаган лишь нахмурился, глядя недоуменно.

— Простите. Я имею в виду то, что последнее время моя жизнь полна маловероятных совпадений. Например, не так давно во дворе дормиторий я услышал странные звуки, пошел взглянуть на их источник и так наткнулся на шибинов, — объяснил я. — Не знаю, слышали ли вы об этом случае?

— Предотвращенная попытка открытия разлома Бездны… Да, конечно, слышал, но мне не сообщили, что студентом, вышедшим на преступников, были вы, — взгляд Теагана на мгновение похолодел, и я подумал, что кому-то из его подчиненных сегодня не поздоровится.

— Хорошо, — продолжил он. — Вы, конечно, можете присутствовать, если желаете. Какое время вам будет удобно?

Я задумался. С одной стороны, пропускать учебу не хотелось. С другой, вряд ли вскрытие могилы стоило назначать на ранний вечер с его сумерками — очень уж осенью день был коротким, а свет даже лучших магических светильников не мог заменить солнечный.

— Полдень? — предложил я.

— Тогда полдень, — Теаган кивнул. — Я распоряжусь. Послать за вами в Академию моего вира?

— Лучше пусть, как сегодня, ждет меня за воротами Обители, — отказался я. Пока что ни студенты, ни профессора не знали о моих делах с Церковью, и я бы предпочел, чтобы так оставалось как можно дольше.

— Хорошо, — Теаган посмотрел на меня задумчиво. — Рейн, когда вы рассуждали о нитях паутины, опутавших нашу страну, я кое-что заметил. Скажите, откуда вам известно о видовой принадлежности последнего Верховного Дана демонов? Темный Юг хранил этот секрет до самой его смерти, и даже сейчас о нем знают лишь единицы.

— Это рассказал мне Райхан Сирота, императорский советник.

— Господин Сирота рассказал вам? С его-то знаменитой неприязнью к Старшим кланам в целом и к аль-Ифрит в частности? — Теаган еще одно мгновение сверлил меня взглядом, потом кивнул сам себе. — Он знает о том, кто вы, верно?

— Знает, — подтвердил я.

— Зачем вы ему рассказали?

— У меня не было выбора — он допрашивал под ментальным воздействием. Пришлось рассказать куда больше, чем хотелось. Он, кстати, был уверен, что вы тоже знаете о том, кем я являюсь. Оказывается, фраза о возвращении миру правильности, которую вы использовали в то время, когда мы проезжали через лагерь беженцев, принадлежала одному из посланников богини.

— И потому вдвойне иронично, что я не догадался, — пробормотал Теаган, после чего продолжил уже нормальным тоном: — Советник, конечно, сильный маг, но при необходимости мы можем от него избавиться.

— Мы?

— Церковь. Я знаю, что кланы много раз безуспешно пытались его убить, но ресурсов у Церкви все же больше.

— Вы имеете в виду — избавиться от него из-за того, что он знает о моей тайне?

— Конечно.

Наверное, после моего видения будущего и нашего сегодняшнего разговора подобную безжалостность следовало ожидать, но я все равно немного удивился. Вот так, просто: «Вам кажется, что правая рука императора представляет для вас опасность? Не проблема, только скажите, и он исчезнет».

— Думаю, в этом нет необходимости, — отказался я, — советник узнал обо всем еще два месяца назад, но никому не сообщил.