Валерия Веденеева – Дар Демона (страница 62)
Венд полуприкрыл глаза, вслушиваясь в ощущения. Боль торкала уже меньше, словно бы и впрямь начиная процесс заживления — уже сейчас.
— Мы оба твои должники, — сказал он.
— День добрых дел, — напомнил, улыбаясь, Тибор. Улыбка у него оказалась на редкость приятная, настолько располагающая, что в Венде шевельнулись нехорошие подозрения. Ну не будет обычный человек так помогать абсолютным незнакомцам, не будет вести себя с ними, словно с добрыми старыми друзьями.
— Ты меня знал прежде? — спросил он прямо.
— Знал? — вроде бы искренне удивился тот.
— Когда ты вошел, взглянул так, словно бы признал.
— Ах, это, — Тибор кивнул, улыбка исчезла с лица, на то словно набежала тень. — Нет, Венд,
— Вот как, — тихо проговорил воин. — Это более вероятное объяснение, чем бескорыстные добрые дела во искупление грехов.
— Одно другого не исключает, — возразил Тибор. — Но да, я был рад помочь тебе, Венд. Словно бы отдал часть старого долга.
— Ты живешь в Радоге?
— Нет, — покачал тот головой. — Здесь у меня дела. Пробуду еще несколько дней.
— Тогда тебе, возможно, будет интересно узнать, что волнения в городе — творение Тонгила, — проговорил Венд, решив поделиться с новым знакомцем недавно обнаруженной информацией.
— Темного мага? — после паузы уточнил Тибор.
— Его.
— Он в городе?
— Не знаю, — признался Венд. — Мы с Ресаном видели только его людей. Но даже если Темный остался сидеть в своей берлоге, ничего хорошего Радогу не ждет. Лучшее, что можно будет сделать, как только откроют ворота, — это уехать отсюда.
— Верно, — после еще одной паузы сказал Тибор. — Верно.
Потом встряхнулся, глянул в окно на солнце, приближающееся к полудню, и поднялся:
— Что ж, мне пора вернуться к делам. Надеюсь, что мы еще встретимся, и тогда никакие неприятности не будут омрачать ваши жизни.
— Мы твои должники, — повторил Венд.
— Забудьте, — мягко сказал Тибор. — Это в самом деле ничего мне не стоило.
Новый знакомец ушел, и Венд уже начал проваливаться в легкую дремоту, когда Ресан заговорил:
— Что значит «Кашима»?
— Хм? — Венд, вынырнув из сна, повернулся к юноше. — Кашима? Часть Морского братства, их элита. Ты это где услышал?
— Морское братство? — повторил Ресан. — Так ведь называют пиратов?
— Да, — согласился Венд. — Хотя большинство — те же наемники… Так где?
Юноша тихо вздохнул:
— От Тибора. Он один из них.
Глава 12.
Незадолго до того, как пересечь отметку полудня, солнце словно замерло. Застыло в небе, издеваясь над жалким смертным. Минуты тянулись как часы, и Арон, теряя выдержку, начал ходить по небольшой комнате.
Наконец светило перевалило через полуденный барьер. Вновь обозначились тени, и Арон, закрыв ставни, подошел к зеркалу, заранее выложенному на стол.
Клановец отозвался сразу.
— Вы готовы записать, господин?
— Говори, я запомню.
Семнадцать адресов и все детали, касающиеся детей, впечатались намертво — на память северянин никогда не жаловался.
— Вызову тебя позднее, — сказал наемнику, сдерживаясь, чтобы не сорваться с места.
— Удачи, господин, — отозвался тот. Поверхность зеркала потемнела.
Семнадцать домов, расположенных в разных частях города. Сколько уйдет времени, чтобы обойти все, проникнуть в каждый, найти нужного ребенка и убедиться? И не успеет ли Мэль раньше? Единственное облегчение — полукровка не знает, что искать нужно именно в Радоге.
Жестоко-рассудочная часть натуры вновь вопросила, не стоило ли избавиться от полуэльфа — превентивно? Ведь Богиня не ошибается. И речь идет не о золоте, не о должности, — о жизни его ребенка… Но убить вот так, без единого доказательства единственного, кто поддержал его в этом мире? Без кого он бы давно сложил голову? Чем он тогда будет лучше Тонгила-прежнего?
Арон коснулся браслета, невидимого на его руке под амулетом. Удержит ли полукровку в случае чего «поводок»? Будет ли он вообще иметь значение? Если Мэа-таэль попросил о помощи своего деда… Северянин не очень представлял, на что способны шаманы Многоликого, но чувствовал, что на многое.
Проникать в чужие дома оказалось не сложнее, чем он ожидал. Закутаться в тени, пройти через черный ход, скользнуть мимо прислуги, — и методично пройти через весь дом. Укрытие от чужих глаз давала любая тень, и если люди, находящиеся внутри, замечали, что в комнате стало сумрачнее, то лишь ежились и недоуменно смотрели в окна на яркое солнце.
Просто запустить внутрь тени, как в дом, где прятался император, он мог, но те передавали лишь общее впечатление-ощущение от присутствующих и их количество. Ни о возрасте, ни о внешности тени рассказать не могли.
В пятом по счете доме он услышал имя «Альмар». Замер, вслушиваясь, и подавил разочарованный вздох, — речь шла о месячном младенце.
В восьмом доме… Вот восьмой дом его смутил. Не местоположением — ничего в нем необычного не было, но жителями. Оборотни. От этих не спрячешься в тенях, эти почуют. Даже находясь в человеческом облике — почуют. Уйти и сперва проверить остальные дома? А если Альмар именно здесь? Войти открыто? Назваться человеком Тонгила? И просто спросить про ребенка?
Дверь отпер молодой парень, из-под длинной рубахи которого виднелась кольчуга, у пояса висел короткий меч. Правую руку он красноречиво держал на рукояти.
— Что нужно? — спросил неприветливо, всем видом показывая, что чужак должен быть благодарен уже за то, что ему вообще открыли. Арон благодарен был. В такой день, как сегодня, могли оставить стоять на пороге.
Мысленно вздохнув, северянин протянул руку, показывая тамгу. Брови парня поползли наверх.
— А почему время неурочное?
— Впустишь или на пороге будем говорить?
— Ах да, — парень посторонился, позволяя чужаку пройти, закрыл дверь и крикнул вглубь дома:
— Мастер, тут к вам.
— Пусть проходит, — отозвался гулкий бас.
— Вперед и направо, потом по ступеням вниз, — проинструктировал парень. — Мастерская там.
Мастерская обнаружилась, где и было сказано, заполненная людьми: мастер-оружейник, несколько подмастерьев постарше и один ученик, сидящий у окна и тщательно счищающий ржу со старой кольчуги. Арон окинул все помещение быстрым взглядом, привычно оценивая. Мастер уже поднимался со своего места, вытирая старым полотенцем смазку с рук, и следовало подойти к нему, но глаза Арона сами, без его на то воли, зацепились за маленькую фигуру у окна. Ученик сидел в профиль, свет падал неровно, играя тенями, и никак не получалось толком разглядеть лицо.
— В мое отсутствие Курим главный, — мастер сурово оглядел молодежь. — Опять будете валять дурака — останетесь без ужина.
Подмастерья загомонили, наперебой уверяя, что работать станут усердно.
— Позвольте, — проговорил между тем Арон. — Какое необычное плетение. Кольчуга из Каганата?
Вопрос прозвучал глупо, выставив его неучем, не способным распознать стандартную ковку, зато выдуманный предлог позволил приблизиться к мальчику. Тот поднял голову, посмотрев Арону в глаза, и вежливо ответил:
— Вовсе нет, тарэс. Это кольчуга септов.
— Конечно, — согласился Арон, с усилием переведя взгляд с лица ребенка на предмет разговора. — Как я сам не увидел. Должно быть, блики смутили.
И подумал, что остальные девять адресов ему без надобности.
— Итак? — благодушно спросил коренастый оборотень, устраиваясь в соседней комнате в удобном кресле и кивая Арону на стоящее рядом. — Я думал, на сегодня с нашим участием ничего не планируется, господин Кинегим?
— Не планируется, — сказал Арон, только что представившийся фальшивым именем, и, решив не тянуть, добавил просто. — Я за Альмаром.
— Сегодня? — удивился оружейник. — Тар Митрил говорил, что заберет паренька дня через три, когда все в городе уляжется.
Арон на мгновение прикрыл веки, пряча гнев. Перед мысленным взглядом возникло лицо полукровки, такое, ах, искреннее. «Убью, — подумал холодно, — сам лживую глотку перережу».