Валерия Державина – Русский кот (страница 5)

– Здорово… Здорово! – Саша слегка рассеян, как всегда после списания крупной суммы с его карточки.

– Я даже одно видео на днях смотрела, где парень приехал из Англии! Только вдумайся – из Англии! И не понял, что ему тут говорят.

– Как это?

– Ну, там он типа спрашивает у немца, говорит ли тот по-английски. Немец отвечает, что, мол, немного. И тогда он задает вопрос: «Как мне пройти на ж/д станцию?» – буквально по слогам. А немец отвечает так, что парень сразу теряет нить, а заканчивается все фразой: «А когда вы кинете взгляд на такое-то строение, то это и будет великолепный Банхоф Цофинген!» – и заканчивает спич он уже в одежде Шекспира.

– Понятно, очередные твои Тик-Токи.

Дальше идем на ярмарку: черно-бежевая толпа, темно-коричневые глянцевые домики и узкие барные стойки за ними, где можно сжевать свои крендельки, глинтвейн из металлической кружки с оленем (залог за нее – четыре евро, кстати), запах аниса и бадьяна, связки имбирных пряников в форме сердечек и снежинок на красных ленточках.

– И почему у нас такого нет? – спрашивает Саша.

– Есть! Ты когда последний раз был на ярмарке в центре Москвы?

Саша сделал фото меня на фоне ярмарочной избушки, в руке у меня были засахаренные пончики на палочке. Я улыбалась, но ощущала как что-то тревожно-тяжелое застряло и медленно ворочается змеей в правом подреберье. Да и в пасмурном небе будто зависло что-то невидимое и неведомое, готовое вот-вот сорваться, и это «что-то» заставляло инстинктивно пригибать шею.

Вернулись в дом, когда уже стемнело, я пошла собирать чемоданы, а Саша – готовить ужин.

– Ты прям как мой брат! – заключил Стас, еще раз выслушав о всех моих неприятностях в пути. – Он тоже как из дома ни выйдет, так у него вечно… – он махнул рукой. Шел второй час ужина.

– Есть ли у вас против этого какие-то семейные методы?

– Да, бабушка яйца варила, как-то там их катала, крутила…

– А ты умеешь?

– Ну я могу как-то покрутить! Но чего конкретно от этого ждать, не знаю.

Знала бы я тогда, что меня ждет в поездке по Европе, я бы обязательно попросила провести эту процедуру.

На следующий день после завтрака мы погрузили вещи и торопливо попрощались. Мы едем в Италию, там мы ненадолго остановимся в Комо (городе, не озере) – заглянем в окна моего несостоявшегося университета, потом будет Франция и в конце концов – Испания, там у нас будет некоторое время, чтобы решить формальности, а потом я приступлю к работе.

Я пристегнулась, повернулась, чтобы помахать, и увидела, как Стас быстро перекрестил нас, глядя куда-то поверх макушек деревьев. Ориентировочное время до пункта назначения – пять часов.

Комо, 2022 год

Сумерки сгустились, и зажглись уличные фонари, когда мы, наконец, подъехали к арендованному нами жилью на холме. Я вышла из машины и огляделась. Между двумя зданиями напротив открывался вид на озеро: с высоты его кромка была будто украшена гирляндой из горящих огней, туман шапкой надвигался на вершину холма, а вокруг стояла неестественная тишина, как на курорте в несезон.

Мы разобрались с мини-сейфом, в котором лежали ключи, открыли ворота, припарковали машину и зашли в темное и неожиданное теплое помещение нашей временной квартиры. Плитка на полу, красные обои, какие-то слишком тонкие стены – не сказать, что здесь уютно. Мы легли спать, не разобрав вещей. С первым местным жителем – хозяйкой квартиры – мы встретились только на утро.

Рослая и фигуристая, с ящиком в руках, она неслась к нам навстречу на всех парусах. Это удивляло: в том, чтобы бежать, не было никакой нужды, нас разделял всего десяток метров. Она споткнулась о камешек в метре от нас и остановилась, качнувшись вперед, как груженый самосвал, водитель которого в последний момент увидел красный сигнал светофора.

– Привет! Вы Вера же?

– Да, здравствуйте, Мирослава? – имена друг друга мы узнали на сайте бронирования жилья.

– Да можно просто Мира! – махнула она левой рукой, ловко перехватив ящик в правую.

– Очень приятно!

– Взаимно! Как вы, в порядке? Встали вроде нормально… – это про машину. – Я вот тут бегаю вверх-вниз, у нас два дома, я туда-сюда… Микроволновка! – она потрясла ящиком. – Принесла жильцам, у них на днях сломалась, – говорит по-русски, но с акцентом, похожим, наверное, на южнорусский. – Как первая ночь, все в порядке?

– Да, дом у вас отличный, – признаться, домом наша часть не была: она была переделанным гаражом, как мы заключили утром. Но я не соврала: дом, который не гараж, и правда выглядел неплохо, по крайней мере снаружи.

– Ну, супер! А вы сами откуда, с России?

– Да, из Москвы… А вы?

– Я с Украины, но уже больше пятнадцати лет тут.

– Как вы? – спросила я.

– Да, как… У меня там два брата осталось двоюродных, один погиб в этом году на войне. Они тоже не хотят с вами воевать, но их заставляют… – Мирослава с сожалением повела плечами.

– Мы очень вам соболезнуем…

– Да-а… Я сама давно уже там не была, когда последний раз братьев видела, они совсем маленькие были… А сейчас вон оно как… Ладно! Чего сегодня делать собираетесь?

– Идем в город, – я нерешительно махнула вправо.

– Молодцы… Только идите чуть-чуть направо, там будет дорога более, как бы это… Живописная! Я не очень хорошо говорю по-русски…

– Отлично говорите! Будто вы… Имею в виду, в совершенстве!

– Да у нас как… В те годы, когда я училась, учебников не было… Все везли с России, так и выучили!

– Еще у вас итальянский, полиглот, получается, – вступил Саша.

– Да итальянский – быстро! Я работала няней. Меня, главное, даже в Макдоналдс не взяли, сказали, картошку жарить я старая… Хорошо, няней устроилась.

– Ничего себе… Я слышала, что в Европе иначе расставлены, как бы это сказать… границы молодости… Европейцы дольше остаются молодыми!

– А-а-а… Дольше молодыми они остаются, потому что с родителями живут до сорока лет… За аренду платить нечем!

– Да, аренда – дело такое… Ладно, мы пойдем, не будем вас отвлекать от дел…

– Да-да, заболтала я вас. Вам направо, потом снова направо, а потом чуть вниз по склону – увидите!

– Хорошо, спасибо, до встречи!

– Соседи, кстати, спрашивали, что у меня во дворе делает машина с российскими номерами. Вон с того дома, итальянцы.

– Гав! Гав! Гав! – включилась соседская собака.

– Ничего себе!

– Да, говорят, мол, че это у вас тут. В смысле… какого хрена? – она засмеялась.

– А вы что?

– Я говорю, что приехали ребята, им тоже несладко.

– Да уж…

– Они все тут любопытные такие… Что сказать, деревня! – Мира махнула свободной от ящика рукой.

– Гав-гав!

– Хотите, мы будем оставлять машину на общей парковке?

– Ой, да вы можете оставлять здесь. Но вам, наверное, заезжать сюда неудобно…

– Гав!

– Да, въезд тут не для слабонервных.

– Ну вы смотрите, как сами хотите. Хотите – так, хотите – сяк…

– Мы сегодня никуда выезжать на машине не планируем, завтра тогда поедем и переставим… Ну, мы пойдем…

– Давайте, я тоже побежала… Микроволновка! – она еще раз тряхнула ящиком, безуспешно сдувая прядь волос цвета соломы со влажного лба.

Мы вышли за ворота и пошли вниз, слегка скользя по брусчатке.

– Вот итальянцы, да? – улыбнулся Саша тем самым типом улыбки, которая возникает не от радости.

– Да уж! А ты помнишь, как вчера тот мужик из Швейцарии вылупился, когда мы сидели в машине, и на нас, и на наши номера?