Валерия Локка – Приор. Путь странника (страница 10)

– Как вы себя чувствуете? – спросил мужчина, внимательно разглядывая девушку с головы до ног.

– Как будто меня выдернули из моего мира и отправили в будущее, – шутка явно не удалась, и, чтобы исправить ситуацию, девушка продолжила: – У вас есть еще вопросы ко мне?

– На этот раз нет. Никакие вопросы, увы, не помогают прояснить ситуацию.

Командир присел в кресло напротив дивана, закинул ногу на ногу в какой-то странной для этой ситуации, расслабленной манере.

– Я не прошу верить мне, полковник. Серьезно, я знаю то, что знаю… но мне нет никакого смысла вам что-то доказывать.

Рохас прищурился, вглядываясь в скрючившуюся на диване девушку. Айрин не смотрела на него, уперев взгляд в веерную дверь за его спиной. На всех предыдущих допросах она говорила, глядя в глаза, произнося те нелепые и странные вещи, лишь изредка задумчиво опуская взгляд. А теперь, вроде бы при простой беседе, она не желала на него смотреть. Язык ее тела не поддавался разгадке, и Рохаса это интриговало.

– Тогда чего вы хотите?

– Я хочу… – ее реакция на этот вопрос была вполне естественной. Она явно задумалась над вопросом, который, похоже, еще себе не задавала. Ее взгляд поплыл в сторону, поднялся к потолку и вновь опустился к двери. – Я хочу домой, что же еще? – она нервно облизнула губы, и впервые в ее мимике Рохас увидел признаки лжи. Это могло ничего и не значить. Оказавшись в такой ситуации, так далеко от дома, она воспринимала возвращение, вероятно, чем-то невозможным.

– Ну-у-у, – протянул мужчина, – вы вряд ли попадете туда, если будете сидеть здесь, – он вдруг неожиданно улыбнулся как-то по-отечески и поднялся с дивана, – знаете, Айрин, я не могу выпустить вас отсюда и не могу вернуть домой. Хм, я даже не уверен, что могу поверить во все это, – он развел руками, – и без вашей помощи ничего не сдвинется с мертвой точки.

Айрин осторожно подняла взгляд на мужчину. Его голос был теплым, движения расслабленными и плавными, словно перед ней стоял совсем другой человек, совсем не Алекс Рохас. Внутри нее стал зарождаться истеричный смех. Смех над игрой, в которую играл полковник, над тем, что она была готова поверить в эту игру, хотела поверить, и над тем, что не могла этого сделать. Ей вдруг стало противно и больно оттого, что Алекс выбрал такой способ ее разоблачить. Не своей виртуозной манипуляцией фактами, не давлением и обезоруживающей сдержанностью, даже не своим фирменным пронизывающим прищуренным взглядом, который был способен прожечь дыру во лбу, через которую вытекла бы вся правда. Он, черт его возьми, выбрал самый жестокий способ: дать человеческое тепло тому, кого изнутри пробивает хладнокровие чужого мира.

Закусывая губу и хмурясь, девушка продолжала сверлить взглядом Рохаса, словно рассказывая ему какую-то историю. Ту самую историю, которую не могла открыть словами. Досада во взгляде сменилась чем-то, напоминающим сожаление. Но сожалела она не о том, что свершилось, а о том, чему предстояло произойти.

– Если бы вы мне не верили, вас бы сейчас здесь не было, – наклонив голову набок, произнесла девушка. – Я знаю, вы в этом и самому себе не хотите признаваться, не то что кому-то еще. Вы умный человек, полковник, и доверяете своим инстинктам. И они вам говорят, что бояться нужно не меня, а той силы, которая смогла вывернуть наизнанку саму Вселенную и доставить меня в это время. Бояться нужно того, что имеет свои планы на мой счет и на весь этот корабль, – этот голос не принадлежал той Айрин, которую Рохас допрашивал. Та девушка говорила неуверенно, явно пытаясь подавить волнение. И не принадлежал той, которая секунду назад сидела на диване, отвернувшись от него, и произносила слова будто самой себе. Этот голос был наполнен силой и обреченностью. Так говорят те, кому нечего терять.

Он не двигался, слушая ее, и не проронил ни слова, когда она замолчала. Его следующим действием вполне могла стать отправка Айрин без скафандра полетать в открытом космосе. Ее же никто не хватится. Игра в гляделки затянулась, и девушка стала медленно приближаться к мужчине.

Рохас поднялся с кресла и сделал несколько шагов ей навстречу. Встав к нему вплотную, она запрокинула голову, чтобы видеть его лицо, и тихо произнесла:

– Мне так же нужны ответы, как и вам. Может, даже мне они нужны больше.

Рохас смотрел на нее с высоты своего роста и не шевелился. Если Айрин пыталась прощупать таким образом его личные границы, то попытка была слабой. Его ничуть не смущала и не вводила в заблуждение близость ее тела. Но ее смелость он оценил. Это было первое проявление силы, которое она так явно показала ему. Хотя Алекс был уверен, для нее эта была игра «ва-банк»: этакая наглость в попытке разорвать сложившийся сценарий их игры. А может, она просто устала играть и надеялась, наконец, выйти из этого порочного круга.

– Вы правы, – после бесконечной тишины произнес мужчина. – Вам, наверное, куда важнее знать правду, чем нам всем.

– Так что мы можем сделать, чтобы во всем разобраться? – сделав два шага назад, девушка заговорила своим обычным робким тоном.

Рохас ничего не ответил и покинул каюту. За ушедшим полковником открылась и закрылась дверь. Обессиленная Айрин вновь опустилась на диван, подтянула колени к груди и с тяжелым вздохом уронила на них голову. «Что я сделала? Зачем сказала это? Неужели я готова ввязаться в эту историю? Инопланетяне? Космический корабль? Тайны древних? Угроза Вселенной, интриги, политика, технологии, битвы? Серьезно?! Я ввязываюсь во все это? Девушка-консультант по продаже бытовой техники, студентка вечернего факультета менеджмента, у которой были друзья, планы на будущее, даже, возможно, отличный парень – будущий управляющий супермаркета, – теперь оказалась втянутой в какие-то вселенские разборки. У меня ведь была жизнь, пусть и не идеальная, пусть кто-то посчитал бы ее серой посредственностью, но я была рада тому, что имела, и собиралась получить от жизни еще больше. А теперь, в один момент, все рухнуло, пока я лениво шагала с работы под закатным осенним солнцем».

Она попыталась вспомнить тот день, то чувство легкости, которое овладело ей за несколько минут до начала всего этого сумасшествия. Она вышла из супермаркета, который ей всегда представлялся огромным космическим кораблем, приземлившимся много лет назад на Землю. Из-за невозможности использовать его по назначению корабль переоборудовали в самый большой в городе торгово-развлекательный центр.

Айрин вдруг вынырнула из воспоминаний, подняла голову с колен, поняв, что он действительно был похож на космолет, только не на Приор, а на корабль Крииков.

«Или я уже сошла с ума, или мой мозг просто меняет мои воспоминания так, чтобы настоящее не казалось мне таким бредом», – девушка зажмурилась и помотала головой, пытаясь вытряхнуть из нее бредовые мысли. Но они не отпустили, а наоборот – вновь вернули в тот последний день на Земле 2011 года.

А что было потом?

Потом был теплый ветер, развивающий ее волосы и широкую кофту, накинутую на плечи. Тогда ей казалось, что перед началом холодов это был последний теплый осенний день, и она вдыхала его всей грудью, что было сил, чтобы успеть насладиться им. Кто же знал, что холод настигнет ее так скоро. Космический холод, конца которому не было видно.

Одну неделю назад

Осторожно, словно боялась спугнуть беспокойную стайку птиц, Айрин шагнула в медицинскую палату, точно такую же, в какой сама провела несколько мучительных дней.

Молодой человек сидел спиной ко входу на висящей в воздухе койке, статичность которой ничем не отличалось от того, как если бы она упиралась прочными ножками в пол.

– Привет, – осторожно начала девушка, так и застыв в проеме, очень хорошо зная, что может чувствовать человек в этой палате.

Парень не реагировал на ее голос. Даже не шелохнулся.

– Как ты себя чувствуешь? – ответа не последовало.

– Я слышала, что скоро тебя переведут в каюту, там гораздо комфортнее… – и снова тишина в ответ. Это начинало злить.

– Знаешь, тебе здесь особенно не приходится выбирать, с кем разговаривать. Вряд ли кто-то из экипажа корабля будет вести с тобой светские беседы, – она уже не скрывала своего раздражения и подошла ближе к нему, точно зная, что он прекрасно ее слышит.

– А я не собираюсь ни с кем тут разговаривать, – наконец среагировал парень, повернув голову в сторону девушки, но все еще не глядя на нее. – И знаешь что? С тобой тем более.

– И чем же я тебе так не угодила?

– Ты такая же, как они… Все просто, – он пожал плечами.

– А вот они считают, что такая же, как ты. И знаешь, мог бы хоть из вежливости, хоть из уважения к самому себе, говорить, глядя на меня.

На этот раз он сменил позу, лег на койку и повернул голову в ее сторону, скривив улыбку, но ничего не ответил.

Айрин глубоко вдохнула и выдохнула, пытаясь усмирить свои эмоции. Эта ее попытка наладить отношения с Эриком и, может, как-то облегчить участь и ему, и себе явно провалилась. Его прошлая бурная реакция на ее рассказ, безусловно, разозлила и разочаровала Айрин. В ней теплилась надежда найти в нем поддержку, раз уж они вместе влипли в эту историю. Но все пошло совсем не так.

– А, по-моему, ты просто боишься, что, поговорив со мной, тебе придется принять все это как реальность, – она развела руками в стороны, очерчивая в воздухе окружность, – хотя это и так реальность, просто ты бежишь от нее.