Валерия Веденеева – Маг и его Тень (страница 34)

Ресан смущенно поежился: когда красивой девушке говорят, что ее несли на руках, это нормально. Когда такое говорят молодому парню — это уже не очень. И как реагировать?

— У меня шея отчего-то болит, — сказал, меняя тему. — Вот здесь.

— Это ты о камень ударился, когда падал, — вмешался стоящий неподалеку Кирк, когда стало понятно, что Венд только странно хмурит брови и не торопится отвечать. — Неожиданно получилось, никто не успел тебя подхватить.

— Ага, — протянул Ресан и развернулся к пирату, — Тибор, как ты выбрался?

Тот отвлекся от разглядывания амулета невидимости:

— Расскажу, когда уберемся отсюда. У меня нет желания потерять несколько дней, отвечая на вопросы Светлых. Держи, — пират свернул красно-желтую косу и кинул юноше. — Еще раз спасибо за помощь.

— Мы… едем вместе? — неуверенно спросил юноша, поочередно глядя то на Тибора, то на Венда. Первый кивнул, а спутник Ресана объяснил:

— Я решил, что так будет безопасней. Ты не хуже меня знаешь, что водится в Степи.

Водилось всякое.

В другой ситуации Ресан высказал бы Венду свое неудовольствие тем, что столь важное решение было принято без его ведома. Но не сейчас. Венд дал ему возможность еще какое-то время находиться в компании Тибора, и это было… Стоило признаться самому себе — это было приятно. Очень.

Прощание с бывшими стражниками каравана, остающимися на постоялом дворе, получилось кратким, и выехали они, более не задерживаясь. Каждый вел на поводу запасную лошадь, груженную вещами и провиантом. Последний купили у трактирщика — на некоторое время должно было хватить, а там, как, усмехнувшись, сказал Кирк: «Перейдем на подножный корм». Впрочем, осенью дичи хватало.

Когда они выехали на главную площадь, со стороны фальшивого тупика стал доноситься необычный шум, разбавленный звуком громких голосов, а над ближайшими домами время от времени начали вспыхивать лучи света.

— Светлые, — негромко пояснил Тибор. — Изучают. Ускорьте шаг, парни.

До ворот удалось добраться без проблем, выйти за пределы города — тоже. Хотя Ресан до последнего момента сомневался, что стража вот так просто нарушит правило не выпускать никого ночью.

— Не удивляйся, — пояснил на его недоумение Тибор. — Стражники получили по золотому на человека, это два месячных жалования. Если нарушение откроется, худшее, что им будет грозить — это неделя штрафных патрулей по городу в дополнение к обычной службе. Йоль — город тихий и спокойный, а покровительство Светлых разбаловало жителей. Они уверены: если что-то случится, маги сразу помогут.

Остановился отряд, когда огни из верхних окон городских башен скрылись из вида. Съехали с дороги, разбили лагерь. Ресан привычно помогал стреноживать коней, закончив, посмотрел на собственные ладони, за последние месяцы покрывшиеся мозолями, и неожиданно ощутил всю нереальность происходящего.

Достойно ли дочери графа путешествовать — вот так, жить — вот так? Ее жребием должны были стать наряды, драгоценности, балы, череда знакомств с молодыми родовитыми нобилями, стремящимися породниться с Ар-Кормами. Но достойно ли наслаждаться жизнью, когда твой младший брат из-за твоей глупости обречен гнить в замке Темного мага? Получится ли, когда грызет совесть?

— О чем задумался? — прервал ее размышления Венд. Росана вскинула голову, чуть виновато улыбнулась, напоминая себе, кто она теперь. Он. Ресан.

— Тибор обещал рассказать, что случилось сегодня, — сказал юноша.

— Обещал, — согласился воин. — Тебе не кажется, что он странный человек?

— Не странный, — Ресан посмотрел в сторону предводителя. — Необычный. Очень необычный.

Глава 2

Рассказ о событиях, произошедших в доме некромантов, получился достаточно долгим. Некоторые детали Арон, естественно, опускал или творчески переиначивал.

— Перед тем, как освободить Рикарда, я подслушал разговор Темных. Они рассуждали об одном могущественном маге, о том, как хотелось бы им воспользоваться его Силой. Но за их словами мне слышался страх. Поэтому, столкнувшись с некроманткой, я решил притвориться этим самым магом. Маги, как знаете, умеют менять внешность. Блеф, но красотка поверила.

— Как я понял, магичку звали Эвита? А мага — Волькан? — уточнил Имис, парень из десятка Шора. Арон кивнул.

— Я слышал эти имена в столице, — продолжил тот. — Одни из сильнейших Темных в Ковене. Какой же маг так испугал некромантку?

Арон сжал правую руку в кулак, потом медленно разжал. Сейчас он не мог позволить себе никаких лишних жестов.

— Тот самый маг, — произнес северянин негромко, — которого я убил около двух месяцев назад и который оставил мне в наследство свой магический резерв. Арон Тонгил.

Кто-то выругался. Кто-то уставился на него круглыми от изумления глазами. Кто-то лишь глубоко вздохнул.

— Эвита прочитала следы волшбы на месте нападения ящеров и определила, что магичил Тонгил, — продолжил Арон. — Они похитили Рикарда, надеясь заманить в ловушку Темного, но не предусмотрели, что приду я, простой человек, но с резервом мага. Поставленная ими сторожевая система на меня не отреагировала. Резерва Тонгила и помощи Рикарда оказалось достаточно, чтобы выпустить демонов на свободу.

— Откуда ты узнал, что появятся воронки? — спросил Венд. Выражение лица у него казалось странным, будто болезненным.

— Рикард сказал, — Арон кивнул в сторону мажонка. Мальчишка сидел рядом, обхватив себя руками за колени. Все время, пока длился рассказ северянина, он не отрывал взгляда от костра и упорно молчал, как молчал всю дорогу. Сейчас тоже лишь дернул плечом, показывая, что услышал свое имя, но комментировать не собирается.

— И что барьер удержится, тоже он, — добавил Арон прежде, чем Венд смог задать второй напрашивающийся вопрос.

— Насчет демонов, Тибор, — подал голос Кирк. — Ты сказал, что с тем, у ворот, легко справятся несколько Светлых подмастерьев. Однако два таких существа сумели прикончить некроманта не из последних. Объясни.

Арон вздохнул, развел руками.

— Я же не маг, — проговорил виновато. — Ошибся, признаю. Парни, которым доводилось сталкиваться с подобными тварями, рассказывали, что демоны, похожие на зверей, достаточно слабы, что даже пара хороших воинов может их одолеть, не говоря уже о магах. Что по-настоящему опасны только человекоподобные. Именно они могущественны, злы, коварны и действительно заслуживают названия «демоны». Вот я и предположил, что Светлых на то существо хватит.

— Если это называется — слабы… — пробормотал Кирк.

— Выпуская демонов на свободу, я надеялся, что они на некоторое время отвлекут внимание Темных на себя, а мы успеем выбраться за пределы усадьбы. А потом появятся воронки и утянут магов и демонов куда-нибудь подальше, желательно — в нижние реальности, к бесам. А вот на то, что некромантка сумеет кое-кого подчинить своей воле, я не рассчитывал.

Венд на это ничего не сказал, только потер рану на плече, уже зашитую и перевязанную как следует.

— Странно, что на меня ее колдовство не подействовало, — сказал Кирк. Венд вновь промолчал, только наклонил голову вперед, так что отросшие за время путешествия пряди упали на лицо. Арон открыл рот, желая расспросить бывшего друга, как это с ним получилось. Он успел узнать у Кирка, на каком расстоянии они все находились от дома. Слишком далеко, чтобы Венд мог почувствовать запах сводящих с ума духов Эвиты или заглянуть ей в глаза — что, как северянин слышал, необходимо для такого рода контроля. Открыл рот и вновь закрыл — все в Венде говорило о том, как неприятны ему подобного рода расспросы. Позднее — пообещал себе Арон. Когда воспоминания не будут столь болезненны.

Спустя еще около дюжины вопросов наемники успокоили свое любопытство. Кинули жребий — кому дежурить. Первая часть ночи выпала Бракасу, вторая — Венду.

Проснулся Арон, когда небо едва окрасилось в серый цвет. Открыл глаза и повернулся на другой бок, навстречу пристальному взгляду, его разбудившему. Поднялся, ёжась, пересел ближе к огню, подставил кружку под кипяток из котелка, в который Венд уже бросил купленных у трактирщика бодрящих трав.

— Что ты хотел от меня? — спросил вполголоса.

— Почему ты убил Тонгила? — также негромко задал встречный вопрос Венд. Арон невольно вскинул брови, потом поднес кружку ко рту, подул на парящую поверхность, не торопясь отвечать.

— У меня имелись личные причины, — проговорил наконец. — Не все ли равно?

— Мне нет. Что он сделал тебе?

Арон поставил кружку на землю, задумчиво посмотрел вдаль. Лгать Венду не хотелось, но и правду сказать он тоже не мог.

— Тонгил лишил меня любимой, — ответил тихо. — Оставил моего сына сиротой. Этого достаточно?

— Да. Вполне. — Венд налил кипяток и себе, но тоже не торопился пить. — Знаешь, я, как и ты, хотел его убить. Даже пытался — неудачно.

— Завидуешь моему успеху? — Арон усмехнулся.

— Нет, — воин серьезно покачал головой. — Я рад, что у меня не вышло. Я считал его виновным в смерти родителей, а оказалось: он не при чем. Помнишь рассказ Тушаса про расследование, проведенное его мастером? В одной из тех погибших деревень жила моя родня.

— Крови на нем в любом случае много. Кроме того, смерть каждого Темного делает мир светлее, — процитировал Арон лозунг служителей Солнечного бога. Венд вновь покачал головой:

— Темные были и будут всегда, эта война бессмысленна. Но я хотел сказать тебе другое: Тонгил жив.