Валерия Чернованова – Во власти пламени (страница 7)
– А ты, Риан, все никак не наешься.
К тому времени стражники уже успели растащить визжащих девиц по разным концам столовой, после чего под бдительным оком эссель Клеври каждую отконвоировали в невестины покои.
За столом остались я, Амарелия и еще три девушки. Лаали, к счастью, среди них не было, она отказалась от обеда.
– Лучше бы в свою тарелку смотрела, – посоветовала я сопернице.
– А вот странно, Риан. – Алиана уже давно поела и теперь, отодвинув от себя стеклянный кубок и недоеденный десерт, сидела, подперев подбородок кулаками, и смотрела мне прямо в глаза.
И зачем, спрашивается, было садиться напротив меня…
Подражая эсселин Валейн, негласной королеве отбора, остальные его участницы повернули головы в мою сторону.
– И что тебе интересно, Амарелия?
– Ты такая тощая, хоть и ешь за троих.
И вовсе я не тощая! Высокая просто, вот и кажусь тростиночкой. Хотя лично я ничего не имею против своей фигуры, а если Амарелия что-то имеет – ее проблемы.
– У меня здоровый аппетит, – пожала плечами я и в качестве его демонстрации принялась уплетать политое медом пирожное.
Мм… вкуснотища. Все-таки прихвачу одно для Чили.
– Здоровый аппетит у тебя или у твоего льорна? – расплылась в ядовитой улыбке девушка.
Я чуть не подавилась и едва не выплюнула в довольно усмехающуюся Амарелию не до конца прожеванное пирожное. Жаль, что не выплюнула.
Заставив себя проглотить застрявший в горле кусок, вкрадчиво поинтересовалась:
– Что ты сказала?
– Что ты нарушаешь правила, дорогая. А это может быть чревато.
Травмой твоей головы может быть чревато.
– Не понимаю, о чем ты, – прикинулась я удивленной, хоть все внутри меня клокотало от гнева, сдерживать который с каждой секундой становилось все сложнее.
Если из-за нее пострадает Чили…
Улыбка Амарелии стала еще отвратительней.
– Я о малыше льорне, которого заметила моя служанка, случайно заглянув к твоей. Удачно заглянув, стоит отметить.
Месяц! Месяц мы с Хевиной его прятали, и все было хорошо. Видимо, расслабились, успокоились.
Непростительная ошибка. Моя и ее.
– Полагаю, Шахир уже в курсе? – сдержанно спросила я, поднимаясь из-за стола. Платок с едой для льорна продолжала сжимать в руке, чувствуя, как ткань пропитывается жиром, точно так же как мое сердце пропитывалось ненавистью к этой выдре.
Алиана откинулась на спинку стула, скрестив на груди руки.
– Ну а ты как думаешь?
Так вот, если из-за нее пострадает Чили, замуж за Тейрана будет выходить ее призрак. Потому что сама Амарелия прямиком из дворца советника отправится жить к Ясноликой.
На полпути из столовой я остановилась и резко повернула обратно.
– Совсем забыла!
Стремительно приблизившись к эсселин Валейн (она даже не успела обернуться), вытряхнула все содержимое платка на голову «королеве» и, схватив со стола кувшин, добавила к сползающим по волосам паштету и мякоти фрукта травяного напитка из кувшина.
Пусть освежится.
Амарелия замерла, явно отказываясь верить в реальность происходящего. А я философски рассудила: если уж помирать, вернее, вылетать с отбора, то красиво.
Подумала так и пошла разбираться с Шахиром.
Пусть только попробует тронуть моего Чили!
Шла я быстро. Очень. Нервно перебирая ногами и больше всего на свете боясь, что опоздаю. И, как вскоре выяснилось, боялась не зря. Когда до заветных дверей оставался всего один поворот и несколько шагов, из моих покоев раздался истошный визг, а следом послышалась грубая мужская брань.
Тут уж я, подхватив юбки, помчалась со всех ног. Влетела в гостиную и, увидев, что в ней творится, завопила что есть силы:
– Не сметь!
Эффекта неожиданности я добилась точно. Потому что маленькая алиана, орущая на здоровенного бугая с саблей в руке… В общем, к такому во дворце советника явно не привыкли.
На шум сбежались остальные стражники, что обыскивали мою спальню. Последним из нее выскочил пунцовый Шахир и, подражая мне, во все горло завопил:
– Что здесь, тагры побери, происходит?!
– Вот что! – Я обличительно указала на здоровенного детину, занесшего саблю над испуганно жавшимся в углу Чили. – Кто вам давал право размахивать этой своей железякой перед моим питомцем?!
Большие круглые глаза льорна казались больше обычного, крохотные лапки были прижаты к маленькой сплюснутой мордочке. В иное время я бы непременно умилилась этому зрелищу, но сейчас мне было не до умиления.
– Эта тварь меня обожгла! – продемонстрировал всем заинтересованным красную ладонь (целую ладонищу) стражник, стремительно покрывающуюся волдырями.
– А не надо было его пугать! – Я подбежала к Чили, осторожно двумя пальцами отодвинула в сторону гладкое и наверняка острое лезвие сабли, которой мрачный бугай тыкал в моего малыша, и протянула к нему руки.
Шерстка Чили еще искрилась, но, когда его взгляд уперся в мои раскрытые ладони, звереныш тихонько пискнул и, «погаснув», потянулся ко мне. Я подхватила его с пола. Горячее тельце льорна прижалось к моей груди, обдавая жаром даже через ткань платья. Лапки обвили шею, и я развернулась к тальдену.
– Буду рада услышать объяснения.
Как любит повторять ее лучезарность Анна: лучшая защита – это нападение.
Святая правда!
– Что. Они. Здесь. Делают? – Я обвела взглядом свиту Шахира, а в ответ услышала визгливое:
– Я же запретил привозить в мой дворец животных! А значит… – Он шагнул ближе, сощурив глаза. Черные, что два угля, сейчас тлеющих от ярости, – в них явственно были различимы искры огня. – Будет справедливо, если я вышвырну эту тварь из своего дома. Сброшу с самой высокой башни!
Льорны очень умные создания, и иногда мне кажется, что Чили все понимает. Стоило Тейрану озвучить свою угрозу, как малыш заплакал. По крайней мере, звуки, что он издавал, очень походили на детские рыдания.
– Только вместе со мной. – Я тоже сощурилась, пытаясь придать себе грозный и решительный вид.
– Не искушайте меня, эсселин Анвэри.
Иногда мне кажется, что я не умею бояться. Вернее, конечно же умею, но только не тогда, когда надо. Вот и сейчас, вместо того чтобы вспомнить, кто здесь алиана, я заявила с азартом:
– Ну так пойдемте! Где тут у вас самая высокая башня? Буду рада в нее прогуляться.
Тейран заскрипел зубами:
– Ты забываешься, Риан.
Кивнула, полностью соглашаясь с его замечанием.
– И поэтому теперь вы, как всякий уважающий себя дракон, просто обязаны выгнать меня с отбора.
На скулах у Огненного обозначились желваки. Дернулись синхронно с кадыком, когда Шахир шумно сглотнул и процедил:
– Не тебе, девочка, указывать мне, что и когда делать.
У меня отвисла челюсть. Да что ж это такое-то! Если он и после этого оставит меня в невестах, то… Думаю, сейчас самое время начинать бояться.
– Я ведь могу забрать его у тебя силой.
Шагнула к дракону вплотную, понимая, что теперь пасовать уже точно не стоит.