Валерия Веденеева – Маг и его Тень (страница 30)

Стражи за дверью не обнаружилось. Вообще дом казался пустым: Арон не ощущал никаких запахов, кроме принадлежащих уже встреченным магам и мальчишке. И демону. Причем запах последнего отчетливо доносился из ведущего вниз темного перехода.

Рикард открыл рот, желая что-то спросить, и Арон торопливо зажал ему рот рукой.

— Молчи, — шепнул на ухо. Маги находились только в паре десятков шагов, не стоило привлекать их внимание.

Темнота не была препятствием никому из них, хотя, когда северянин подтолкнул мажонка в сторону неосвещенной лестницы, тот явственно заколебался.

Когда они спустились вниз, Арону показалось, что он вернулся в собственное недавнее прошлое. Городской дом не чета замку, но местный хозяин умудрился построить в его подвале настоящий храм, один в один совпадающий с тем, который северянин видел во владениях убитого им чернокнижника. Украшения из нефрита и янтаря, костяные гирлянды, алтарь и пентаграммы. Только здесь, в отличие от того первого подземелья, пентаграмм имелось три. Пустых.

Рикард опять остановился, и Арон отчетливо ощутил запах его страха.

— Это храм Серой Госпожи, — выдохнул подросток. — Я туда не пойду!

— Пойдешь, — спокойно приказал северянин, сжав плечо подростка. Тот зашипел от боли, дернулся, словно хотел кинуться назад:

— Зачем? Собираетесь убить меня на алтаре? Или скормить демону?

— Отнюдь, — тем же спокойным тоном ответил Арон. Хотя придуманный им план в большей части являлся импровизацией, построенной на отрывках знаний, которыми в дневнике поделился Тонгил-прежний, в душе жила уверенность, что все получится.

— Сейчас ты должен оборвать Нити, держащие пентаграммы, но перед этим повернуть магические потоки вовнутрь.

— Вы хотите освободить демонов, которые привязаны к пентаграммам? — недоверчиво уточнил Рикард.

— Именно. А что первым делом совершает демон, когда обрываются держащие Нити?

— Пытается убить того, кто его вызвал, — ответил мажонок тоном человека, до которого наконец-то дошло. — Но даже если получится, это все равно опасно — потом он начнет рвать всех вокруг.

— Верно. Поэтому ты также зациклишь потоки внутри всех пентаграмм и напитаешь их моей Силой до предела. Как только движение потоков достигнет критического уровня, случится взрыв — и не останется ни демонов, ни некромантов, ни всего этого дома.

— А мы?

— А нас здесь уже не будет, — Арон холодно улыбнулся, наблюдая, как Рикард наконец приступает к работе.

— Господин, какой у вас уровень Силы? — спросил мажонок, закончив со второй пентаграммой. Теперь, сидя на полу, он пытался отдышаться. По лбу и вискам подростка катились крупные капли пота.

— Зачем тебе? — после короткой паузы откликнулся Арон.

— Вашего резерва хватает, чтобы перебороть волшбу мага. Значит, ваш уровень должен быть минимально в два раза выше. Так объяснял мой первый мастер.

— В два раза, говоришь? — повторил северянин. Эвита упоминала седьмой уровень Волькана и восьмой Тонгила… Если бы Арон еще имел представление о том, что данные уровни подразумевали. Вот Рикард мог сказать это точно, но северянин не настолько доверял ему, чтобы поделиться такой информацией. Правильнее сказать, не доверял вообще. Мажонок являлся оружием, которое так и норовило выскользнуть из руки. Предательским оружием, но при том необходимым.

— Знать мой уровень тебе не нужно.

Мальчишка вздохнул:

— Что еще мне не нужно знать?

Арон не ответил. Вместо того подошел к оставшейся пентаграмме и остановился в паре шагов, разглядывая. С первыми двумя Волькан ни в чем не отошел от образца, созданного некромантом. Но третья чем-то неуловимо отличалась. Очень неуловимо — понять отличие мужчина так и не сумел, хотя легкое ощущение неправильности не ушло. Постоял еще, размышляя, но чувство опасности реагировало на третью так же, как и на предыдущие две, подсказывая, что тревожиться не стоит.

Глава 13

После сытного обеда клонило в сон, и, наверное, Венд отправился бы в общую комнату и завалился бы спать, если бы не Ресан. Юноша с каждой проходящей минутой нервничал все больше, пальцы трепали и тянули кисточки пояса, превращая украшение в уродливое косматое нечто. Пару раз он вскакивал, делал несколько шагов к выходу, замирал в нерешительности, потом возвращался.

— Перестань уже, — не выдержал воин, когда на Ресана начали оборачиваться. — Ведешь себя, как истеричная девица.

Преувеличение, конечно, но Венда создавшаяся ситуация раздражала. Если его спутник и впрямь настолько неравнодушен к пирату, то ничего хорошего это не сулит.

Ресан между тем его резкость воспринял как разрешение начать разговор.

— Он же может погибнуть!

— Кто? — уточнил Венд из вредности.

— Тибор! Там демон. И Темные. Никто не прикроет ему спину. Один предательский удар… — Ресан замолчал, в волнении поднеся руку ко рту, словно пытаясь вернуть собственные слова.

— Мы должны помочь ему, — продолжил юноша, совладав с чувствами.

— С ним Кирк и Светлые, — счел должным напомнить Венд. — А еще у Тибора твой амулет.

Ресан словно не услышал. Вновь вскочил на ноги, поворачиваясь к выходу:

— Если не хочешь помогать, так и скажи. А я пойду.

— Стой, дурень! — потянувшись, мужчина ухватил мальчишку за рукав и дернул к себе: — Ты же вместо помощи все испортишь. Он взрослый умелый воин, а ты кто? Только под ногами будешь путаться.

— У меня есть амулеты, — сверкнул глазами Ресан. — Дед сказал, что помогут даже против сильного мага. Пусти!

— Дурень, — безнадежно повторил Венд, разрываясь между желанием махнуть рукой, послав юную бестолочь туда, куда тот сам стремится, и угрызениями совести. В то, что Тибору угрожает серьезная опасность, воин не верил: пират не производил впечатления человека, склонного рисковать понапрасну. А вот Ресан в начавшейся схватке вполне мог попасть под раздачу. — Ну дурень же упертый! На конюшню бы тебя отвести да выпороть как следует!

— Не посмеешь! — юноша набычился. Венд вздохнул, подумав, что не будет даже пробовать. Дворянского гонору в мальчишке было столько, что после подобного унижения он вполне мог попытаться отомстить, прирезав спутника… или вызвав на поединок, что еще глупее.

— Бес с тобой, — выдохнул воин, — пойдем вместе. Но от меня ни на шаг и слушаться во всем! Понял?

Ресан коротко молча кивнул и зашагал к выходу.

В Йоле Венд не раз бывал прежде и описанный Тибором тупик нашел легко. А смог бы найти это место Ресан? Быть может, стоило отправить его одного? Пусть бы поблуждал и вернулся ни с чем. Хотя нет, город не настолько велик, а врожденное упрямство не позволило бы парню отступить, не достигнув цели.

Свернув в нужный переулок, Венд увидел трех Светлых, с интересом слушавших Кирка, и четвертого, занятого методичным выстукиванием самой дальней стены. К вновь прибывшим моментально повернулись все.

— Что нужно? — недружелюбно спросил один из незнакомых Венду подмастерьев.

— Мы решили помочь, — ответил за двоих Ресан.

— Не нуждаемся, — холодно бросил Светлый. Венд ухватил Ресана за плечо и сильно сжал, надеясь, что тот поймет намек и не начнет спорить.

— Мы постоим в стороне и не будем мешать, — пообещал воин умиротворяющим тоном. Светлый хмыкнул, окинул их пренебрежительным взглядом.

— Оставайтесь, — разрешил великодушно, отворачиваясь, — только под ноги не лезьте.

— А где Тибор? — тут же спросил Ресан. Светлые его словно не услышали, только Кирк соизволил ответить:

— Он внутри, просил полчаса подождать.

Ресан нахмурился, сверля взглядом фальшивую дальнюю стену, потом запрокинул голову, оглядывая стены домов.

— Даже не думай, — вполголоса предупредил Венд. — Туда ты не пойдешь.

Юноша неприязненно дернул плечом, больше никак не показав, что слышал слова воина. Упрямый, непослушный, избалованный, во всем привыкший добиваться своего… Венд мысленно еще продолжал подбирать нелестные эпитеты для своего спутника, когда за стеной раздался звериный яростный рев… Или же что-то, очень похожее. Светлые отскочили назад, тот из них, который прежде выстукивал камни, вскинул руки вверх и с силой опустил вниз, словно стягивая нечто невидимое. Стена задрожала и исчезла.

Венд сглотнул и невольно шагнул назад: в проеме стояло чудовище в два человеческих роста. Тибор говорил, что демон похож на длинного и худого медведя, но сейчас тварь не напоминала ни одного знакомого зверя. Шерсть на глазах слипалась в длинные, блестящие металлом, иглы, лапы и морда вытягивались, когти росли, удлинялись зубы. Алые глаза горели разумной злобой.

Кто-то из Светлых выговорил грязное богохульство, помянув в одном предложении Солнечного и бесов. Кто-то — скорее от растерянности, чем по расчету — метнул в демона огненный шар, моментально отбитый в сторону взмахом когтистой лапы. Венд не помнил, в какой момент он вытащил меч, оттолкнул Ресана в сторону и замер, готовый отразить первую атаку, если — когда — демон расправиться с подмастерьями. Расчеты Тибора на то, что юнцы сумеют одолеть тварь, показались вдруг смехотворными.

Но демон не нападал, просто стоял, свесив передние лапы, рассматривая противников. Потом совсем по-человечески презрительно фыркнул и, развернувшись к людям спиной, перемахнул через запертые ворота и понесся к особняку.

— Что это значит? — спросил кто-то из Светлых.

— Получил новый приказ от хозяина, — предположил другой.