Валерия Хелерманн – Смертельное Таро (страница 18)

Осознание, что проблема никуда не ушла, наступило к семнадцатилетию близнецов, когда по окончании колледжа Эмиль поступил в общий лицей. Вместо писем об успехах сына на имя Жислена приходило множество донесений об игральных долгах; в светском обществе начали ходить самые невероятные сплетни. Никто из Пэти не видел молодого человека за игрой лично, из-за чего вернувшаяся проблема доходила до них лишь в виде слухов.

Впервые в жизни Камилла столкнулась с ощущением собственной беспомощности. В первые месяцы переезда она не задумывалась о том, чтобы как‑либо помогать родителям, довольствуясь положением жертвы обстоятельств. Теперь же девушка искренне хотела повлиять на жизнь брата, только не знала, как. Камилла не понимала, в чем смысл игр на деньги, если это – уже не попытка выбраться из нужды.

Когда Эмиль вернулся на каникулы, ничто в его поведении не выдавало причастности к слухам. Лицо сохраняло выражение наивного счастья, а при попытках поговорить об азартном увлечении юноша отшучивался и старался перевести тему. Родителям он рассказал историю о том, как однажды переборщил с выпивкой и согласился сыграть лишь из-за упрека в отсутствии мужества. Камилла нисколько в это не поверила.

Пусть за все время, проводимое с братом, он ни движением, ни жестом не показал внутреннего смятения, Камилла чувствовала, что он слишком многого не рассказывает. Это ее расстраивало и даже злило, ведь тревожные мысли не давали наслаждаться жизнью, о которой она мечтала.

Решение проблемы появилось внезапно. Такие события и зовут превратностями судьбы.

– Гадалка из дворянского рода? Такое разве бывает? – переспросила Камилла, вяло крутя в пальцах новый кулон. – Странненько, я думала, их всех давно сожгли.

– Я бы не говорила, не увидь этого своими глазами, Милли! – Аглае восторженно всплеснула руками. – Если бы не та мадемуазель, Джозетта по-прежнему бы страдала от измен мужа! Теперь я совершенно уверена в ее способностях!

– А она примерно моих лет, эта провидица? Может, нам стоит пригласить ее на пикник, как думаете?

– Обязательно позовем, если мадемуазель успеет оправиться. – В ответ на вопросительный взгляд дочери мадам Пэти пояснила: – Во время нашего визита провидица лишилась чувств. Вышло ужасно неловко! Но, согласись она присоединиться к нам, возможно, мы бы сгладили эту неприятную ситуацию.

– Не рассчитывайте особо, маменька. – Камилла с тем же скучающим видом застегнула цепочку на шее. – Эти дворяне – ужасные гордецы.

Рассказ матери о сбывшемся предсказании Камиллу увлек, но очаровываться даром какой‑то девицы раньше времени она не планировала. Впечатлительная и доверчивая от природы, после нескольких лет светской жизни Милли постаралась взрастить в себе равнодушие и скептицизм, столь популярные у высших слоев. И все же суеверность, свойственная всем деревенским, не дала ей пропустить рассказы матери и дяди мимо ушей.

Сложно сказать, чего Камилле хотелось сильнее: публично доказать шарлатанство гадалки или же воочию узреть волшебство. В любом случае, еще никогда она близко не общалась со сверстницами, не относящимися к семьям нуворишей. Предстоящая встреча вызывала в животе легкий холодок беспокойства.

Уже сидя в прогулочной лодке, Камилла впервые увидела мадемуазель де Фредёр, невольно пробежалась по ее облику оценивающим взглядом и отметила свое преимущество: провидица была невысокой девушкой с мелкими чертами лица и тонкими, поджатыми от заметного волнения губами. Лиф роскошного платья из-за отсутствия бюста местами топорщился под накидкой; а в тусклом взгляде и выступающих скулах сквозило что‑то болезненное.

Внезапно обнаружившиеся схожие вкусы значительно сгладили первое впечатление. Оказалось, что с дворянкой тоже можно беззаботно болтать о дамских журналах и моде. О своей нелюбви к высокопарным книгам Хелена говорила уверенно и спокойно, вызвав уважение остальных девушек, стыдившихся нелюбви к чтению. Мадемуазель де Фредёр не чванилась и не выказывала разницу в происхождении, и потому довольно быстро Камилла прониклась к ней симпатией. А чуть позднее ненароком столкнула ее с лодки.

Хелена отчего‑то совсем не барахталась. Послушно рухнула в воду и почти сразу перестала подавать какие‑либо признаки жизни. Молодые дамы испуганно завизжали; гребцы неловко повставали с мест, сжимая в руках весла и не зная, стоит ли отогнать ладью подальше или самим броситься за утопающей.

Мадемуазель Пэти не испытывала и толики вины за случившееся, да и в целом не придала инциденту значения. Он наверняка забылся бы почти сразу же, не стань именно Эмиль тем, кто полез за девушкой в реку.

Камилла оглянулась на плоскую, украшенную цветами шляпу, которую уносило течением, когда услышала громкий плеск со стороны берега. Невольно подскочив, она с замиранием сердца увидела, как светлые волосы брата скрылись под водой и вновь показались уже в считаных футах от нее. К груди он с привычно радостным видом прижимал Хелену, походившую на неподвижную куклу.

– И как тебе мадемуазель де Фредёр? – спросила девушка несколькими часами позднее. В ожидании, пока родители распрощаются с последним гостем, она слонялась вокруг брата. – Только мне интересно, как у нее получилось предсказать тот маленький пожар? Просто в голове не укладывается! Милу, что думаешь?

– Мне она показалась милой, – с улыбкой отозвался Эмиль. – Приятная девушка, но очень скромная.

«Так ведь брату эта гадалка понравилась!» – подумала Камилла почти с восторгом. Она вновь заглянула ему в лицо в попытке увидеть подтверждение мысли, однако не заметила ничего сверхъестественного.

Все же девушка не стала отказываться от предположения, а потому с первого дня знакомства с Хеленой принялась выискивать в поведении брата следы сердечных метаний. Ей слишком хотелось поверить во внезапно вспыхнувшее между ними чувство, ведь это могло бы решить проблему Эмиля. Если юноша с такой готовностью бросился ради мадемуазель де Фредёр в реку, возможно, в ухаживаниях за ней он удовлетворит свою жажду риска? Или, женившись, и вовсе остепенится, оставив азартные игры в качестве приятного воспоминания ушедшей юности?

«Даже если брат не перестанет играть, – подумала Камилла, вспомнив чопорное лицо Хелены под шляпой, – со своими пророчествами она хотя бы узнает, как его от этого пристрастия избавить».

Аркан XII

Вальяжно раскинувшись на диване, Хелена уже с четверть часа любовалась позолотой на картах. Девушка все же обзавелась гадальной колодой в надежде, что однажды во всем разберется и избавится от нужды выдумывать свои предсказания. Однако несколько вялых попыток вернуться к чтению пособия пока не увенчались ничем. Хелену занимали только картинки – Таро заменили собой очередной модный журнал.

Прошло несколько дней после того, как их совместный ужин с семьей Пэти внезапно оборвался, но никаких писем от них не следовало. Череда сменяющих друг друга визитов наконец закончилась, и теперь девушка наслаждалась возможностью вновь погрузиться в негу безделья, из которой ее вырвали.

О проблемах Эмиля Хелена ни разу за это время не задумывалась. Они совершенно ее не интересовали и казались чем‑то далеким и мелочным. Зажмурившись, она попыталась представить, как юноша стоит ночью под ее окном, но картинка сразу же расплывалась.

«Как только эта глупая идея пришла ко мне в голову? Красивый роман…»

– Мадемуазель? – К Хелене робко подошла одна из молодых горничных. – Приехала та девушка, которая вас недавно навещала. Пустить?

– Пустите, раз она уже здесь, – ответила Хелена, пряча колоду в карман юбки. – Подайте нам чай и что‑нибудь легкое из сладостей, вряд ли визит продлится долго.

Служанка вежливо поклонилась и быстро исчезла в полумраке коридора. Вернулась она уже вместе с Камиллой и подносом в руках.

В облике мадемуазель Пэти было что‑то странное: несмотря на привычно помпезный наряд, у девушки будто отняли свойственный ей блеск. Она казалась одинокой и даже потерянной.

– Добрый день, провидица, – поздоровалась гостья на удивление тихо, – извините, что так внезапно нагрянула.

– Наверное, на то были причины? – спросила Хелена.

Вместо ответа Камилла кивнула и скромно присела на диван рядом с Хеленой. Служанка предложила девушке чай, и та молча вцепилась в чашку.

Мадемуазель де Фредёр приподняла голову и принялась выжидающе смотреть на Камиллу. Та не поднимала взгляда от плавающих в заварке листочков.

– Как поживает Эмиль? – не выдержав, спросила хозяйка дома. – Удивительно, что вы без него сегодня.

– Брат под домашним арестом. Родители даже из спальни не разрешают ему выходить, поэтому я приехала одна. Мне нужно было… – Голос ее резко дрогнул, и Камилла сделала большой глоток чая. – Я хотела поговорить с вами о произошедшем. Эмиль бы тоже очень хотел, но он не смог…

– Ах, он что‑то обо мне говорил?

– Он просил передать, ему очень жаль, что так вышло. Брат не хотел, чтобы вы видели его в тот момент, он до сих пор чувствует вину перед вами.

«Выходит, он никому не рассказал о том, что это я его надоумила? Как мило с его стороны».

Мысленно Хелена уже готовилась выслушивать слезливый рассказ о том, что Эмиль на самом деле хороший и что в пристрастии к играм нет его вины.

– Мадемуазель, прошу прощения?