Валерия Веденеева – Маг и его Тень (страница 17)
— Понял, — после паузы сказал Кирк, потом улыбнулся и заговорил о другом.
Глава 5
«Карты» не нашлось. Ни в покоях Не-злого, ни в остальных комнатах.
Во время поисков Существо предпочло остаться в коридоре; улеглось на каменный пол и закрыло глаза, размышляя. Мысли по большей части были грустными — только сейчас, оказавшись рядом с пустыми комнатами Не-злого, Оно по-настоящему осознало: двуногий больше не вернется. Теперь у Существа осталась только Нисса. Ниссу следовало беречь.
Приоткрыв глаза, Существо заглянуло в проем комнаты, где маленькая двуногая, наполовину скрытая за широким деревянным сооружением, рылась в его недрах. Убедившись, что все в порядке, Существо успокоенно вздохнуло.
«Карты» не нашлось, зато Нисса обнаружила много других интересных и полезных вещей. Существо искренне попыталось вникнуть в их интересность и полезность, и даже согласилось, что Ниссе, не имеющей от рождения ни когтей, ни клыков, могли пригодиться полосы острого металла — «кинжалы». Но целые кипы одежды Существо озадачили. Как и странная полукруглая блестящая штуковина, найденная у Не-злого, которую Нисса назвала «тамгой», сообщив, что без нее их не пропустят через заставы. Существо постаралось, но так и не сумело представить, каким образом эти «заставы» способны задержать
Впрочем, идею Ниссы взять побольше съестного Оно одобрило. Само Существо на запасы маленькой двуногой покушаться не собиралось: к категории вкусной еды они не относились.
— Я постараюсь определить путь по звездам, — сказала Нисса, когда стало ясно, что «карту» не найти. Услышав это, Существо ненадолго задумалось, а потом сообщило маленькой двуногой, какая она умная и хорошая. Лицо Ниссы приобрело забавный красноватый оттенок, но выглядела она довольной.
Отыскав где-то пустой мешок, маленькая двуногая забила его до отказа «интересными и полезными вещами», пришила к нему лямки и надела на спину. Результат Существо смутил: если смотреть сзади, получался большой длинный тюк, над которым виднелась голова с черным мехом («волосами» — вспомнило Оно объяснение Ниссы), а внизу — две маленькие ножки. Двигалась эта конструкция в два раза медленнее, чем обычная Нисса.
Когда они пересекли площадь и приблизились к воротам, Существо остановилось. Его мучило подозрение, что идти к обещанному хорошему месту таким вот образом они будут очень долго. Стало быть, все это время Существу придется либо обходиться без вкусной еды, либо искать ее Самому.
Плохо.
— Я сделаю на Своей спине специальное место для тебя, — решило Оно. — И мы будем двигаться быстро.
— Великий Уррий! — Нисса взглянула на него с испуганным изумлением: — Так нельзя! Ты же не бездумный ездовой ящер. Ни один человек не должен… Это святотатство! Оскорбление Великой Матери!
Существо моргнуло. «Святотатство». Опять новое слово, и, судя по интонации, нехорошее.
— Это не оскорбляет Меня, — сказало Оно, поразмыслив. — Великая Мать тоже не оскорбится.
Нисса растерялась:
— Великий Уррий, ты знаешь, что думает Богиня?
Существо нахмурилось. Вернее, попыталось это сделать — чешуя между Его глазами не собиралась волнами, как кожа на лице у двуногих. И бровей, которые можно было сдвинуть, у Него тоже не имелось. В итоге несколько чешуек просто наползли краями друг на друга.
Историю Своего обретения Оно помнило только в рассказе Ниссы — самом первом из ее рассказов. Как и слова, что Существо — подарок маленьким двуногим от Великой Матери. Для Него это было всего лишь любопытной историей, над которой приятно размышлять после обильной и вкусной еды, — но не тем, что диктует действия.
— Я знаю, что думаю Я Само, — сказало Существо. — Я хочу как можно скорее оказаться в хорошем месте, которое ты обещала. Поэтому Я понесу тебя на Себе, а ты будешь слушаться Меня и не станешь перечить.
— Да, Великий Уррий, — Нисса опустила голову. Существо довольно кивнуло: несмотря на некоторые недостатки — вполне простительные — его двуногая действительно была милой, умной и хорошей.
Существо отдало телу мысленный приказ. Верхняя часть срединной секции туловища вогнулась внутрь, а чешуйки в получившемся углублении сплавились друг с другом, чтобы не осталось острых краев. Существо с гордостью оглядело получившийся результат и перевело взгляд на Ниссу:
— Садись.
Ехать наполовину внутри туловища Великого Уррия, было… странно. Углубление оказалось достаточно велико, чтобы Нисса могла сесть и вытянуть ноги. Сквозь гладкую поверхность полупрозрачных чешуек девушка чувствовала тепло его тела. Двигался Уррий плавно, без резких рывков, но со скоростью хорошего бегового ящера.
Они давно уже покинули крепость; вокруг узкой дороги, по которой они двигались, Нисса видела только поля и людей. В основном крестьян, снимающих урожай. При приближении Великого Уррия они поднимали головы, да так и застывали, провожая его взглядом. Однажды Великий Уррий обогнал неспешно едущую карету. Кучер как раз пытался успокоить лошадей — благодаря северному ветру они почуяли Уррия прежде, чем увидели, — когда заметил, с кем делит дорогу. Человек оцепенел, поводья выпали из рук. Также реагировали и остальные путники. Даже большой вооруженный отряд — полтора десятка человек — предпочел молча и споро уступить дорогу.
Вечер наступил быстро — ведь отправились в путь они уже после полудня — и по совету Ниссы Уррий свернул с дороги в лес, но сделал это прямо сквозь густой подлесок. Тонкие деревца и кусты когда гнулись, а когда и ломались под его весом. Нисса оглянулась — прямо от дороги вел широкий проход, словно оставленный отрядом дровосеков. Девушка поежилась: если за ними отправят погоню, по такому следу пройдет даже слепой. Конечно, Великий Уррий могуч и справится с опасностью, но она-то простой человек и может погибнуть.
Уррий остановился, достигнув широкой поляны, и Нисса слезла на землю, наклонилась, растирая затекшие ноги, а когда вновь выпрямилась, углубления в теле Великого Уррия уже не было.
После ужина Уррий свернулся вокруг нее кольцами, опустив голову рядом, чтобы девушка могла гладить его по нежным чешуйкам между глаз, и пожелал услышать интересную историю. Однако заснул, едва Нисса дошла до середины. Потом девушка долго смотрела в чужое небо, выискивая знакомые созвездия, пока сон не пришел и к ней.
Среди ночи что-то разбудило ее. Нисса открыла глаза, села, испуганно оглядываясь и прислушиваясь. Погоня? Нет… Нет, не похоже… Она приподнялась и вздрогнула, когда что-то скользнуло по ногам. Опустила взгляд, потом присела и пошарила в траве. Замерла, когда рука наткнулась на гладкий металл. Медленно-медленно подняла ошейник, расколовшийся на две половинки. Поднесла другую руку к горлу — голому горлу. Несколько долгих мгновений смотрела на осколки своего рабского статуса, чувствуя, как становится тяжело дышать. Потом беззвучно рассмеялась.
Когда из глаз хлынули слезы, губы ее продолжали улыбаться.
Существо проснулось от странных звуков, напоминающих поскуливание маленького зверька. Открыло глаза и тут же напряглось: рядом плакала Нисса! Кто-то обидел Его двуногую! Существо поднялось на дыбы, выискивая врага, но в лесу было пусто и тихо: ни глаза, ни слух, ни обоняние не улавливали обидчиков.
Обескураженное, Существо повернулось к Ниссе, которая уже перестала издавать жалобные звуки и теперь испуганно смотрела на Него.
— Там кто-то есть, Великий Уррий?
— Нет. Почему ты плакала?
— Я… я теперь свободна. Вот, — она вытянула на ладонях две металлические половинки, которые прежде, как помнило Существо, находились в целом состоянии на ее шее.
— Это плохо? — уточнило Оно.
— Нет, вовсе нет! — Нисса улыбнулась, вытирая со щек остатки соленой влаги. — Это замечательно!
— Тогда почему ты плакала?
— Потому что… — она прерывисто вздохнула, — потому что я счастлива. Счастья внутри слишком много.
Существо задумалось.
— Но это хорошее счастье? — уточнило Оно на всякий случай.
— Очень хорошее! — Нисса попыталась рассмеяться, но звук странно завибрировал в ее горле.
— Тогда можешь плакать дальше, — великодушно разрешило Существо, и, расслабившись, опустило голову на землю, вновь погружаясь в сон.
На второй день пути Существо осознало, что проголодалось.
Во времена жизни в Просторной пещере обычно случалось, что после обильной трапезы Оно засыпало на несколько недель. (Не-злой объяснил Существу, каким образом маленькие двуногие делили отведенное им Время. В названиях и числах Оно разобралось быстро, но до сих пор недоумевало, зачем двуногим понадобилось столько разных слов. Можно было сказать как «семь дней», так и «неделя», и иметь в виду одно и то же.) Однако последняя обильная трапеза была четыре дня назад, все это время Оно бодрствовало, и сейчас тело настойчиво требовало питания.
Существо осознало, что искать вкусную еду все же придется.
Двигалось Оно по дороге — поверхности, выложенной ровным камнем. Нисса объяснила, что дорогу построили маленькие двуногие, и Существо в очередной раз подумало, какие они, несмотря на свой невеликий размер и дефектную внешность, полезные создания. По дороге ползти получалось куда удобнее и быстрее, чем по траве или каменистым тропам, и Существо решило: в хорошем месте, где сотни маленьких двуногих станут выполнять Его желания, Оно обязательно распорядится построить такие же дороги и будет иногда путешествовать по ним с Ниссой. А еще Существо позволит пользоваться Своими дорогами всем маленьким двуногим — ведь Оно щедрое и великодушное.